.................................................

- Мы всегда засыпали вместе: Томми тесно прижимался ко мне сзади, обнимая меня руками. Но где-то в середине ночи я переворачивался на живот, и от этого движения он соскальзывал, утыкаясь мне носом в шею. Утром я все время просыпался с обслюнявленным затылком. Все эти месяцы без него я каждое утро встаю, иду в душ и, уже начав смывать слюну со своей шеи, вдруг вспоминаю, что спал один, - он покачал головой. - Тяжелее всего избавиться от самых странных привычек.

- Как много времени прошло?

- Семь месяцев. Мы встретились с ним пятнадцать лет назад. Пятнадцать лет, ты можешь в это поверить? Почти половина моей жизни. Он был восемнадцатилетним и глупым, а я девятнадцатилетним, да еще и глупее его. Я как-то летом ехал на машине к брату в другой конец штата, он голосовал на дороге, и я его подхватил. Мама всегда твердила, чтобы я никогда, ни в коем случае, никого не подвозил, но он был моим ровесником, а я был идиотом, поэтому и подумал: «Да ладно, что он может сделать со мной?», - он засмеялся, снова покачав головой. - Чего он только не делал со мной. Мы не успели доехать до дома брата, как я уже был по уши влюблен. Так влюблен, что повез его к себе домой.

- Твои чувства были взаимны?

- Да. - Его лицо украсила нежная улыбка, глаза заблестели от воспоминаний. - После этого я больше ни разу не подвозил автостопщиков, но когда сегодня увидел тебя, то подумал… Мне показалось, что я должен это сделать.

- А куда он направлялся?

- В Нью-Йорк. - Быстрая улыбка. - Я уговорил его отложить поездку, пока не смогу поехать туда вместе с ним. Мы поехали вдвоем. Какое-то время было тяжело. Но мы поддерживали друг друга и прошли через все вместе. Как бы плохо нам ни было, даже когда мы бесились и хотели все бросить, мы все равно любили друг друга.

- Почему вы вернулись сюда?

- Мой отец умер, оставив магазин – а точнее, два магазинчика электроники – моей сестре с мужем. Через несколько лет им захотелось перемен, и они предложили «вести дела» мне. Я сказал, что возьмусь за это, только если Томми будет иметь равную со мной долю. Мы пару раз спорили об этом, но я никогда еще не проигрывал в споре своей сестре. Мы с Томми вернулись сюда одиннадцать лет назад. Управляли магазинами, купили дом, превратились в парочку скучных обывателей – вот уж никогда не думали, что станем такими. Но я здесь вырос, и после тяжелых времен в Нью-Йорке нас очень радовала финансовая стабильность.

Автостопщик минуты две вспоминал местные магазинчики электроники, пытаясь представить, какой из них – собственность водителя.

- Как насчет тебя? Куда едешь ты?

- Эм… - Парень отвел взгляд. - В Филадельфию.

- Тебя там что-то интересует?

Казалось, вопрос был задан просто для поддержания разговора, а не за тем, чтобы что-то выведать или на что-то намекнуть. Парень с притворной беспечностью пожал плечами.

- Да ничего такого. Просто подумал съездить посмотреть.

- Я был там несколько раз. Мы с Томми ездили на парады. Он обожал их… Рождественские парады, Прайд-парады*. Мы в них никогда не участвовали, но он всегда тащил меня туда, чтобы просто постоять и похлопать несколько часов, отмораживая себе яйца или обливаясь потом, как свиньи.

- Я никогда не был на параде.

- Никогда?

- Ну… во всяком случае не на настоящем, - признался парень. - Ребенком я участвовал в местном параде. В честь Хэллоуина. Я был Могучим Рейнджером.

Водитель усмехнулся.

- Которым?

- Тем, что в синем. Им был мой брат двумя годами раньше, и костюм мне как раз подошел, так что… - его голос стих.

- Всегда хотел иметь старшего брата. Но у меня только Синди. Сестра. Она переехала с мужем и детьми в Финикс, и теперь я единственный, кому мама может приносить каждый субботний полдень пару дюжин печений. И что мне делать с таким количеством каждую неделю? Я отношу их в понедельник в магазин: персонал их любит. Томми обожал печенья моей мамы, он всегда подъедал их все еще до наступления следующих выходных. Думаю, она и приносила их для него. Я же просто был предлогом, чтобы его покормить.

- Моя мама не очень любит печь.

- Нет? - спросил водитель. - А что она любит?

- О, эм… - парень передернул плечами. - Реалити-шоу, подсчитывать калории, покупать вещи на гаражной распродаже* и продавать их потом по интернету. На прошлой неделе она опять покрасила волосы, и теперь они отвратительного темно-красного цвета.

- А твой отец?

Парень фыркнул.

- Я знаю о нем ровно столько же, сколько и ты. Грег говорит, что раньше он присылал нам открытки на Рождество, но я ни одну не видел. Или он врет, или она прячет их от нас, я не знаю.

- Грег – это твой брат?

- Один из них. - Автостопщик принялся рассматривать свои ногти. Выколупливать из-под них грязь.

- У тебя есть девушка?

Снова фырканье.

Водитель улыбнулся.

- Парень?

- Бывает. - Он не отрывал взгляда от рук. И хмурился. Может быть, от сосредоточенности. Но скорее всего, нет.

- Бывает, - повторил водитель. - Знаешь, до Филадельфии несколько часов езды, а солнце скоро сядет. К тому времени, как ты туда доберешься, уже стемнеет и будет еще холоднее, чем сейчас.

Пожатие плеч.

- Я могу снять номер в отеле.

- Или ты можешь остаться на ночь тут, а утром я тебя отвезу. Тогда ты доберешься до Филадельфии ранним утром, и у тебя будет целый день на то, чтобы найти хорошую квартиру, а может даже и приличную работу.

Парень вдруг подозрительно сузил глаза.

- Если ты…

- Расслабься, - сказал водитель. - Ты можешь переночевать у моей мамы. Самое худшее, что она может с тобой сделать, – при прощании впихнуть в руки банку с печеньями.

- Ты хочешь сказать, что сейчас отвезешь меня домой к твоей матери, а утром подкинешь в Филадельфию? Ты не обязан это делать, я…

- Я знаю. Но подозреваю, что Томми захотел бы, чтобы я это сделал. А я никогда не мог ему ни в чем отказать. Один взгляд его огромных карих глаз, и я абсолютно беззащитен.

- Твоя мама не имеет ничего против того, что ты привозишь в дом незнакомцев?

- Когда я сделал так в прошлый раз, она заполучила себе зятя. В этот раз она, по крайней мере, получит кого-то, кому можно приготовить утром сытный завтрак. Я отвезу тебя к ней, только сначала мне нужно кое-где ненадолго остановиться.

Парень начал покусывать губу.

- Послушай, я… это… Спасибо.

- Не за что. - Водитель съехал на обочину дороги и припарковался. - Подожди меня здесь, я скоро вернусь.

* * *

Положив еще одну белую розу на надгробие, Дэвид опустился на холодную траву, как раз когда солнце зашло.

- Хей, Томми. - Он потер ладони, отмечая про себя, что нужно убедиться, есть ли у паренька перчатки. - Я сегодня у обочины увидел тебя. Прямо там, идущего вдоль изгиба дороги на Гроув стрит, с большим синим рюкзаком, опущенной головой, подбрасывающего носками ботинок грязь. Ты двигался так быстро, словно пытался от чего-то сбежать. У меня перехватило дыхание.

Нахлынули воспоминания… Даже если бы он не остановился, чтобы подбросить паренька, ему бы все равно пришлось припарковаться. Слишком трудно вести машину, когда сердце встало поперек горла.

- Я знаю, что мы с тобой пообещали маме, что никто из нас никогда больше не будет ездить автостопом или подвозить кого-то другого, но я должен был это сделать. Она простит меня. Он – это ты, детка. Когда он откинул с лица спутанные пряди волос, я увидел твои огромные карие глаза. Я еще подумал, не использовал ли ты свою сперму для чего-то, о чем я не знал. И он тоже покусывает губы.

Ему нужна гигиеническая помада. Филадельфия в декабре? Хотя Дэвид подозревал, что паренек до нее так и не доберется. Не после того, как попадет в руки его мамы. Может быть, работа в магазине…

- Что ты думаешь насчет того, чтобы дать ему работу Гектора? Роза все равно постоянно твердит о его повышении. Если паренек будет работать полный рабочий день, а мама назначит ему арендную плату раза в три меньше, чем стоила бы квартира, то он сможет скопить денег, может быть, потом найти свое собственное жилье, может быть, чему-нибудь поучиться, в зависимости от того, чем он хочет заниматься в жизни. Может быть, он не останется, может быть, он поедет в Филадельфию…


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: