– Проверь его, только не помни.

Ярославу, так звали парня, предложил рукопашный поединок с генералом гвардии. Перед крыльцом образовался круг, народу прибавилось, набежала дворня. Слава первого рукопашника гвардии Савелия Хвата была известна всему городу.

– Ну, бей меня, парень, – предложил Савелий.

Ярослав вопросительно глянул на меня.

– Бей, не стесняйся, но смотри, генерал – боец опытный.

Парень поклонился мне и мигом очутился рядом с Хватом. Обозначил удар с левой, а ударил правой. Молниеносный удар, публика ничего не поняла. Савелия унесло шагов на пять, на лету перевернулся и встал в стойку. Ярослав спокойно ждал, гвардеец на миг исчез для окружающих, но я видел – он провел атаку по нижнему уровню. Мах ногой – прием «коса по траве», и парень покатился по дубовым плашкам, покрывавшим двор. Моментально оказался на ногах и, стелясь особым шагом, в секунду оказался рядом с Савелием. Тот махнул рукой – конец схватке, испытание прошел.

– Кто учил тебя, малец?

– Батяня мой, он сызмальства гонял меня, как Жучку.

– Заметно. А как звать его?

– Батю зовут Фрол, по прозвищу Клин.

– Э, да я знаю твоего отца, в одной дружине служили лет десять назад, отличный боец.

– Как тебе новобранец? – спросил я Хвата.

– Подойдет, задатки есть. Давненько меня с ног не валили.

– Савелий, завтра к вечеру пришли гвардейцев с повозками – заберут у завхоза бритвы. Даю с запасом – двенадцать тысяч. Ты рожуто не криви, потом мне спасибо скажешь, а то ходите ровно обезьяны нестриженные.

Хват забрал парней, и двор опустел. Зашли в терем, в столовой испили холодного квасу.

– Вася, сходи узнай, все ли готово для выезда на природу.

– Карчи, как всегда, опаздывает. Владимир, сделай ему втык за такие выкрутасы, – выдал Семен.

– Что, опять в бассейн уронить?

Мы заржали в две глотки. Шаман, легок на помине, появился в дверях помещения.

– Невеста где? – взвился коршуном Семен.

Карчи за руку ввел в помещение девушку, она в смущении отвесила мне поклон. Мы с Семеном негодующе посмотрели на шамана:

– Бессовестный ты человек, Карчи, скрывал от нас такую красавицу.

Я подошел ближе:

– Знакомь с невестой.

– Моя Екатерина, – с гордостью объявил Карчи.

Он нас, что называется, убил наповал, ай да шаман. Перед нами стояла настоящая русская красавица, с косой до пояса. Держалась Екатерина с чувством собственного достоинства, присущим русским женщинам. На вид ей было лет девятнадцать, но большие серые глаза уже излучали ум и мудрость.

Забежал адъютант:

– Все готово, Светлый хан, можно выезжать.

– Найди княжну и мальцов, мы ждем во дворе.

Когда коллектив полностью собрался, к нам присоединились Ильяс с темником. Мужикам я велел ехать верхом, а сам с девушками и ребятишками сел в карету. За каретой выстроились с десяток фургонов с припасами, шатрами и прочим. Сотня охраны рассыпалась вокруг нас. Тигры бежали по обе стороны нашего экипажа. Иван похвастался:

– А меня сегодня Сынок катал, и Аленку тоже, – и без всякого перехода: – княжна нас грамоте обучила, мы все буковки знаем, писать научились. Вот скажи, князюшка, скоко будет трижды семь? – и, не дожидаясь ответа, выпалил: – Двадцать один, верно ведь?

– Вы с Аленкой просто молодцы.

Детишки принялись рассказывать о своих успехах в учебе, Людмила, довольная, улыбалась. Познакомил ее с Екатериной, и они быстро нашли общий язык. Я с интересом слушал щебетанье ребятишек.

Через час прибыли на место, слуги засуетились, ставя летние шатры и натягивая тенты. Место подобрано удачно – смешанный лес рос рядом с берегом реки Казанки. Прекрасный белый песок пляжа и чистейшая вода – все для полноценного отдыха. Воздух прогрелся градусов до двадцать шести. Подозвал старшего телохранителя Свиста:

– Бредешок с собой взяли?

Он молча кивнул.

– Выдели три человека, пусть потаскают, но, кроме стерляди и молодой щучки, ничего не брать. Нам рыбки пару бочонков хватит, поварам отдадите, остальное себе. Поешьте свежатинки.

– Как скажешь, Светлый хан.

Василий деловито прилаживал колонки к деревьям, детишки возились с тиграми, а Людмила в сторонке беседовала с Екатериной. Ильяс с двумя темниками и Скуратов слушали байки шамана – он мастер вешать лапшу на уши. Временами от их компании долетали взрывы хохота. Все заняты, один я не при деле.

– Схожу искупнусь, – и отправился на пляж.

Вдоволь наплескавшись, улегся на теплый песок позагорать. Ниже по течению слышались азартные крики охранников, тащивших бредень.

– Хорошото как, Господи, в кои веки выбрался на воду.

Мое внимание привлекли женские голоса и веселый смех изза кустов. Решил глянуть и, не высовывая головы из укрытия, обнаружил две грации. Людмила с Екатериной, полностью обнаженные, стояли на берегу и пальчиками ног пробовали водичку. Картина завораживающая – обе красавицы имели потрясные фигуры. А уж формы – я даже крякнул втихомолку.

– Нет, так можно сперматоксикоз заработать, – и отполз от греха подальше.

Отряхнул трусы от песка, оделся и подался к коллективу. Кстати, трусы и карманы ввел тоже я, до моего появления они просто отсутствовали.

Нижнего белья, как у мужчин, так и у женщин – найн.

Когда я Марьяшу ознакомил с данными деталями одежды, она сразу оценила достижения прогресса. Теперь вся женская половина города носит нижнее белье, портнихи завалены заказами на год вперед. А что началось, когда я по просьбе жены соорудил на компе несколько журналов моды! Казань простонапросто стала столицей моды, европейские купцы специально приплывали за модной женской одеждой.

Навстречу мне степенно двигались два всадника – Аленка с Иваном на тиграх.

– Проголодались, поди, мальцы? Поехали к столу.

Тигры послушно повернули за мной.

Круглые низкие столы, покрытые скатертями, ломились от разнообразных кушаний. Двое слуг готовили шашлык на мангале, ставя готовые вертикально в небольшой котел с острым соусом.

– Чего ждем? – осведомился я. – Прошу к столу.

Народ одобрительно загудел и стал рассаживаться на небольшие подушки, сложенные по несколько штук.

Адъютант включил магнитофон, и Алла Борисовна с ансамблем заголосила про знойное лето.

Первый тост, естественно, за победу. Осушили кубки и попробовали новинку для здешних столов – салат.

Подали дымящиеся шашлыки, поджаренные в самый раз, не перегоревшие. Выпив по второму кубку, продегустировали мясо, всем понравилось. Ильяс сидевший по левую руку, спросил:

– Владимир, мой темник Муса тост хочет сказать, можно?

– Всегда пожалуйста.

Ильяс подал знак темнику, тот поднялся с кубком в руке.

– Уважаемые, предлагаю выпить за нашего Светлого хана, за его добрые дела: нынешние и будущие, дай бог ему и его семье крепкого здоровья и благоденствия.

Все поднялись, зашумели и стали со мной чокаться.

Я, конечно, выпил, но, чувствуя себя не в своей тарелке, недовольно спросил Ильяса:

– На фига нужно дифирамбы петь? Ты ведь знаешь, не люблю восхвалений в свой адрес.

Он загадочно улыбнулся и промолчал. Тем временем Муса подошел ко мне и протянул кожаный сверток:

– Светлый хан, прими мой скромный подарок, от души дарю.

Я с недоумением глянул на темника, тот добавил:

– Сегодня в лазарете ты спас моего младшего брата Юсуфа.

– Сотник в его тумене, – подсказал Ильяс.

– Так вот в чем дело.

Муса меж тем продолжал:

– Не откажи, Светлый хан, прими подарок. Юсуф – мой единственный брат.

– Куда его ранили?

– В грудь, стрелой.

Я вспомнил, лечил такого: стрела прошла выше сердца на полсантиметра. Да, действительно вытащил парня с того света.

– Хорошо, Муса, подарок твой принимаю. Пусть твой брат быстрей встанет на ноги. Он что, из одержимых?

Муса горько вздохнул и кивнул головой.

– Не переживай, я думаю, монгольская стрела ему мозги вправила.

У башкир, как и у других тюрков, хватало «отмороженных» на всю голову молодых воинов – так называемых «одержимых». В бой они шли в одних ярких рубахах, без доспехов. Их вооружение: щит, сабля и кинжал, а меткой стреле все равно, она валит всех подряд. Потому они и гибли пачками, а на их место становились другие придурки.