Что касается Русско-Шанхайского банка, то он продолжал оставаться в прямых отношениях с Владивостоком. 1 декабря 1919 года генконсул Гроссе получил секретную депешу, посланную ему, но расшифровать её почему-то не смог. Пришлось обращаться в Российскую миссию в Пекине.

Текст шифротелеграммы действительного статского советника Клемма в Шанхае был наконец расшифрован и передан генконсулу. Гроссе узнал следующее: «27 ноября на пароходе «Пенза» отправлено Вам четыре пуда семь фунтов пять золотников неаффинированного золота, согласно Вашей просьбе для выяснения возможности аффинажа. Никольский».

К этому времени пароход «Пенза» уже стоял на рейде Шанхая. С появлением в генконсульстве капитана «Пензы» Полякова всё стало на свои места Коносамент был выписан не на имя Гроссе, а на имя вице-директора Кредитной канцелярии Кривицкого.

В те дни Гроссе был озабочен другими делами. Сотник Тужилин, взявший на себя обязанности таможенника, доложил генконсулу, что Морской таможней Шанхая задержано около 20 фунтов золота, провозившегося контрабандой из Благовещенска. Гроссе немедленно зашифровал донесение сотника и отправил его в Российскую миссию в Пекине, добавив от себя: «До решения вопроса о возвращении золота русской стороне путём сношения с миссией золото будет находиться в таможне две недели».

В те дни золотой запас России расхищался и вывозился по многим каналам, как по официальным, так и по контрабандным. Японская иена не имела устойчивой цены на бирже, и русское золото пришлось японцам как нельзя кстати. Агенты английской разведки (да и японской) не только внимательно следили за всеми перипетиями секретной операции «Официальная экспедиция», отслеживая, сколько и куда вывозится золота из России, но и самым активным образом в ней участвовали, имея при этом свои, далеко идущие планы. Были случаи, когда английские агенты, обосновавшиеся в Харбине и Благовещенске, занимались противозаконной деятельностью на территории чужого государства. Словом, подменяя местную таможенную службу, сами, угрожая оружием, проводили досмотры коммерческих судов. Известен факт, когда агент по кличке Ан-Джоу с подручными остановил пароход «Шанхай», следовавший из Благовещенска, и в трюме обнаружил спрятанное золото, вес брутто которого — 1993 золотника. В своём донесении, надо полагать, резиденту Ан-Джоу писал: «Предполагаемый владелец золота признался, но отрицает осведомлённость о другом контрабандном товаре».

В архиве Гуверовского института войны, революции и мира (Калифорния, США) находится итоговая опись за 1923 год, составленная В.И. Моравским, который был министром финансов в правительстве Д.А. Хорвата во Владивостоке. Если довериться бывшему министру, то валютные запасы России, оставшиеся в банках Запада и Востока после 1922 года, выглядят так:

Япония — 10 миллионов золотых рублей, 170 тысяч долларов;

США — 424 тысячи золотых франков, 450 тысяч мексиканских долларов;

Гонконг — 44 миллиона золотых рублей;

Нью-Йорк — 27 миллионов 227 тысяч долларов;

Лондон — 1 миллион 100 тысяч фунтов стерлингов;

Париж — 22 миллиона 500 тысяч золотых франков.

Увы, ни одного грамма из вывезенного колчаковским правительством золота так и не вернулось в Россию. Кто же и когда возвратит нам наше золото?

Не столь давно во Франции создано Национальное общество держателей русских акций, насчитывающее почти 300 тысяч человек. Общество требует вернуть держателям русских акций около 48 миллиардов долларов, то есть в два раза больше того, что обещает российскому правительству Международный валютный фонд. Недавно стало известно, что держатели русских акций заручились поддержкой более 100 французских депутатов, которые образовали парламентскую группу. Задача держателей русских акций — окончательно поставить Россию на колени ещё за царские долги.

Не пора ли и нам создать парламентскую группу в Госдуме за возвращение русского золота на Родину? Эксперты Российского банка реконструкции и развития оценили наше золото, хранящееся в указанных выше странах, в 2 триллиона 4 миллиарда долларов. Цифра поистине фантастическая, которую и представить почти невозможно! Простой подсчёт говорит, что это как минимум в 80 раз (!!!) больше того, что обещает нам Международный валютный фонд. И самое главное, это золото по всем существующим законам наше, российское! Получив эту огромную сумму, мы легко могли бы рассчитаться с держателями русских акций во Франции, если бы Париж вернул нам вывезенные в 1922 году 22 миллиона 500 тысяч золотых франков. Увы, наше золото по-прежнему в чужих руках и по-прежнему работает на чужие государства.

Не столь давно в Государственную думу был внесён проект обращения к Президенту Российской Федерации, в котором говорится, что Великобритания, США и Япония должны России огромнейшую сумму золота. Как сообщает агентство RBC, в документе идёт речь о начале переговоров с правительствами этих стран по вопросу возврата золотого запаса России, вывезенного в эти государства по распоряжению адмирала Александра Колчака. По экспертным экономическим расчётам, отмечается в проекте обращения, стоимость находящегося в иностранных банках золота эквивалентно шести миллиардам долларов США плюс проценты за хранение на депозитах в течение 80 лет. В проекте обращения сказано: «Документальные источники, находящиеся в архиве ФСБ РФ, свидетельствуют о том, что в Гонконг-Шанхайском банке, в Мицубиси-банке, а также иных японских, американских, французских и британских банках в настоящее время хранится значительная часть этих денег». Как знать, может, в истории с золотом Российской империи всё же пока рано ставить точку?

С чего начать рассказ о ней? Наверное, с того, что много лет назад в разговоре с одним из историков флота я услышал, что в годы Великой Отечественной войны у нас якобы имелась некая подводная лодка, подчинявшаяся не ВМФ, а Главному разведывательному управлению РККА или НКВД. Никаких конкретных данных об этой лодке рассказчик не знал, но предполагал, что находиться эта лодка могла, скорее всего, на Балтийском или Чёрном море. Честно говоря, я тогда не слишком поверил рассказчику, но в памяти услышанное всё же отложилось.

Вообще-то в том, что у нас могла быть подводная лодка, приспособленная для специальных операций, нет ничего необычного. Подобные лодки были и есть во многих государствах. Любопытно другое: никто никогда о наличии специализированной разведывательной субмарины у нас не писал, а ведь со времени Великой Отечественной войны минуло уже более шести с половиной десятилетий. Никаких особых тайн о той поре вроде бы уже нет, однако завеса секретности вокруг, возможно, существовавшей субмарины ГРУ — НКВД осталась. Почему? Может, потому, что вокруг этой подводной лодки (если она действительно была) существует некая тайна, которая и сегодня крайне не желательна для оглашения? Что ж, принимая во внимание предназначение секретной субмарины, такое вполне может быть. И сегодня, как мы знаем, гриф секретности не снят с тысяч и тысяч дел архивов наших спецслужб.

Зададимся вопросом могла ли, в принципе, существовать подобная подводная лодка? Думается, вполне могла. Дело в том, что сам характер предвоенной внешней политики СССР — это активное вмешательство наших спецслужб во внутренние дела других государств, похищение и вывоз в СССР нужных людей, физическое устранение политических противников, вывоз и ввоз агентов Коминтерна, разведчиков-нелегалов. Все вышеперечисленное является достаточно весомыми аргументами в пользу того, что отечественные спецслужбы весьма и весьма нуждались в специализированном потаённом судне.