Балиан, Кристиан, Юан, Сигфрид и Торгнир выжидательно смотрели на него.

– У меня предложение, – наконец, проговорил Арес.

– Никаких договоров с градеронцами! – выкрикнул Балиан.

– Подожди, Балиан, – одернул его Кристиан и кивнул Аресу: – Мы слушаем.

– Что вам от меня нужно? – спросил Арес. – Вам велели убить меня?

– Нет, – сказал Кристиан. – Мы хотим вернуть то, что было украдено.

– Кристиан! – возмутился Балиан, но Кристиан знаком велел ему молчать.

– Очень хорошо, – сказал Арес.

Он заставил Ключ исчезнуть, вытащил из-под плаща два золотых свитка и показал их братьям.

– Один я исписал полностью, – он развернул пергамент, чтобы доказать свои слова. – В другом еще есть место. Я отдам вам его. Вы проведете меня в Этериол, и там я отдам вам другой.

Балиан, Кристиан и Юан удивленно переглянулись. Они совсем не ожидали таких уступок. Торгнир с любопытством смотрел на пергамент, а Сигфрид все нетерпеливо похлопывал лезвием по ладони.

Прежде, чем кто-то успел сказать хоть слово, Арес кинул свиток Кристиану. Тот развернул его, в основном, чтобы убедиться в его подлинности, но все же не удержался и пробежал глазами написанное.

– Умерь свой пыл, Балиан, – сказал он. – Похоже, что в гибели отца и впрямь виноват только Таранос. Ну, по крайней мере, большая часть вины лежит на нем.

– С чего ты взял? – подозрительно покосился на него Балиан.

Кристиан показал ему на несколько строк в начале пергамента. Там говорилось о том, что Таранос мог беспрепятственно пробраться в Асбелию и найти Максимилиана Розенгельда, но о смерти последнего – не единого слова. А еще Балиан увидел строки, где говорилось… о завершении войны с Галикарнасом.

– Ты! – выдохнул Балиан, снова переводя взгляд на Ареса. – Так это ты закончил войну!

– Что? – грянул Сигфрид. – Ты труп, чужеземец!

– Пожалуйста, Ваше Величество, пока не надо, – робко попросил Юан.

– Если так, он сделал хорошее дело.

– Хорошее?! Да он мне все веселье обломал!

– О людях тоже надо думать, брат, – сказал Торгнир.

Сигфрид недовольно поморщился и прорычал нечто невразумительное.

– Я должен был пройти к Вратам, – сказал Арес. – Мне нужно вернуться в Этериол. Руэдейрхи ничего не знает о краже пергамента, но теперь я намерен рассказать ему об этом. И я отправил Тараноса в Этериол только потому, что хочу, чтобы он получил заслуженное наказание, а не убивал всех подряд в Дилане. Если вас это все еще не убедило, то вот, – он бросил Балиану обрывок пергамента со словами о том, что Таранос никого и никогда не сможет убить.

Балиан прочел это вслух и недоверчиво посмотрел на Ареса.

– Но он убил нашего отца.

– Он не мог, – отрезал Арес.

– Не мог, – согласился вдруг Кристиан, и все повернулись к нему. – Фактически его убил Бринн. Таранос стал причиной, но не исполнителем…

– Так я и думал, – сказал Арес. – Я сделал эту запись в спешке и уже потом сообразил, как это было глупо. Итак, вы принимаете мои условия?

Кристиан задумался. Балиан весь извелся, так же, как и Сигфрид – как же им хотелось броситься в бой! Но даже если тебя распирает ненависть, не так-то это просто, кинуться на человека, который в данный момент безоружен и вообще ведет себя довольно миролюбиво.

– Хорошо, – наконец, сказал Кристиан. – Мы ничего не теряем. Надеюсь, ты понимаешь, что если не вернешь нам второй пергамент, мы будем сражаться до конца, и, в конечном счете, это может привести к гибели сразу двух Хранителей.

– Одного! – заявил Балиан и отчитал Кристиана: – Хватит себя хоронить. Больше уверенности!

– Мне плевать на пергамент, – искренне проговорил Арес. – К тому же, от него никакого толку – он исписан. Это просто залог того, что ты действительно позволишь мне пройти через Врата Рассвета.

– Разумеется. – Кристиан сжал в руке Ключ. – Сначала проходят Балиан и Юан. Потом ты. Я иду последним.

– Как… Вы уходите? – вдруг подал голос Торгнир.

– Исключено! – грянул Сигфрид. – Сначала драка, а потом катитесь, куда хотите.

– Ммм, – Кристиан призадумался. – Да, получится нехорошо. Ваше Величество, а вы не могли бы послать кого-нибудь в наш лагерь? Попросим прийти кое-кого. А пока будем ждать, Балиан с вами сразится.

Сигфрид жадно посмотрел на Ареса, но, совершенно не увидев в нем воодушевления, смирился и проворчал:

– Ладно. Торгнир, марш в лагерь, отправь кого-нибудь. Пусть передадут, чтобы…

– Чтобы привели Розетту! – вставил Балиан.

– И Артура! – потребовал Юан. – Надо с ним попрощаться.

– И Ричарда, – добавил Кристиан. – И уведомите, пожалуйста, короля о нашем уходе.

Торгнир с довольно-таки мрачным видом перечислил все имена и, убедившись, что все запомнено правильно, удалился. Пока его не было, Балиан и Сигфрид вступили в сражение. Бились они долго, но все закончилось так же, как и в прошлом бою – одинаково потрепав друг другу нервы, они разошлись, правда, Сигфрид снова напомнил, что ему просто жалко убивать «талантливого мерзавца».Арес наблюдал за их поединком с кислым видом и воспринимал все с некоторой рассеянностью. Да, думал он, мальчишка действительно был чертовски талантлив. И, вообще, все трое братьев казались особенными и действовали с разительным единодушием. Чувствовалось, что между ними была некая своя, неведомая другим связь. Арес решил, что если бы затея удалась и они погибли, мир действительно полетел бы к чертям. Да уж, Гволкхмэй знал, кого посылать. Арес даже спросил Кристиана, как удалось вернуть в Дилан Врата Рассвета. Кристиан спокойно ответил, что всему виной кровь Розенгельдов и что для них самих это было неожиданностью.

Где-то на середине боя Сигфрида и Балиана вернулся Торгнир – гонец с посланием промчался мимо них несколько ранее. И все снова стали ждать. Надо сказать, Кристиану, Балиану и Юану даже не верилось, что они, наконец, вернутся в Этериол. Сколько времени они провели здесь, в Дилане, сколько всего случилось! И вот теперь надо было уходить. Приятно вернуться домой, но все равно всем троим было немного тоскливо. Жаль было расставаться с Артуром, Ричардом и Роландом, и даже, как украдкой шепнул братьям Балиан, с Торгниром и Сигфридом.

– Ничего, – сказал Кристиан. – У меня есть идея.

Он поднялся на ноги и подошел к Аресу, который стоял, облокотившись на камень и глядя вдаль.

– У меня есть еще одно условие, – сказал ему Кристиан. Арес повернулся к нему.

– Используй пергамент, – с улыбкой сказал Кристиан.

– Что ты задумал, Кристиан? – Юан даже немного испугался.

– Я не хочу иметь с этой вещью никакого дела, – отрезал Арес. – И не уверен, что готов позволять делать это кому-то еще. Это опасно. И приносит кучу неприятностей. Но, если вам так хочется использовать пергамент для себя – и, быть может, погибнуть, – могу одолжить перо.

– Мне, мне дай! – кинулся к нему Балиан, но Кристиан схватил его за шиворот и отодвинул подальше.

– Здесь многие помогли нам, – начал Кристиан. – Было бы несправедливо бросать их, ведь изначально целью Этериола было помогать Дилану. Так что, раз уж вы с Тараносом начали это дело… Было бы неплохо написать, что у короля Роланда в случае чего будет возможность с нами связаться. С Этериолом.

– А почему это именно у Роланда? – не понравилось такое предложение Сигфриду.

– Потому что из вас обоих он меньше раз пытался нас убить, – хмыкнул Балиан.

Но Арес по-прежнему не хотел связываться с пергаментом.

– Напишите это сами, – сказал он.

– Многие пророчества, – Кристиан снова просмотрел записи, – сбывались на удивление точно. Думаю, у нас это получится много хуже и действительно сможет натворить бед.

– Это же хорошее дело! – вставил Юан, неотрывно глядя на градеронца – теперь, когда он не угрожал убийством, он понравился ему еще больше, и мальчик уже представлял, как будет всем рассказывать, что спокойно беседовал с самым настоящем воином Градерона, да еще Хранителем Ключа!

– Мысль хорошая, – поправил Арес. – А что, если мироздание истолкует все так, что Этериол и Дилан сольются воедино? Что ж, тогда кто угодно сможет связаться с вами в любое время!