Встретимся завтра.

Тим

Природа сновидения совершенно непостижима. Мир сновидений неизмерим. Взаимоотношения сна и яви – невообразимо сложны. Если кто-нибудь когда-нибудь скажет тебе, что проник в тайну сна, постиг его суть и, чего доброго, научился его с выгодой использовать, – не верь ему. Не важно, от кого ты это услышишь. Пусть это будет нобелевский лауреат в области медицины и физиологии, либо же лукавый шаман хитровздрюченного индейского племени – плюнь ему в рожу. Не смущайся и не жалей негодяя – он того заслуживает.

Бывают сны, неотличимые от реальности. Ты ощущаешь запахи, различаешь цвета, чувствуешь свое тело. Ты можешь порезаться или ушибиться, – и пережить настоящую боль. Ты можешь надкусить яблоко и понять его вкус. Иногда в таком сне ты можешь внезапно осознать, что спишь, и тогда реальность сна моментально исчезнет. Либо ты сам начнешь маяться дурью, выпустив на волю своего внутреннего идиота, которого хлебом не корми, дай только превратить редчайшее волшебное приключение хуй знает, во что, либо же некие незримые стражи сна, опасаясь быть обнаруженными, немедленно исказят пропорции окружающих тебя предметов, разорвут кристальнейшую до сей магической секунды последовательность происходящих с тобою во сне событий, словом, замутят из твоего сна обычную невразумительную белиберду, которая, в основном, и снится всем нормальным людям.

А иногда ты можешь вдруг проснуться в каком-нибудь месте, которое и будет настоящей реальностью. Но ты долго не сможешь вспомнить, как здесь очутился и что делал перед тем, как заснул. Зато тебе будет легко и просто изложить историю всей своей жизни, органично завершающуюся событиями сна, от которого ты только что очнулся.

– Эй, ну ты видел это?! – кто-то неистово тряс Тима за плечо – Вот это да!!!

Тим открыл глаза и помотал головой. Незнакомая забегаловка. Несколько посетителей, в немой сцене таращащихся в панорамное окно. Глаза у всех округлившиеся от ужаса, рты раззявлены. Парень в форменной одежде с логотипом забегаловки, вероятно, здешний официант, мертвой хваткой вцепившийся в Тима. Окно находилось прямо перед Тимом, но он почему-то посмотрел в него в последнюю очередь. А когда посмотрел и увидел то, на что таращились посетители и этот чудной парень, и сам онемел. Картинка за окном была та еще. В двухстах ярдах отсюда полыхал большой пожар. Горело одноэтажное здание с плоской крышей. Из крышы здания торчала хвостовая часть небольшого самолета. Здание было частично разрушено. Где-то вдалеке вопили сирены полицейских и пожарных машин. Вопль нарастал и приближался. Перед входом в здание на асфальте валялась вывороченная взрывной волной кадка с декоративной пальмой. Сердце Тима дало болезненный сбой.

«Тициан…» – вспомнил он – «Но… почему я здесь?…»

– Это было что-то!!! Я слышу – ревет! Гляжу – летит! Думаю, чего это он?.. А он вот чего!!! – продолжал кричать официант, ни к кому особенно не обращаясь.

Тим стряхнул его руку со своего плеча и попытался встать. Неудачно. Колени и ступни казались ватными.

– Кто-нибудь успел это заснять?! Я не успел, у меня нечем! Камера наблюдения, она должна была захватить! Надо проверить, срочно! Если вдруг… Черт, да мы же будем знамениты! – сбивчиво тараторил официант.

Тим, не вставая, медленно повернулся к парню и ткнул его кулаком под ребра. Парень поперхнулся и замолчал. Тим ухватил его за грудки и рывком усадил рядом с собой.

– Не верещи! – приказал он – Теперь я спрошу, а ты ответишь. Понял?

Парень кивнул.

– Ты видел, как я сюда заходил? – спросил Тим.

Парень отрицательно покачал головой.

– Ладно, попробуем по-другому. Как давно я здесь?

– Не знаю! – ответил официант – Может, полчаса, может, час. А может, всего десять минут назад приперся!

– Слушай, приятель, напрягись! – в голосе Тима послышались умоляющие нотки. – Это важно!

– Важно?! – парень истерически хохотнул. – Вон то – указал он пальцем на пожарище – Действительно важно! Такое раз в жизни случается!

– Сейчас в зубы суну, если в себя не придешь! – пригрозил Тим – Вспоминай, придурок!

– Сам ты придурок! – беззлобно огрызнулся парень и взглянул Тиму в глаза – Погоди-ка… – парень прищурился, внимательно изучая физиономию Тима – Ты, случайно, не Тим?

– Ты меня знаешь?

– Впервые вижу! – ответил официант. В его словах проскользнуло что-то вроде презрения, мол, с чего ты взял, что у меня могут быть такие знакомые, как ты, но Тим не обратил на это внимания – Просто для тебя тут кое-что есть. Письмо.

– Ты уверен? – переспросил Тим – Может быть, кому другому?

– Да точно тебе! Четко под описание подходишь: дебил с татуированным затылком.

И на сей раз Тим пропустил оскорбление мимо ушей.

– Так тащи сюда живее!

– Держи! – официант вынул из кармана мятый конверт.

Тим выхватил письмо, вскрыл конверт и развернул сложенный вдвое листок. Те же самые буквы, нарезанные из газет. «Как же мы с тобой разминулись, Тим?… Почему ты меня не дождался? Между прочим, было весело. Джастин подтвердит. Ничего, еще увидимся! Джон До.»

Тим внезапно почувствовал, как в нем зарождается ярость. Чувство было новым для него. Нет, он и прежде, бывало, злился, но настоящей, одновременно холодной, расчетливой и жгучей ярости он не испытывал никогда.

«Да что это за мразь такая?! – думал Тим – Чего ему от меня надо?! Нет, дружище, достал ты меня! Теперь я сам тебя искать стану! А уж что ты там со мной сделаешь, неважно! Правильно Тициан говорил, найдут меня рано или поздно. Да они, видать, и так обо мне все знают. Играют со мной, суки! Пусть лучше рано…»

– Откуда это? Кто принес? Когда? – спросил Тим и сам не узнал своего голоса. Он звучал теперь твердо, уверенно и властно. «Чудеса!» – отметил Тим про себя.

– Вчера еще какой-то чудак притащил, – послушно отвечал официант, смекнувший, что к перемене, так внезапно приключившейся с Тимом, следует относиться со всем возможным уважением – Я его толком и не запомнил. Да там и запоминать-то нечего, безликий такой, пегий. Он сказал, что ты сюда на днях придешь, оставил письмо, дал мне десятку за услуги…. И все… Отстань от меня, а?

– Катись! – великодушно позволил Тим. Парень вскочил на ноги и поспешно удалился. Наверное, проверять свою камеру.

«Даже так, – размышлял Тим – Значит, еще вчера… И почему я не удивлен?»…

Ярость между тем сменилась ледяным спокойствием.

«Когда твое отчаяние столь велико, что ты уже не можешь вместить его в себя, не остается ничего другого, кроме как успокоиться. То же самое и со страхом. Когда его становится слишком много, стать смелым – это единственная оставшаяся возможность выжить. Можно, разумеется, и умереть, в каком-то смысле это наиболее легкий исход, но в рамках темы нашего фильма рассматривать его мы не станем!» – вспомнилось Тиму предисловие к той самой передаче, «How to survive?».

«Ну да, – усмехнулся про себя Тим – Действительно, больше ничего не остается… Любопытно, эти черти знают, куда я отсюда направлюсь? Знают, наверное. Но ничего, теперь все по-другому пойдет!» Как именно по-другому Тим не представлял, но был твердо убежден, что так и будет.

Тем временем к горящему зданию подкатило несколько пожарных машин и их расчеты уже приступили к тушению. Огонь оказался наредкость уступчивым. Не прошло и десяти минут, как все было закончено. Тим увидел, как двое пожарных неторопливо направляются ко входу.

«Пожалуй, пора идти!» – решил Тим и встал из-за столика. На сей раз колени его не подвели. Проходя мимо стойки официанта, на которую поступали из кухни готовые заказы, он приметил лежащий на ней бумажный пакет с едой, предназначенной на вынос. Тим остановился, взял пакет со стойки и заглянул внутрь. Два острых буррито. «Сгодится!» – подумал он.

– Это чье? – спросил Тим, обращаясь ко все еще пребывающим в шоке посетителям. Ответа не последовало.

– Отлично. Тогда я возьму. Кто-нибудь, передайте халдею, когда вернется, пусть запишет на мой счет! – как будто он у него был, ага.