– Процедуру проведешь после перехода, дома. Она пойдет тебе на пользу, а если родится малыш, перейдет от меня по наследству. Ну, и твоя «прививка» добавится. Прими маленький презент, – и вручил Людмиле небольшой, но тяжелый мешочек.

– Здесь золотые монеты и несколько камней. Обратишься к нумизматам, выручишь хорошие деньги. Предварительно посмотри каталоги, а не то обжулят.

Затем надел ей на шею золотую пайцзу с мордой Сынка.

– Что это, Володечка?

– Золотая пайцза, указывает на принадлежность к моей фамилии, к императорскому дому. С собой возьмешь хронопередатчик – в любой момент можешь вернуться сюда.

Подробно объяснил, как им пользоваться.

– Давай прощаться, милая.

Мы обнялись и долго стояли молча, а затем прошли в кабинет. В синеватой вспышке безопасник исчез первым, за ним ушла Людмила.

Пусто стало на душе, подошел к столу и налил высокий кубок вина. Жахнул одним глотком. Все душевные терзания лечатся однимединственным способом – работой.

Слуги освободили стол, за ним я намеревался заняться «Уложением». Сунулся в шкафчик за новым гусиным пером и наткнулся на трофей, что снял с Батыя – маленький мешочек с непонятной штуковиной. Для лучшего осмотра подошел к окну. Вещица представляла собой бронзовый диск, покрытый хрустальным стеклом. В центре, на оси находилась ромбовидная стрелка, разделенная на две половинки – одна золотая, вторая бриллиантовая. На первый взгляд обыкновенный компас, да вот смущала одна деталь – отсутствовала градусная шкала и обозначения сторон света. Друг напротив друга располагались две метки – золотая капля и маленький бриллиантик. Придется экспериментировать, проверить некую сумашедшую идею.

Сняв с пальца золотую гайку, положил ее в дальний угол помещения. Отойдя в другой конец кабинета, положил на ладонь «компас» – стрелка крутанулась разок на оси и золотым острием точно указала на угол с печаткой. Затем, подрожав, отошла в сторону и стала совершать обороты на сто восемьдесят градусов, указывая то одним, то другим концом в одну точку. Пригляделся: мама дорогая, да она же на мою сокровищницу кажет, ту, что в подвале. Выходит, я взял на саблю бесценный трофей. Думаю финансовые проблемы на строительство будущего государства Российского в значительной степени решены. Спрятал мешочек с «компасом» в шкаф, запер его и пошел к радистам.

Те за короткое время наладили связь с поисковыми отрядами на Урале. Поисковики сообщили радостную весть: обнаружили месторождения рудного железа, меди и малахита с яшмой. Я поблагодарил их за отличную работу и пообещал прибыть в скором времени.

Вояж на Урал необходим, нужно все увидеть своими глазами.

Вызвал адъютанта, дал указания, кого вызвать в первую очередь, а сам пошел в спортзал. На синтезаторе произвел кучу медикаментов – от зеленого луча, возникающего при создании очередного лекарства, заболели глаза. Никак не привыкну. Закончив, приказал Митричу загрузить лекарства на повозки и отправить в госпиталь, Жуку.

Зайдя в малую столовую, обнаружил всех дорогих родственников в сборе – ждали меня к обеду. Объявил о своем решении сбегать на Урал, все оживились, загомонили. Одна жена недовольна.

– Ты с Ванюшкой оставайся в Казани, зачем вам со мной мотаться. К тому же с Урала я двину во Владимир.

Сразу в ход пошла вывернутая женская логика: ага, мы с сыном здесь киснуть будем, а ты во Владимире веселиться.

Я внимательно посмотрел на нее, думал, придуривается Марьяша – нет, сказано все на полном серьезе.

– Хорошо, поедем со мной до Уфы, подождете меня с Урала, а потом на Русь.

Компромисс был найден.

Наскоро пообедав, пошел в кабинет. Там меня ждали Василий с заместителем Хвата – Макаром, по прозвищу Ходок. Он своими повадками в самом деле походил на охотника. По здешним меркам высок, статен, отчаянный рубака, одна слабость – бабы. Ну, да кто не грешен? По моему знаку адъютант вышел.

– Макар, выберешь триста гвардейцев, не особо болтливых – пойдем на Урал. Они сменят охранный отряд. Начальником назначишь толкового сотника, с собой пять пулеметов с расчетами, пусть возьмут зимние вещи и провиант. Сам, если не будет Савелия раньше времени, с тремя тысячами гвардейцев и десятью пулеметами пойдешь во Владимир. Встанешь лагерем в километре от города, на берегу Клязьмы. Найдешь в городе Карчи, связь через него. Рассчитай время, быть тебе там не позже десятого сентября. Ступай.

Затем поочередно принял коменданта и оружейников – Никиту с Юрием. Последним наказал подъехать на повозке завтра к вечеру, забрать новую спецлитературу. На подготовку к путешествию на Урал дал два дня. По рации связался с Савелием, обрисовал обстановку и урезал сроки их карательной экспедиции.

– Савелий, ты к ногайцам не ходи, хрен с ними, ты мне нужен во Владимире.

– Хорошо, Светлый хан, тебя понял, буду к сроку.

Закрутилась круговерть подготовки, и через два дня мы отплыли на десяти стругах. Толгатхан с Ильясом и со своими туменами отправились в конном строю. Тесть не любил воду. Ивана с Аленкой, естественно, оставили дома, под присмотром Митрича. Тигров поначалу брать не хотел, да куда там – они в последний день ходили за мной буквально по пятам. Я намек с их стороны понял и с интересом ждал продолжения. В день отплытия сладкая парочка задолго до погрузки обосновалась на палубе нашего струга. Как они его вычислили, ума не приложу.

До Уфы дошли сравнительно быстро, почти все время дул попутный ветер. Передохнув у тестя денек и наняв около трехсот рудокопов, на лошадках погнали на Урал. Жену с сыном оставил у Толгатхана, а тигры, будто привязанные, перли рядом со мной.

В районе будущего Челябинска нас встретил первый отряд гвардейцев. Артельщики стояли за триста верст на СевероЗапад. Через неделю мы прибыли в старательский поселок, радости у народа – не передать словами. Оно и понятно – смена прибыла. Я с артельщиками честно рассчитался за их труды, человек пятьдесят решили остаться на следующий сезон.

Осмотрев добытые образцы железной руды и меди и хорошо подумав, решил основать здесь городок с металлургическим заводом. Всяко выгодней, чем возить руду в Уфу или Казань.

Через день, взяв сотню воинов и проводников, подался на поиски золота и драгоценных камней. По указанию стрелки трофейного «компаса», восемь дней огибали горы и пробирались звериными тропами по лесам. Золото мы нашли, самую настоящую жилу, она уходила вглубь горы. Сориентировавшись на карте, сделал метку на будущее. Отослав охрану к гвардейцем, что расположились лагерем в полуверсте, сделал в одиночку три затеса в двухстах метрах к востоку от жилы. Место нашей находки замаскировал. Теперь попробуем найти камушки: бриллиантовая стрелка упорно показывала на другую сторону Уральского хребта. Оставим изумруды на будущее, а сейчас поджимает время – пора во Владимир.

Описывать радости и тяготы дороги не смысла, да и нудно получится. Одно могу сказать: красивее нашей русской природы нигде нет. Запад рядом не стоял, а климат наш самый полезный и здоровый для человеческого организма.

В Уфе, у тестя, задержались на три дня, отоспались и слегка попировали. И опять по рекам до Нижнего Новгорода, а дальше на рысях – Марьяша с Ванюшкой в карете, Сынок с Малышкой в фургонах и я с отбитой задницей в седле.

К Владимиру подоспели вовремя, в запасе оставался один день. Гвардия с Савелием Хватом и Семеном Скуратовым встретила нас криками «Ура!» и пальбой в воздух.

За день немного отоспались и отдохнули от долгого пути. Вечером все близкие и доверенные люди собрались в моем шатре.

– Доложи, Савелий, о ваших успехах.

Савелий хотел встать, но я махнул рукой.

– Светлый хан, твой приказ выполнен, Орду Алийбея порубили в капусту – все семь тысяч. Кто из них ходил в набег под Нижний Новгород, не знаю – сортировать некогда было. Родней Алийбея занимался Семен.

Сеня скривился, словно хины глотнул – неприглядная работа, расстреляли сто сорок два человека, всю родню. Освободили около пятисот рабов, все наши, славяне. Половина с нами, остальных с охраной в Казань отправили, и детишек – сирот половецких – тоже.