– А вот это зря. Победа – это не самое главное.

– Ну не скажи, – несогласно протянул Андрей. – Зачем же тогда вообще всё это. Поэтому ты уж потерпи. Уже через месяц меня ждёт Италия! А потом мы с тобой будем чаще устраивать вот такие вот тёплые вечера. Ну а пока тебе придется побыть одной. Ты уж прости, – ласково посмотрел он на неё.

– Да я же не жалуюсь, – неуверенно протянула она. – Я просто скучаю по тебе. Хотя в последнее время у меня просто не было на это время. Эти три дня, что Ромка провёл у нас, я так было закрутилась, что и не заметила, как время пролетело. Он такой живой парнишка.

– Ну да, – согласно кивнул Андрей, сразу погрустнев, – тебе же надо было успеть перед занятиями отвести его в садик, потом забрать, да и парень он действительно очень уж активный. С ним не соскучишься.

– Но я и не жаловалась, вообще-то, – лицо Веры озарилось счастливой улыбкой. – Мне нравилось с ним возиться. Я с ним и сама как-то прямо ожила. Это были приятные заботы. Я наоборот расстроилась, что твоя мама его забрала к себе.

– Но она же понимала, что тебе тяжело. А она сейчас всё равно сидит дома. Да и Ромке с Викулей то веселей. Тем более, ты всё равно почти каждый вечер там пропадаешь.

Вера грустно вздохнула:

– Ну я же скучаю за Викой. Знаешь, – Вера тоскливо посмотрела на Андрея, – мне так её не хватает. Я же её вместе с Палычем вынянчила. А когда Палыч с твоей мамой поженились и переехали к ней, то я словно снова осиротела. Мне первое время даже страшно было приходить домой. Квартира такая большая, а я одна. К тому же, тут столько ещё фотографий Валерии весит, и она с них, словно с упрёком на меня смотрит.

– Дурочка ты, – ласково протянул Андрей, прижав к себе Веру, – вечно ты что-нибудь навыдумываешь. Ты у меня такая фантазёрка. Но если хочешь, то мы можем снять все эти фотографии. Мне они просто как-то не мешали…

– Нет, нет, – запротестовала Вера. – Зачем? Ведь это её квартира.

– Это была её квартира, – в голосе Андрея послышалась горечь, – а теперь это квартира Палыча, в которой живём мы с тобой.

– Но ведь её дочь должна помнить маму. Так что, пусть эти фотографии висят там, где они висят.

– Как скажешь, мой генерал, – игриво протянул Андрей. – Только давай не будем на грустные темы. Это же наш с тобой вечер, – нежно заглянул он ей в глаза.

Обещающе улыбнувшись, Андрей стал приближаться к губам Веры, и она застыла в ожидание поцелуя. Но неожиданно раздавшийся телефонный звонок, заставил их вздрогнуть.

– Кто это так поздно звонит? – мгновенно напрягся Андрей.

– Может что случилось, – испуганно произнесла Вера и побежала к телефону.

Вера ответила на звонок и побледнела.

– Что случилось?

– Вадим… – растерянно пробормотала Вера, – он в больнице, что-то очень серьёзное, твоя мама уже там…

– В какой больнице? Той же, где и раньше?

Вера утвердительно кивнула.

Андрей схватил ключи от машины и выбежал из квартиры.

– Андрей, постой, я с тобой, – крикнула ему вдогонку Вера, но он её уже не слышал.

Глава 66

Екатерина, увидев Андрея, бросилась ему навстречу.

– Андрей, родненький мой, беда… – вздохнув, она прильнула к сыну.

– Ты почему тут в коридоре, где Вадим? – взволновано, спросил он.

– Он в реанимации, – Екатерина отстранилась и загнанным взглядом посмотрела на сына, – меня всего на пару минут туда пустили. Сейчас Инна у него. Андрюша, всё очень плохо, он в коме… – Закрыв лицо руками, она громко разрыдалась.

– Мамуль, прошу тебя, – попытался говорить спокойно Андрей, хотя увеличивающийся всё больше страх, сковал всё его тело, – объясни мне толком. Что с Вадимом?

Екатерина постаралась взять себя в руки. Немного успокоившись, она выдавила из себя слова, от которых сама же почувствовала невероятный страх:

– Отказала почка, он умирает, о, Боже… – снова разрыдалась она.

– Ну вот, допился, – зло сжал кулаки Андрей. – Вот же дурак, – чувствуя за собой вину, он готов был кричать от ярости. – Мы все в этом виноваты, не досмотрели.

– Нет, Андрюша, – сквозь всхлипывания несчастным голосом произнесла Екатерина, – это только моя вина. Я так его воспитала, или вернее сказать, не воспитала. Ему моя любовь была нужна, а я постоянно откупалась от него. А когда опомнилась, то уже было поздно. Я хотела быть рядом, но вот только он уже не подпускал меня к себе, обиду на меня держал. Но поверь, сынок, – в голосе Екатерине послышалось отчаяние, – я его люблю больше всего на свете. Ты извини, Андрюша, – виновато потупила она свой взгляд, – я и тебя очень люблю. Просто ты такой уверенный, у тебя всё хорошо, ты во мне не нуждаешься, – Екатерина несмело посмотрела на сына, – а вот Вадим… Он такой ранимый, несамостоятельный, слабый… Если он умрёт, то мне просто незачем будет жить дальше.

Екатерина почувствовала, как резко ослабли её ноги, и ей показалось, что она сейчас упадёт. Но мгновенно среагировавший Андрей, успел её подхватить.

– Мамуль, ну ты что? – взяв её на руки, он сочувственно заглянул ей в глаза. – Ну не вини ты себя так, неправильно это. Да и какая теперь разница, кто виноват. Теперь нужно подумать, как его спасти. Что врачи то говорят?

Екатерина, ничего не ответив, прижалась к груди сына и тихо заплакала. Она чувствовала себя такой пустой и немощной, что у неё просто не было сил говорить. Андрей, прекрасно понимая, что в данный момент чувствует мать, крепче прижал её к себе и тихо прошептал:

– Поверь, всё будет хорошо… И чтобы не случилось, я рядом. Я никогда не оставлю тебя одну. Я сделаю всё, что смогу.

Екатерина с благодарностью посмотрела в глаза сына:

– Спасибо тебе, мой хороший, – слабым голосом протянула она. – Ты отпусти меня, мне уже легче.

– Ну, смотри, – Андрей осторожно отпустил мать. – Только я тебя за руку придержу, – сомнительно протянул он.

– Ну это можно, – Екатерина крепко сжала руку сына. – Так мне даже спокойней.

– Вот и замечательно, а то…

Андрей замолчал, увидев приближающуюся к ним Инну. Он сразу напрягся. Екатерина, почувствовав это, внутренне задрожала и обернулась. Тоже увидев Инну, она испуганно ахнула. Когда та подошла, они почти в один голос спросили:

– Ну что?..

Инна, выглядевшая совершенно подавленной, отрицательно покачала головой:

– Всё очень плохо. Если в ближайшие дни не будет сделана операция, то… – она замолчала, не в силах произнести ужасное.

– Так пусть делают эту операцию, – негодующе произнёс Андрей. – Если дело в деньгах, то мы соберём любую суму.

Инна посмотрела на него глазами полными слёз:

– Дело не в деньгах.

– А в чём?

– В донорской почке. У них в данный момент её нет. И неизвестно, когда будет. Остаётся только ждать чуда.

Андрей какое-то время находился в замешательстве, растерянно смотря то на мать, то на Инну. Было понятно, что он о чём-то панически размышляет. Но уже через несколько секунд, он твёрдо произнёс:

– Почки близнецов должны подходить друг другу.

Екатерина с ужасом посмотрела на сына:

– Но как же так сынок?.. – в её голосе прозвучала радость, смешанная с отчаянием, – это же риск для тебя. Я не знаю, а что если…

– Никаких «если», – резко прервал он мать, посмотрев на неё властным взглядом. – Я сейчас же пойду к врачу, поговорю с ним, и если подтвердится, что я подхожу как донор, то пусть сразу делают операцию. А ты позаботься о деньгах и позвони Вере, – голос Андрея дрогнул. – Он понимал, что та будет испуганна его решением. – Только не говори ей пока ничего. Скажи, чтобы меня сегодня не ждала. Если до завтра не вернусь, то пусть приедет в больницу. Я сам ей всё объясню.

Екатерина, находясь в полном замешательстве, утвердительно кивнула.

– Вот и замечательно. Езжай домой, а то уже поздно. Объясни всё Палычу. А я с Инной пойду к врачу. – Он вопросительно посмотрел на жену брата. – Ты же останешься со мной? А то я тут ничего не знаю.