Нетрудно заметить, что Всевышний здесь — отнюдь не великодушный Бог древних монотеистов, для которого «несть иудея, ни эллина», а мелкий, мстительный божок, не отказывающийся даже от человеческих жертв. Божок племени Израиль.

Не таков Бог саддукеев. Он далеко не такой назойливый и вездесущий, как у фарисеев. Создав мир с Адамом и Евой, он «отошел от дел», предоставив людям возможность самим решать свои судьбы. Человек в воззрениях саддукеев предоставлен самому себе, обладает полной свободой воли. Понятно, что никакого Завета с таким Богом у евреев быть не могло, так же как не могло быть и никакой божественной миссии по порабощению человечества. А то, что они все же занимались миссионерством, объясняется вполне земным желанием приобрести как можно больше союзников и единомышленников.

Саддукеи отрицали бессмертие души, воскресение из мертвых (Мф., 22:20, Деян., 23:8), существование ангелов и духов, т. е. многое из того, что входило в концепцию фарисеев. Отрицалось ими и загробное воздаяние, о чем свидетельствовал Флавий в «Иудейских войнах». Чужды саддукеям были также эсхатологические настроения и мессианские ожидания. Спаситель человечества из потомков рода Давида находился за гранью их воображения.

Человек, считали саддукеи, жил в огромном, холодном мире, в котором о нем, кроме него самого, некому было позаботиться. Иными словами, спасение утопающих — дело рук самих утопающих.

Мировоззрение это, как видно, чем-то сродни атеизму.

Разногласия между фарисеями и саддукеями были столь нешуточными, что даже послужили причиной шестилетней войны между ними. Поводом стало наплевательское отношение царя-первосвященника Александра-Янная (95 г. до н. э.) к обряду возлияния воды на алтарь в праздник Кущей. Обряд был очень популярен в народе и совершался с особой торжественностью. Полагают, что он призван был заменить кровавые жертвоприношения бескровными. Саддукеи отвергали этот обряд, как не соответствующий Закону Моисееву. Однажды, исполняя этот обряд в Храме в качестве первосвященника, Яннай, будучи последовательным саддукеем, поданную ему для возлияния воду выплеснул на землю вместо того, чтобы вылить ее на алтарь. Народ, естественно, не стерпел такого глумления над старинным обычаем и стал бросать в царя чем попало. Но тут на него набросилась царская стража. Погибли тысячи людей. Святое место обагрилось кровью.

Вскоре после этого разразилась шестилетняя война, в которой погибло до пятидесяти тысяч фарисеев. Оставшиеся в живых вынуждены были искать убежища в Египте.

Я привел этот фрагмент для того, чтобы можно было понять: фарисеи и саддукеи молились разным богам, а значит, и священные книги у них были разные. Тора с ее племенным божком не могла быть и не была Торой саддукеев. То, что сейчас изучают иудеи, — это учение, появившееся практически одновременно с христианством и, следовательно, никак не причастное к его зарождению. Оба этих учения были обломками третьего — более простого и универсального, которое не нуждалось в огромном штате священников для его передачи непосвященным, поскольку было более доступным для понимания.

Это, между прочим, ставит под вопрос существующую точку зрения о демократичности учения и ритуалов фарисеев. Якобы последние были ближе к народу, ибо, в отличие от саддукеев, учли в своих верованиях вековые народные традиции и обряды. Так считают современные иудеи и не могут иначе. Ведь они как раз и являются потомками тех самых фарисеев. Кто же о своих отцах-основателях скажет плохо?

На самом деле фарисеи сделали все, чтобы максимально отдалиться от народа. Потому-то и изгнал их Христос из Храма. И тот факт, что Каиафа, отправивший Христа на смерть, был саддукеем, не добавляет фарисейству демократичности. Это было как раз то исключение, которое подтверждает правило. Вдумайтесь: беднейшие слои населения, сельских жителей, стали называть крестьянами. Отчего? Да оттого, что они были первыми христианами. Теперь понятно, насколько далеки были фарисеи от народа?

Впрочем, саддукеев здесь также никто не выгораживает. Любая религия имеет тенденцию к подмене своего духовного наполнения чередой бездумных обрядов. И жрецы в этом процессе играют не последнюю роль. Надо полагать, саддукеи также были несвободны от некоторой склонности к ритуализации веры. Может, именно это имел в виду Христос, когда призывал беречься «закваски фарисейской и саддукейской» (Мф., 16:11–12).

Да и крестьянами стали называть бедняков не только в противоположность более состоятельным фарисеям, но, возможно, даже в большей степени в противоположность саддукеям. Ведь последние принадлежали к еще более зажиточным слоям населения. Не в пользу демократичности саддукеев свидетельствует и эпизод с глумлением царя-первосвященника над народным обычаем. Собственно, и Иисуса как живое воплощение мессианской идеи они, как и фарисеи, не признавали. В лучшем случае как пророка.

Впрочем, все это не так важно. Речь ведь не о людях, а об учении. А оно в саддукейской редакции все-таки выглядело привлекательней, чем у фарисеев. Хотя бы уже тем, что, как и христианство, было обращено ко всем «языкам».

Предлагаю вернуться немного назад и еще раз коснуться вопроса об иудеях как о коренных римлянах. Это очень важно. Ведь из этого положения проистекает тот факт, что римляне или по крайней мере какая-то их часть были иудеями. Более того, появляется мысль, что иудаизм был официальной религией Рима!

Наверное, читатель будет терзаться вопросом, что подвигло меня к таким выводам помимо соображений чисто умозрительных. И его можно понять. Трудно избавиться от стереотипа, в соответствии с которым римляне были закоренелыми язычниками и политеистами. Очень уж он необорим. И следует признать: стереотип этот не на пустом месте возник. Но обратите внимание: уже из самого названия язычества следует, что оно было религией не всех римлян, а лишь римского «народа». Язык — народ. То есть слово «народ» используется здесь не в смысле всего населения империи. «Народ» — это простой люд Рима.

Впрочем, даже самая широкая интерпретация этого слова никогда не включала в себя (да и теперь не включает) правящую верхушку.

Однако не будем забегать вперед. Приглядимся внимательней к религии римлян и зададимся вопросом: так ли уж далека она от воззрений древних иудеев? Сразу оговорюсь, я далек от мысли, что религия эта была сознательно искажена по каким-то идеологическим соображениям и представлена в виде дремучего политеизма. Просто мы плохо представляем себе содержание старого иудаизма. Возможно, оно мало отличалось от подлинной римской веры, о которой мы также немного знаем. Хотя и сознательное искажение возможно.

Так вот, если просуммировать все, что нам известно о религии древних римлян из официальных источников, то можно увидеть следующую картину. Культа единого божества у римлян не было. Римский пантеон представлен длинной плеядой различных богов и божков, часть которых перекочевала к римлянам из воззрений народов, населявших империю.

Таким же синкретизмом характеризуется и доимперский период, или период царского Рима, когда римляне поклонялись богам древнейшего населения Апеннин, греков и этрусков, впитывая их мифологию. Этрусским по происхождению является уже предание о капитолийской волчице, вскормившей своим молоком братьев — основателей Рима — Ромула и Рема. Римляне вслед за этрусками верили, что души мертвых в Аид препровождает старец по имени Харон, вооруженный тяжелым молотом. У тех же этрусков они переняли систему гаданий по внутренностям животных. Такого рода гаданиями в Риме, как и в Этрурии, занимались особые жрецы — гаруспики. Даже, казалось бы, такая чисто римская традиция, как гладиаторские бои, была у этрусков частью культа мертвых.

Массу богов римляне «позаимствовали» у греков. Так, греческий Зевс стал Юпитером, Арес — Марсом, Афродита — Венерой, Афина — Минервой, Гера — Юноной и т. д.[56].