Эжона встрепенулась, оживилась и, прежде чем я успел её остановить, взлетела. Когда она скрылась за скалами, я мрачно прокомментировал:

— Рано обрадовался, теперь трое неизвестно где.

Но через короткое время Эжона вынырнула из-за скалы. Летела она очень осторожно, плавно, словно несла нечто по-настоящему драгоценное.

Когда она приземлилась, со спины дракона мне в руки скользнул маленький, чуть светящийся в темноте ночи комочек.

— Эрлиниэль, — облегченно вздохнул я. — Ну наконец-то! На свидание, небось, отлучился по дороге.

Фей с трудом поднялся и сел на моей ладони, раскачиваясь из стороны в сторону:

— Ну ты и… Я можно сказать, рекорд поставил. Наверняка еще ни один фей не летал на такие расстояния, а он тут… — и снова повалился.

— Ну-ну, — я встряхнул маленького человечка за шиворот. Ноги и руки эльфа качнулись, как у марионетки. — Не жалоби, говори, что узнал! Времени нет совсем. Война уже началась!

— Уже? — встрепенулся Эрлиниэль. — Кто? С кем? Где?

— Люди, эльфы, там, — нетерпеливо ответил я. — Не тяни, Эрл, Магистр жив? Что-нибудь известно о Повелителе?

Эжона тоже склонилась над нами и часто-часто дышала, образуя облачка пара.

— Жив, — объявил эльф, скорее супруге. А потом повернулся ко мне: — Мне удалось пробраться туда, хотя было сложно. Дроу осадили Магистра, они требуют выдачи Повелителя. Все обыскали, но не отступают. Они уверены…

— Откуда такая уверенность? — казалось, сердце мое упало в живот.

Фей из последних сил перелетел на землю и засветился ярче. Смена ипостаси произошла довольно быстро и эльф продолжил:

— Дроу вскрыли тайное убежище Повелителя, но там находились только лишь приближенные Дарва и верные его дому.

— Они ссссснают, — прошипела Эжона.

— Что знают? — не понял Эрлиниэль.

— Ну не знают, а догадываются, — проворчал я. — Хотя, от этого не легче. Как ты думаешь, Эрлиниэль, куда твоя суженая прячет одежду, принимая ипостась дракона? Почему это она ни разу не явилась голая после перевоплощения…

Эльф хотел было возмутиться, но я перебил, не желая сейчас выяснять отношения:

— И куда они прячут свои сокровища, если их никто не находит в пещерах, когда дракон улетает? Куда они могут спрятать небольшого дроу на какое-то время?

— А, правда, — эльф задумчиво посмотрел на жену, — куда?

— Вот какой тебе умный муж достался, — хихикнул я.

И тут же потух:

— Что же теперь? Магистр в осаде, а Дэйдрэ кажется, попала в ловушку Лайнеса…

— Кто попал в ловушку? — весело спросила Дэйдрэ, грациозно опускаясь на землю из ниоткуда.

У меня упала челюсть.

Довольная произведенным эффектом девушка покрутила перед моим носом неприметным предметом:

— Корпат³ незаменимая в хозяйстве вещь. Я рада, что здесь все, и все живы и… — Дэйдрэ шевельнула носком туфли бесчувственного Херона. — Почти здоровы. Интересно, это теперь его обычное состояние? Ладно, я скоро.

И дручия снова пропала.

Супруги растерянно переглянулись, а я оттащил оборотня в сторону на всякий случай. И не зря. Ровно на то же место, где лежал вымотавшийся волк, опустилась небольшая компания.

— Гром! — радостно воскликнула Динзи и бросилась мне на шею, потом резко отскочила, виновато посмотрела на улыбающегося Волдрея и оттерла кулачком слезы.

Друг деловито похлопал меня по плечу и сдержанно кивнул, но по его глазам я понял, что он рад не меньше девушки. Дроу сильно повзрослел за это время, стал сдержаннее и еще худее.

Позади всех стояла Лейла и смотрела на меня со страхом. Я опешил:

— Лейла… ты как? Все в порядке? Что с тобой?

Я хотел было подойти к девушке, обнять, успокоить, но эльфийка отступила так резко, что ударилась затылком и каменный выступ позади. Неожиданно она разрыдалась и бросилась на грудь к дручии. Та ошеломленно погладила принцессу по голове.

— Тот, в белом, — скривился Волдрей. — Болтал о тебе всякие гадости. А эта дурочка готова верить всему…

Он презрительно сплюнул и отвернулся. Я озадаченно почесал в затылке: чего такого мог обо мне порассказать Лайнес. Если только… но он же не совсем чокнутый! Хотя, если он плел все это мне, почему бы не навешать лапшу на уши и своим пленникам?

Вдруг мне вспомнилось, как поглаживал картину Цвейго… Нет, невозможно. Я резко обернулся на девушку. Лейла не смотрела на меня, уткнувшись в плечо к Дэйдрэ. Хотя, почему невозможно? А вдруг Молния хотела уйти к Цвейго, и поэтому Лайнес так разозлился, что был готов на все, чтобы удержать её от этого шага. А может, она уже ушла, когда он обманул её? Что в рассказе дручия правда, а что бред пьяного гнома?

Почему-то подумалось, что Лейла никогда не называла Марвадэ мамой.

— Война началась, — нарушил молчание очнувшийся, и уже успевший тихо сменить ипостась, Херон.

Все слаженно кивнули. Похоже, это ни для кого не осталось тайной.

— Есть плохая новость, Гром, — сурово сказала воительница, осторожно усаживая эльфийку на камень. — Подземные дроу встали на сторону людей. Пора включать в игру артефакты.

— У меня новость тоже не из приятных, — кисло улыбнулся я. — Артефакты вне игры.

— Что же делать? — занервничал Эрлиниэль. — Так они перебьют всех эльфов…

— Не самое страшное, — раздался слабый голос Лейлы. — Так скоро погибнет весь наш мир. Лайнес… он решил привести мир к гибели. Поглотители скоро будут здесь, если еще не пришли. Жаль, что никто вначале не догадался, почему всплыли артефакты и преемника обвинили в убийстве…

— Похххлотители?! — Дракониха была на грани истерики. Воистину, я-то считал, что драконьи морды не способны к передаче эмоций. — Пппелые ттттххххаконы! Тттты хххаскасссывал о ниххх, ххххром!

Я мгновенно ощутил прикосновение ледяных рук к груди. Так вот кто были эти загадочные и страшные существа!

— Они уже здесь, — мрачно кивнул я. — Мы их видели, когда летели к Дэйдрэ. — И упавшим голосом продолжил. — Они знают, кто я, но я им не нужен. Они ищут Молнию!

Друзья непонимающе смотрели на меня, дроу — неверяще, в глазах Лейлы мелькал панический страх. Я вздохнул и обратился к дручии:

— Есть еще какой-нибудь способ попасть в мастерскую?

— В тайник? — удивилась Дэйдрэ. — Не знаю, я думала, что есть, но у меня не получилось…

— Получилось, — выдавил я неохотно. Они, — кивнул я на дроу и Лейлу, — все тебе расскажут, похоже Лайнес им все поведал. А мне немедленно надо в мастерскую. Может, еще есть какие-нибудь шансы сохранить этот мир…

— Попробуй пока обратиться к артефактам, — пожала плечами Дэйдрэ. — Может, я еще чего придумаю…

Левой рукой я взялся за рукоять мертвого Сияния, правой прикоснулся к Оку, и обратился к загадочному третьему артефакту с просьбой перенести меня в тайник.

— Ничего не происходит, — с разочарованием произнес я и открыл глаза.

Белый свет ослепил меня.

Я ойкнул и зажмурился. После ночной темени перемена была не из приятных. Я подождал, когда яркие круги потухнут перед моим внутренним взором, и попытался снова.

На этот раз меня встретил легкий приятный полумрак.

— Ты ведь никогда особенно не испытывал неприязни к свету, верно? — ласковый голос Молнии всколыхнул в душе забытые детские фантазии о маме.

Прекрасная женщина с оранжевыми волосами подошла, чтобы обнять меня, но я резко отстранился. Пока это было выше моих сил. Я беспокойно покосился на Молнию, не зная как выразить свои чувства, но она лишь иронично сощурилась:

— Знаешь, мне тоже не так-то легко. Ты мой первый ребенок… которого я, к тому же, не видела так долго, что он успел вырасти. А я, когда не знаю, как себя вести, иду на поводу своих эмоций или делаю глупости… Ты же не хочешь, чтобы я делала глупости?

Нет, — я замотал головой, расплываясь в улыбке. — Думаю, ты их уже наделала достаточно.

Общаться с Молнией было невероятно легко, и меня тронуло то, что она тоже не своей тарелке и не знает, как поступить и что сказать.