Насколько мне удалось выяснить, только семья Третьего и ещё семьи от них же были шиноби. Остальные Сарутоби были торговцами, держали магазины, поставки и интенданскую службу. Конечно, думаю, что это не означает, что они не имели чакру или не умели той пользоваться, но устроились, однозначно, неплохо. Воюют другие, а ты знай себе набивай карман. Может, это и предвзято, но наслушался я всяких разговорчиков, пока следил за домом Сандайме, и могу делать свои выводы.

Когда я смотрел аниме, то внук Сарутоби — мелкий Конохомару — меня не сильно занимал. Ну, подумаешь, толчётся рядом с главным героем какой-то шкет, так это для юмора и прикола. Но, когда я начал слежку… Кошачьи боги! Я понимаю, конечно, что яблочко от вишенки недалеко падает, но так разбаловать ребёнка?! Этот Конохомару реально… даже сложно описать, что из себя представлял. У него взрослый мужик был на побегушках. И похоже, что вылизывание этой мелкой задницы было чем-то вроде национального спорта среди окружения Хирузена. При этом верещал вечно недовольный мелкий, что уши в трубочку заворачивались. И «пытался победить дедушку, чтобы стать новым Хокаге». Всерьёз. Да. И все ему подыгрывали.

В общем, на этого самого мелкого Конохомару и его вседозволенность я и сделал ставку. Вполне удачную, надо признать. Но поначалу, блин, я думал, что просто сгорю со стыда. Хорошо, что наши «представления» с Суми-чаном никто больше не видел. Чтобы я ещё раз так унижался?! Да ни в жизнь! Короче, цирк Куклачёва в нашем случае нервно жрал «Вискас» в сторонке. А мне приходилось гримироваться и замазывать сажей свои приметные тигриные полосы. В общем, с Суми-чаном мы были «два чёрных брата-акробата». В прямом смысле.

После всех приготовлений, слежки, разработки плана и репетиций, на которые ушло практически восемь недель, четыре дня назад мы с Суми-чаном приступили к финальной части «Похищения века».

Попросту взять и забрать «хрустальный шарик» не было ни малейшей возможности. Я был бы рад, но в комнате Сандайме, который любил заняться вуайеризмом на досуге, стояли барьеры, сквозь которые не мог проникнуть никто, кто не является Сарутоби. Нечто похожее было в том убежище Учиха. Мне ещё повезло, что барьер меня попросту не пропустил, одновременно подавая сигнал о попытке вторжения, а не уничтожил на месте. После того, как я понял, что стибрить самостоятельно шарик не выйдет, то взял на вооружение метод самого Обезьяна-сама, то есть решил действовать чужими руками.

Думаю, что Конохомару сильно удивился, когда однажды ночью, после того, как всякие нянюшки уложили его спать, в его комнате оказались два прекрасных и совершенно чёрных кота, чья шерсть серебристо блестела в свете луны. У этих великолепных животных, то есть меня и Суми-чана, с собой оказался небольшой стеклянный шар. Который мы стибрили в лавке торговца всякими безделушками. Мне пришлось сгонять за чем-то похожим на «око Саурона» до Отакуку. В общем, мы с Суми-чаном делали всякие финтифлюшки, гоняли шарик, наблюдая на открытый рот внучка Хокаге, к которому доставили цирк на дом.

После «представления» мы усыпляли мелкого песнями, а после — сваливали в ночь. Вот. Так продолжалось три дня. До выработки условных рефлексов и привычек. А сегодня мы заявились тоже, но без шарика. И заглядывая в глаза, грустно вздыхали на тему «представления не будет».

Ага.

Продвинутый внучек правильно решил, что без дедушкиного шарика мы точно не обойдёмся, а старичок потерпит и ничего не заметит. Хорошее воспитание. Просто отличное. Так что, вдоволь наигравшись с артефактом из хрусталя и усыпив мальчишку, мы погрузили шарик в свою сумочку-переноску и бесшумными тенями пафосно скрылись во тьме.

Ву-ха-ха!!!

Бороться и искать, найти и перепрятать! Расколотить эту хреновину не получилось, так что я от души её пометил, чтобы вытравить все запахи Сарутоби, если тому вдруг взбредёт в голову искать шар с помощью псов, и прикопал. Глубоко. Можно было бы куда-нибудь в реку кинуть, но вдруг самому понадобится? Я, конечно, кот, но иногда и во мне просыпается хомяк.

— Ну всё, Суми-чан, дело сделано. С меня вкусняшка, — после того, как я утоптал свой схрон и закидал место прелой листвой, сказал я своему подельнику.

— Мне понравилось, — начал умываться он, потом ещё меня вылизал. От сажи. Отмыл мою шёрстку до блеска.

А у меня на душе стало так легко и хорошо. Подгадить Хирузену было приятно, пусть я и потратил на это дело почти два месяца. Но парни теперь уже не требовали постоянной и бдительной опеки. У них снова появились друзья и наладился общий быт. Саске так вообще перетащил часть своих вещей к Наруто.

Неожиданно пошёл снег. Нынешней зимой — первый, несмотря на то, что уже почти конец января. Я тут уже полтора года и успел нахвататься местной культуры и символизма. Снег был символом обновления. Так что пошёл он очень в тему. Наверное, всё же Кошачьи Боги присматривают за нами и благоволят, и это — своеобразный знак.

Мы перебрались под козырёк крыши и любовались размеренным снегопадом. Рядом, пригревая бок и мурлыкая, сидел Суми-чан. Было тепло и приятно, а ещё появилась уверенность, что всё будет хорошо. И у Наруто и Саске, у Кушины-сан с Шисуи-куном, у Шиджими с Минорухи, у меня и у жителей Конохи.

Через два месяца у парней выпускные экзамены. И я надеюсь, что всё пойдёт совсем по-другому, чем я смотрел в аниме…

— Красиво, — фыркнув, сказал Суми-чан, которому на нос прилетела пушистая снежинка.

— Ага, — подтвердил я, подумав, что теперь-то мой хомячий схрон вообще ни за что не найти.

— КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ —

© Copyright: Кицунэ Миято, апрель — июль, 2015

Зима прошла на редкость быстро. Полтора месяца с момента операции «миссия: невыполнимо» мелькнули чередой снегопадов, дождей, цветения сливы и всяких цветов. Слежка за обителью Саурона показала, что Конохомару так и не признался, что это он похерил дедушкин всевидящий глазик. Молчал, как пленный партизан в свой синий шарфик. Наблюдение также подтвердило, что изготовить новый артефакт Сарутоби-старший не пытался, а значит, что упало, то пропало. Особенно, когда «упасть и пропасть» помогли такие классные коты, как мы с Суми-чаном. Хе-хе.

Выпускной ребят неумолимо приближался, новостей от Шисуи и Кушины-сан не было. Однажды только появлялась хозяйка Шиджими, подкормила меня вкусняшками, сказала, что ей пришла весточка от Кушины, в которой та даёт знать, что жива, здорова и всё ещё в поисках.

Ребята меня радовали. Общались с одноклассниками. Жили дружно. Я открыл для себя кошачьи консервы. Вкусная вещь тут, как оказалось.

Мне уже было интересно, как провернут то, что Наруто — джинчуурики. И получится ли это у них, как в начале аниме. «Добрый учитель», «злой учитель», все дела. Я сейчас уже что-то сильно сомневаюсь, что тот беловолосый «Мизуки-сенсей», который появился в Академии буквально неделю назад, как учитель на замену Сарутоби Асуме, такой уж шпион и перебежчик. История какая-то в целом «с душком». Зато эти перестановки и «типа болезнь Асумы», позволила мне вернуться и наблюдать за моими мелкими в Академии.

Да, Асуму, с начала декабря прошлого года, ещё и поставили заниматься преподаванием детишкам. Тем самым подтолкнув меня на решительные меры со слежкой за дворцом Третьего и экспроприацией Ока Саурона. В Академии светиться всё равно было нельзя. А «движня» клана Макаков мне совсем не нравилась.

Как там говорится: «за что боролись, на то и напоролись», ага. Думаю, если всё пойдёт по событиям мультсериала, то, когда тут появится Орочимару и проткнёт старичка-Хокаге своим большим мечом, я лично расцелую змеиного саннина. Ещё бы знать, когда это будет точно, а то в аниме всё «чих-пых», а на самом деле жизнь же не перескакивает с одного интересного момента на другой. Пока даже разговоров про тот крутой экзамен не идёт. А уже треть марта прошла. Детишек Ирука и этот Мизуки только стращают выпускными испытаниями, которые начнутся через две недели.