Поиск
ПОСЛЕ РАБОТЫ
Вались, как сноп,
И до утра
Блаженствуй в росной роздыми.
Но огненные щи с костра
Несут
С приправой звездною.
И хочешь, нет —
Усадят в круг,
А ложки, как созвездие.
И полтора десятка рук
За труд берут возмездие.
Кухарка потчует ребят,
Похваливает варево.
И лезет ложка наугад —
Помимо миски:
— Эко, брат,
Со щей-то пораспарило!..
Роса шарахнулась с куста:
Хохочут
Не до ужина,
Как будто за день на мостках
Двух норм не передюжено.
В РЫБАЧЬЕМ ПОСЁЛКЕ
Врос поселок в подножье горы,
Весь пронизанный солью, как потом:
Дорогие морские дары
Стоят людям нелегкой работы.
Грохотал и ярился прибой,
Буревестники глухо кричали…
Сколько раз в черноте штормовой
Ждали жены мужей на причале!
Злые думы тревожили их,
Сердце лапой когтистой сжимали…
Утихал обессиленный вихрь,
Открывая зеленые дали.
И домой, рассекая валы,
Подходили с добычей большою
Люди с волею тверже скалы
И широкой, как море, душою.
«Хребты на сутулые плечи…»
Хребты на сутулые плечи,
Как бурку,
Накинули ночь.
Ручьи на гортанном наречьи
Ведут бесконечные речи
О том,
Как друг другу помочь.
До бешенства спорят,
Как лучше
Пробиться сквозь тяжесть громад?
И, яростно пенясь,
По кручам
Несутся к утесам могучим,
А те,
Как могилы, молчат.
И жутко бывает, не скрою,
Услышать,
Как дышит гранит,
Как борются волны с горою,
Огромной,
Суровой,
Немою,
И думать:
А кто ж победит?
ЛЕС
Потомственные лесорубы,
Не хмурьте в инее бровей.
И без того мы с виду грубы,
Но знаем:
Многих не грубей.
Гора под хлесткими хлыстами
Столетних сосен и берез
К морозу ухает, что камень.
Чего ж ты встал,
Как в землю врос?
Нет, мы в открытую не плачем —
Зрачки печаль едва лучат.
Над каждым деревом лежачим,
Как памятники, пни торчат.
Стоят деревья, как солдаты,
Они и падают без слов.
Не забывайте, люди, даты
Под корень сваленных лесов!
ЗА НАМИ ПОСЛЕДНЕЕ СЛОВО
Вздыбилось море,
Гривастое, злое,
Играет с баркасом
Опасной волною.
И нам не до шуток.
Но мы не заплачем:
Не молим пощады,
Не просим удачи.
Волне разъяренной
Врезаемся в гриву,
Взлетев,
Опускаемся
В пропасть с обрыва.
И снова, и снова
Паденья и взлеты:
Налево.
Направо
Руля повороты.
И вдруг захлебнулся
Мотор раскаленный.
Баркас, как живой,
Накренился со стоном.
Ну что ж, мы не дремлем:
За весла беремся,
Сквозь волны упругие
К берегу рвемся.
В ладонях бугрятся,
Вскипают мозоли:
Мы насмерть схватились,
И нам не до боли.
Гребем,
Не сдаемся стихии суровой
И верим:
За нами
Последнее слово!
РОЖДЕНИЕ ГОРОДА
Среди безлюдья буйная река
В гранит вгрызалась долгие века;
Никто не знает, сколько лет подряд
В горах ревел могучий водопад,
Кремнистые дрожали берега,
Гудела непролазная тайга.
И только летом в солнечные дни
Играли ярко радуги над ним.
Над ним свечой взмывали птицы ввысь
И молодые ястребы дрались.
А на горбатом гладком валуне
Медведь верхом, —
Как будто на коне.
Застыл косматый бурый рыболов.
Здесь все его: леса, река, улов…
И вдруг он показал зубов оскал:
Зверь человека в чаще увидал.
А тот стоял: за поясом топор, —
Глазами шел недолгий разговор.
Пришельца зверь не смог переглядеть:
Ворча, в тайгу поковылял медведь.
А человек сурово глянул вслед, —
В глазах ни страха, ни сомненья нет.
Он поплевал в ладони не спеша:
Тайга ждала, стояла не дыша.
Взметнулись щепки из-под топора —
В ответ протяжно охала гора.
Тайга медведем пятилась в тайгу —
И пятистенок встал на берегу.
С тех пор прошло немного —
Сорок лет,
Но лет таких, каких не видел свет!
Любуйтесь:
На гранитный пьедестал,
Как памятник, весёлый город встал.
В тайге суровой мы огни зажгли,
Но старый пятистенок сберегли —
Как память про того, кто смелым был,
Кто путь сюда нелегкий проторил.
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: