Подойдя вплотную к первым нагромождениям скал, Брукс неожиданно пропал, завернув за небольшой выступ. Я в одно движение догнал его: мне не хотелось выпускать его из виду. Мы оказались перед узким проходом, скрывавшимся за выступом. Темная дыра, с неровными краями, вела в глубь горы. Брукс, оглянувшись, кивнул в сторону черного входа, как будто приглашая, и скрылся в нем. Я последовал за ним. Недалеко от входа, где свет уже был тусклым, но еще не пропал совсем, на стене, в кольцах, вбитых в гранит, висело несколько факелов. Брукс, взяв один из них, зажег чиркнув огнивом, лежащим здесь же. Мы молча двинулись дальше в глубь горы.

Я прислушивался к шорохам и, глубоко вдыхая, изучал воздух, но ничего, кроме шелеста волн оставшегося за нами океана и громких криков птиц, носившихся над островом, не было слышно. Воздух был наполнен запахами соленой воды, скудных растений и неясным, едва уловимым оттенком человеческого жилья, идущего из глубины тоннеля.

Мы шли примерно минут пять, прежде чем оказались в небольшой пещере. От нее в разные стороны отходило несколько ходов.

– Как в подземелье нашего замка, – невольно отметил я. Остановившись посредине, Брукс ударил в колокол, свисавший с низкого свода пещеры. Он остался стоять неподвижно, смотря прямо перед собой и его мысли вились вокруг незначительных деталей, окружавших нас. Я начал злиться на эту его особенность, неприятно было чувствовать себя беспомощным. Я уже так привык читать чужие мысли, что мне было не по себе от его постоянного контроля над собой.

Вскоре из глубины тоннеля, находящегося прямо перед нами, послышались шаги, и я почувствовал чистый человеческий запах. Мысли человека, идущего по проходу, читались без усилий. Он размышлял о том, что Брукс и Тридвиг вернулись быстрей, чем их ожидали. О возможности приезда кого-то другого он и не подумал. Похоже, сюда кроме капитана Венса и этих двоих никто не знает дороги.

Я стоял рядом с Бруксом и человек, вышедший из темного хода, с горящим факелом в руке, увидев его и меня, стоящего рядом, свободного, без кандалов, резко отшатнулся в глубь тоннеля. Его мысли растревоженным роем, метались, не зная, что предпринять.

– Все в порядке, Том, не беспокойся. Выходи. Он не тронет, он пришел сам, – по своему обыкновению отрывисто проговорил Брукс. – Такого ты еще не видел! – усмехаясь, добавил он.

И вдруг я увидел в мыслях Брукса невероятное самодовольство! Тщательно возведенный щит рухнул, и все его мысли о том, как его вознаградит Лорд, каких почестей он будет удостоен, выплыли на поверхность. Волна такого радостного нетерпения захлестнула всегда сдержанного и угрюмого Брукса, что он, не удержавшись, расплылся в улыбке.

Сквозь панику и страх Том все же смог расслышать, о чем говорил ему Брукс. Увидев его улыбающимся, он невольно удивился этому: впервые Брукс позволил себе улыбнуться. На его памяти такого не случалось ни разу.

– Я привел Лорду того, кто ему нужен, и привез то, что он искал. Пойди и доложи. Я буду у себя. А он, – Брукс кивнул в мою сторону, – пусть останется здесь, чтобы у Лорда не создалось ложного впечатления. – Я ясно прочел в его мыслях опасение, что Лорд примет мое появление с таким же недоверием, как и Том.

Том, все еще опасливо поглядывая в мою сторону, вышел из тоннеля. Остановившись у самого входа спросил:

– А Тридвиг где? Почему один?

– Сейчас это не важно, потом расскажу. Скажем так, ему надоело служить Лорду, – ответил Брукс и бросил на меня быстрый взгляд, проверяя, знаю ли я о том, что произошло между ним и Тридвигом.

Хотя я и слушал их с большим вниманием, но стоял с безразличным видом, устремив взгляд в стену. Меня мучил вопрос: как пробраться к Лорду незаметно, чтобы иметь возможность разглядеть его со стороны, так, чтобы он не знал о моем присутствии.

– Оставить его здесь? Одного? Ты уверен? – Том с сомнением посмотрел в мою сторону.

– Не сомневайся, он не сбежит, – уверенно проговорил Брукс и решительно повернулся к входу в правый тоннель.

Том, не желая оставаться со мной наедине, быстро исчез в темноте тоннеля. Я, подчиняясь невольному порыву, совершенно бесшумно последовал за ним. Если Бруксу придет в голову проверить меня, ему придется поволноваться. Я невольно улыбнулся этой мысли, вспомнив, как тот побледнел, не обнаружив меня у мачты после урагана.

Том быстро (для человека), шел по извилистому тоннелю, не замечая меня, крадущегося за ним. Он мысленно составлял доклад для хозяина о прибытии Брукса и его удивительного спутника, гадая о реакции Лорда на такую новость.

Завернув за очередной угол, Том остановился. Приводя себя в порядок, отряхнулся, перевел дыхание и, зашелестев тяжелой тканью, вошел в большую пещеру, освещенную несколькими факелами. Я смотрел на нее его глазами, читая его мысли. В темном углу, на небольшом возвышении, стоял стул, точно такой, какой я видел в мыслях Брукса, в доме милорда, в тот злополучный день, когда был пойман. Из глубины стула послышался голос. Глухой, со старческой надломленностью и усталостью.

– Таким не может быть голос вампира, – подумал я, – уж очень слаб.

– Брукс? Это он? Что-то очень скоро он вернулся. С чем пожаловал?

– Господин, Брукс уверяет, что привез все, что вам необходимо. Но… – замялся Том.

– Что еще? – в голосе Лорда послышались нетерпение и радость. Его голос как будто ожил, стал громче и сильней.

– Не знаю, как сказать! С ним необычный …э-э-э … спутник. Но, мой господин, Брукс лучше меня расскажет вам кого привез. С минуты на минуту он будет у вас, – Том явно боялся своего хозяина и его страх был настолько сильным, переходящим в ужас, что он не решался вызвать на себя его неудовольствие.

Я осторожно приоткрыл старинные гардины, скрывающие вход в темную комнату, и проскользнул за тяжелый гобелен, висевший на стене. Он прилегал к ней неплотно, скрывая под собой грубо вырубленную поверхность. На окружающее я мог смотреть глазами Тома. Но чувствуя человеческий, как я и предполагал, запах Лорда, я, тем не менее, совершенно не мог прочесть его мыслей! Со стула, где сидел таинственный человек, не доносилось даже намека или отголоска мысли.

Послышались шаги, и в комнату вошел Брукс. Он появился с противоположной стороны, из двери, скрытой такими же гардинами, что и на дверях, в которые вошли мы с Томом. Значит, он не знает, что меня нет на месте. Это хорошо.

Брукс, появившийся в комнате, был не узнаваем! Я даже решил прокусить гобелен, чтобы своими глазами увидеть его. Он был одет в дорогой, по последней моде, костюм. Чистые, зачесанные необычным образом волосы вились по его плечам. Белоснежные чулки и туфли на высоком красном каблуке, расшитый золотом и серебром камзол, белоснежная сорочка с тончайшими кружевами на большом отложном воротнике и манжетах выглядывала сквозь прорези в рукавах. Брукс являл собой образец придворного щеголя.

Самодовольно улыбаясь, он, не подходя близко к Лорду, склонился в низком поклоне.

– Господин, я выполнил ваше задание. Я привез вам ларец и невинного де Мореля. Причем, он добровольно последовал за мной. Я сумел устроить так, что он, ни о чем не догадываясь, согласился приехать на встречу с вами, – Брукс просто сиял от самодовольства. – К сожалению, Тридвиг решил отступиться, он захотел остаться на материке, и мне пришлось с ним расправиться, – лгал напропалую Брукс. С этими словами он положил на стол сверток, и с низким поклоном подвинул его в сторону Лорда.

Я ясно видел его страх перед Лордом, но уверенность в том, что удачно выполненная работа будет достойно вознаграждена, ослабляла его бдительность. Том, стоявший возле стула Лорда, протянул руку, желая развернуть сверток и подать его своему господину. Но Брукс сам, решившись на немыслимый доселе шаг, быстро развернул и придвинул ларец вплотную к стулу хозяина.

То, что произошло потом, не описать никакими словами!

Послышался пронзительный визг! Такого голоса я даже представить себе не мог!

Со стула на стол вскочил маленький тщедушный человечек! Карлик! Горбун, с перекосившимся набок телом. Его большая голова качалась на тонкой шее. Коротенькие ножки в ярости топали по столу. В его маленьких ручках завертелся с невероятной скоростью тонкий длинный и блестящий предмет. Брукс, стоявший рядом со столом, как-то неловко осунулся и осел. Уже на полу он развалился на несколько кусков.