Счастливая Австралия Томаса Митчелла

   Томас Митчелл стал путешественником, что называется, по долгу службы. В 1827 г. он прибыл в Сидней и вскоре стал начальником топографической службы Нового Южного Уэльса. Несколько раз он отправлялся с изыскательскими партиями в глубинные районы Австралии, бродил по нехоженым горам, спускался по неисследованным рекам, вступал в вооруженные стычки с аборигенами. Одно из самых известных и значительных своих путешествий первопроходец совершил в 1836 г. Отправившись вниз по рекам Лахлан и Маррамбиджи, он достиг великой австралийской реки Муррей. 8 июля 1836 г. он обнаружил ранее неизвестный левый приток Муррея. Путешественник окрестил эту реку Лондоном. Заинтересовавшись своим открытием, Митчелл двинулся вверх по Лондону и вскоре вышел на обширное водораздельное плато, пересекаемое двумя полноводными реками. Как оказалось, они впадали в море западнее Мельбурна. В отличие от засушливых и малоплодород ных земель, лежащих к северу, открытая Митчеллом страна была настоящей «землей обетованной»: она могла принять и обеспечить пропитанием и водой сколько угодно колонистов. «Наконец-то, – писал Митчелл, – мы открыли страну, которая завтра же может принять в свое лоно цивилизованного человека…» Открытые им земли на юго-востоке материка Митчелл назвал Счастливой Австралией – в честь «Счастливой Аравии» древности.

       В результате этого путешествия была исследована вся юго-восточная часть материка, которая ныне входит в состав австралийского штата Виктория. А обратный маршрут Митчелла от бухты Портленд к Сиднею – так называемая линия Митчелла – со временем стал трассой сквозной скотопрогонной дороги, связавшей богатейшие сельскохозяйственные угодья Юго-Восточной Австралии.   В 1845 г. Митчелл о тправился в новое большое путешествие. Его не оставляла надежда, что к северу от 29-й параллели внутренние области Австралии пересекает большая река, которая течет на северо-запад и впадает в залив Карпентария. Поиски этой реки он и решил предпринять к западу от Водораздельного хребта.   В долине реки Мараноа Митчелл оставил большую часть снаряжения и налегке направился на север. Он дошел до большой реки Уоррего, которая текла, однако, не на северо-запад, а на юго-запад и явно относилась к бассейну Дарлинга. Однако 15 ноября 1845 г. Митчелл действительно открыл довольно большую реку, текущую на северо-запад. Он назвал ее Викторией – в честь английской королевы. С этим известием путешественник поспешил вернуться в Сидней. «Моя затаенная мечта, – писал Митчелл, – наконец сбылась». Он был убежден, что отыскал реку, текущую из Внутренней Австралии в залив Карпентария. Однако вскоре его постигло разочарование: экспедиции, пошедшие по его следам, сумели установить, что ре ка Виктория все же принадлежит к бассейну Муррея: хотя в верхнем своем течение действительно течет на северо-запад, но затем резко поворачивает на юг…

   На вершине Зеленого континента

   Проехать по всем маршрутам скитаний знаменитого польского путешественника Павла Стшелецки было бы немыслимо. Он обошел, объездил, проплыл без преувеличения – полмира. Однако австралийское его путешествие явилось наиболее значительным.   …В Сиднее Стшелецки высадился в апреле 1839 г. Здесь он долго не задержался – путешественника влекли нехоженые тропы. Голубые горы, с которых начал свой маршрут Стшелецки, не вполне оправдывали свое романтическое название: хребты, хоть и не очень высокие, в некоторых местах были труднопроходимы. Горная цепь простиралась почти на 300 километров в глубь материка, но представлялась такой запутанной, что казалось, долины здесь вовсе наглухо замкнуты, а реки не имеют ни устья, ни истоков. Хотя за плеч ами Стшелецки был переход через Анды на головокружительных высотах, а здесь горы были пониже, риск оказался все равно велик. «Запутавшись в бесконечном лабиринте подземных ущелий горы Гей и реки Грос, я не в состоянии был выбраться из него, и только через несколько дней беспрерывной усталости, голода и опасностей мне удалось выйти оттуда», – вспоминает путешественник. И все же он взошел на гору Гей. А через несколько дней – и на более высокую безымянную вершину. И на правах первовосходителя нарек ее Адиной – именем своей возлюбленной.

       В Австралийских Альпах уже успели побывать другие путешественники, но немало открытий осталось и на долю Стшелецки. Он провел геодезические съемки, собрал образцы пород, проник в глухие, неисследованные уголки. Пройдя юго-западные отроги, через могучие рощи эвкалиптов и заро сли австралийских акаций, он вышел к заливу Уэстерн-Порт, сделав важное заключение о перспективах использования исследованных земель в будущем.   Другие области Австралии оказались менее пригодными для освоения. Они были слишком жаркими и сухими – около половины территории страны занимали пустыни и полупустыни. Здесь выпадало в восемь раз меньше осадков, чем, к примеру, в Южной Америке. Пятый континент оказался самым «сухим» на нашей планете. Не случайно, наверное, одну из вершин в Австралии первые поселенцы нарекли горой Безнадежности.   В поисках воды и пастбищ для скота люди поднимались в горы. Поиски Ч. Стёрта, Д. Бакстера, Ф. Грегори и других путешественников увенчались открытием новых перевалов, хребтов, долин, озер. Но только экспедиции под руководством Павла Стшелецки удалось в 1840 г. проникнуть на плато Морано к истокам Муррея, самой протяженной реки материка (ее длина 1632 км). Достаточно полноводная и даже пригодная для судоходства в нижнем течении, в верховьях она извилисто петляла среди межгорий, а то и вовсе теряла след в засушливую пору. Это был единственный район на всем материке, где снег сохранялся на протяжении всего года. И в этом, можно сказать, самом снежном месте материка и открыл Стшелецки самую высокую вершину континента.   Во время своего полугодичного похода 15 февраля 1840 г. он задержался в пути ради события, которое потом вошло в историю географических открытий. Вот что написал Стшелецки своим близким в Польшу в связи с этой «задержкой»: «Величественную вершину, на которую до меня никто не поднимался, с ее вечными снегами и безмолвием, и я использовал, чтобы увековечить на этом материке в памяти грядущих поколений дорогое имя, почитаемое каждым поляком – каждым другом свободы… В чужом краю, на чужой земле… я назвал ее горой Костюшко».   Ныне на вершину горы Костюшко проложены многочисленные пешеходные и даже вьючные тропы. А вот Стшелецки пришлось добиратьс я туда с немалыми трудностями – он был первым белым человеком, нога которого коснулась этих незнакомых гор. Острый пик горы, покрытый снегами и господствовавший над окружающими вершинами, показался ему самым удобным местом для геодезических измерений. Великолепие открывшейся с вершины горы картины поразило Стшелецки. Отсюда можно охватить взглядом площадь около 18 тысяч квадратных километров. Вдали, на востоке, с расстояния почти 80 километров, в дымке виднеется морское побережье. У ног путешественников расстилаются ленты зелени, прерываемые крутыми каньонами долины реки Муррей и ее притока Маррамбиджи.   Но, даже несмотря на явное видимое превосходство горы Костюшко, Стшелецки все же спутал ее с соседней вершиной. Может, поднялся туман, может, усталость дала о себе знать или угол зрения был неподходящим, но за высочайшую на Австралийском континенте была принята другая вершина. Без заблуждений и ошибок, видимо, редко происходят открытия. Несколько десятков лет спуст я в эти места попал австралийский зоолог Ленденфельдт. Он уточнил высоту и ту вершину, на которой побывал Стшелецки, назвал в честь австралийского инженера-геодезиста горой Тоунсенда, а гору Костюшко переименовал в гору Мюллера, по имени германского естествоиспытателя. И все же эти недоразумения не помешали утверждению за польским географом звания видного исследователя Австралии. Установив, что измерения Ленденфельда точны, высочайшую вершину материка все же назвали горой Костюшко, а наименование Тоунсенд оставили за соседней вершиной.