Поиск
УТРО СЕНОКОСНОЕ
Под полою у красавицы зари
Отбивают косы косари:
Звонкие литовки, будто тетива,
Каждая по-своему поет.
Замирая, слушает трава,
Тянется, на цыпочки встает.
Молоточки клювами стучат
И с ресниц у девонек-девчат
Склевывают звонко: «Чок, чок, чок!» —
Золотинки — ласковые сны.
Месяц, раскаленный пятачок,
Стынет на ладони у сосны.
Дробным цокотом молчунья тишина
Поразбужена, зарей подпалена.
По округе гул моторный вкривь и вкось
Перестуком крепко-накрепко прошит.
Спозаранку дело каждому нашлось,
Только, чур, коль веселиться — от души:
Видишь, зоренька откинула полу!.. —
Пригласила нас хозяюшка к столу,
На заречные луга с духмян-травой
Всей деревнею на праздник даровой.
ЗОВ
Живешь заботой городскою,
Насквозь прохвачен и прогрет.
И вдруг под ложечкой заноет,
Да так, что потемнеет свет…
С чего бы, сам не понимаю,
Тоской захолонуло в мае,
Когда на влажных тротуарах
Асфальт теплынью разморен:
Его вздувает, что опару.
Да что гудрон, когда бетон
Зеленой молодью пропорот.
И вроде город мне не в город.
Так вот с чего тупая боль
Отозвалась под сердцем гулом:
Полями вешними пахнуло…
И ты хоть как себя неволь —
Уснуть не сможешь:
Ночь, другую
Все видишь землю дорогую
С крутым опасным половодьем,
Когда ручей под стать реке,
А в нем березы налегке
Бредут, смеясь над непогодьем.
А бани, словно пароходы,
В субботу густо задымят.
И до потемок огороды
Богато ведрами звенят.
Листа березового запах,
Моренного в жару сухом,
Ложится в лунные накрапы
Еще не сложенным стихом.
В тех банях сверстники с устатку,
Как боги в облаках парят…
Я сладко шевельнул лопаткой,
Как будто жаром тем объят.
И до утра усну едва ли.
Я знаю: ждут меня поля,
Зовут,
Зовут родные дали…
Прости, отцовская земля!
1956
САМОЦВЕТЫ
Задымилась густо над рекою,
Избы запорошила сирень…
Здравствуйте,
Стихов моих герои,
Жители сутулых деревень.
Я не на побывку к вам,
Не в гости.
Зря плетешь недоброе, молва.
Мне, что голубые угли в горсти,
Ваши самоцветные слова.
Их ковали прадеды веками
На смолистых зоревых кострах,
Как мечи,
Грабастали руками
И калили в водах и ветрах.
Пращуры, в их силу свято веря,
С ними в сечь на крестоносца шли,
Их,
Друзьям распахивая двери,
Мы подносим, будто кошели.
Приглядись:
Горят слова, как блики
Лунности, рассыпанной в ночах,
Вспыхивают алостью гвоздики
У любимых наших на плечах.
Чудо-самоцветами-словами
Сердце я врачую от невзгод.
И всегда готов делиться с вами
Всем,
Что самородок мне дает.
По нему в стихах моих поймете
Даже недосказанное мной…
Хорошо в сиреневом сумете
Остудить дорог далеких зной!
«Воздух зноен…»
Воздух зноен,
Спрессован туго,
Свет как пламя над кромкой ржи.
Над приречным широким лугом
Резвокрылый чибис кружит.
А мотор все гудит,
И небо
Захлебнулось голубизной,
В нем стозвонная песня хлеба
Раскаляет июньский зной.
Перегретый мотор устало
Напоследок вздохнул и затих.
И такое вдруг заиграло,
Засвистало, защебетало:
Песен, песен-то,
Сколько их!
Ты катнул жернова-лопатки,
Увлажненных не пряча глаз.
Вот бы квасу теперь с устатку,
Полведерка бы —
В самый раз!
Но деревни вдали не видно.
А вода —
Тут подать рукой.
И хозяйской походкой завидной
К быстрине ты идешь над рекой.
Приняла раскаленное тело,
Холодком обожгла чуток,
Обжурчала,
Такого напела:
Набирайся силенок, браток!
А потом расплескалась в смехе,
Поумерила юный пыл:
Делу — время,
Часок — потехе,
Будет, парень,
Мотор остыл!
ОСЕННЕЕ
Игорю Григорьеву
Поет над родимым болотом,
Трубит журавлиная стая,
Сентябрь раскидал позолоту —
Ни счета,
Ни меры,
Ни края!..
А утро студено и мглисто,
Заря багровеет над логом.
И кличет вожак голосистый,
Бедует не птичьей тревогой.
Узнать бы,
О чем они тужат,
Какая их гонит неволя?..
Но встал —
И молчишь на разлужье,
Захлестнутый песней до боли.
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: