- А, если человек не грешил?

- Таких не бывает, - усмехнулся Григорий.

- Я знаю.... Ну, а вдруг? - пожала я плечами. - Ведь за жизнь можно как согрешить, так и искупить грех?

- Не совсем так, - оглянулся на нас Айрос, явно тоже заинтересованный разговором. - Мелкие грехи искупить можно, но есть такие, которые одним добрым поступком не исправить, и дабы избежать несчастных случаев - нигде нет ни единого зеркала.

- Каждый, кто увидит свою Тень, сходит с ума и в итоге сам ею становится, - вновь заговорил Григорий. - Она начинает пожирать разум смертной души...

- Но, конечно, есть те, кто ее не видят, - перебил его Айрос. - Только непорочный грехом сможет увидеть свое настоящее отражение.

- То есть ангелы? - предположила я.

- Ага, - кивнул Григорий, стряхивая кусок коры со своего плеча, который упал с ветки дерева, когда по ней пробежала белка. - Смертный мир практически весь погряз в грехе, и мало кто выходит из него белым и пушистым.

- По сути никто, - я усмехнулась, соглашаясь с ним. Все за свою жизнь совершали, какой либо грех, и даже могут этого не осознавать.

- Убийства, насилие, кража, - продолжил Айрос. - Этот мир позволяет пересмотреть свои ошибки и по мере возможности исправить их, но многие не меняются. Казалось бы, чего стоит после смерти попытаться стать лучше, но из-за постоянной опасности и страха истлеть люди забывают о взаимопомощи и думают только о том, как бы спасти себя.

Истление - другими словами вторая смерть, наверное, самое ужасное, что может произойти.

- Не знаю, - вздохнула я, от чего вверх поднялось небольшое облачко пара - предвестник холодов. - Как бы я поступила на их месте.

- Не думаю, что ты смогла бы бросить кого-то в беде, - Григорий сказал это на удивление уверенно. - Ты спасла моего сына, невзирая на опасность, это о многом говорит.

Где-то вдалеке раздался истошный крик, Айрос схватился за свой меч и внимательно посмотрел в том направлении. Я подошла к нему ближе, чувствуя, что на случай, если из тумана выпрыгнет Тень, то самое безопасное место это подле него.

- Далеко, но лучше уйти немного в сторону, - тихо произнес Григорий, старательно наблюдая за нашим тылом.

Айрос послушал совета и свернул немного влево. Ноги от страха стали ватными и не слушались. Когда шагнула следом, то споткнулась о торчащий сухой корень. Раздался громкий треск, заглушив мое тихое "Ой!", и я полетела вниз на землю.

- Осторожнее, - прошипел Айрос, подхватывая меня в самый последний момент.

- С-спасибо, - заплетающимся языком пролепетала я.

Мы поспешили скорее убраться с этого места куда-нибудь подальше, и вот, уже как несколько часов, нам не встретился никто на пути. Я предпочла больше не разговаривать и сохранять тишину, а по молчанию Айроса и Григория можно было понять, что они полностью разделяют мою точку зрения. Дорога постоянно изменялась, нам приходилось обходить большим крюком болота, от которых несло тухлятиной и сыростью. Мутная вода пузырилась, поднимая ил и ряску на поверхность. Ботинки отрывались от вязкой земли с большим трудом и противным хлюпаньем, не удивлюсь, если где-то под слоем мокрой грязи притаилась отвратительная черная пиявка, готовая в любой момент присосаться к моей пятке и насытить свою утробу... Фу!... Отвратительно.

Гроза, сопровождающая нас большую часть пути, действительно обошла стороной, как предполагал Григорий, и уже давно скрылась за горизонтом. Мы продолжали идти, невзирая на усталость. Туман давно рассеялся, но теперь помехой стала темнота, черная и непроглядная. Единственное, благодаря чему мы еще не заблудились - это полная луна. Она освещала своим светом дорогу и позволяла заметить возможную опасность. Окружение начинало постепенно сменяться, деревья поредели, и появилась первая зелень. Воздух перестал быть удушливо болотным, теперь в нем можно было ощутить свежесть, что значительно облегчало дыхание.

- Ненадолго остановимся, - сказал Айрос, заметив, что ноги меня уже еле держат. - В такой темноте все равно далеко не уйдем.

Я облегченно вздохнула, радуясь возможности немного отдохнуть, взглядом подыскала наиболее выступающий из земли корень и села на него, облокотившись о ствол дерева. Глаза начали закрываться, спать хотелось очень сильно.

- Отдохни, - присел рядом Григорий. - Мы последим за тобой.

- А разве вы не устали? - разлепив один глаз, сонно спросила я.

- Нет, - ответил Айрос, постоянно сканирующий взглядом окружающее нас пространство. - Мы более выносливые.

Я закрыла глаза и полностью расслабилась, от его присутствия веяло спокойствием, и сон не заставил себя долго ждать. Мне снился полный бред, череда непонятных событий и постоянные вспышки света.

Я шла по городу. Мало назвать его странным, даже слово подходящее придумать не получается. Землю устилал холодный черный песок, который обвивал ноги, усложняя шаги. Я старалась не останавливаться, чтобы не увязнут в нем совсем, ведь тогда двигаться дальше не получится. Деревья склонились под весом черных пут, которые кнутом обвивали ветки и тянули их к земле. Если в скором времени никто не поможет, то песок пожрет бедные растения и его станет еще больше. Он словно чумной червь разрушал все вокруг себя, оставляя лишь оскверненную пустыню. Как же меня угораздило сюда попасть, где царит лишь тьма и смерть, и куда я иду? В чем моя цель?

Дома скрипели и разрушались, осыпаясь небольшими кусками. Щупальца карабкались по их стенам, превращая камень в труху, будто гигантский спрут пытался утащить под воду огромный корабль. Я начинала потихоньку уставать, ведь все больше и больше нитей песка обвивало ноги и шагать становилось с каждым разом сложнее, найти бы какое-нибудь безопасное место, чтобы немного передохнуть.

- "Алиса, - раздался из ниоткуда тихий женский голос. - Сюда!"

Я оглянулась, но никого не увидела, может мне просто показалось...

- "Поспеши..." - вновь заговорила женщина.

Я прибавила шагу, устремляясь туда, куда мне казалось правильным. Обычно, если снится сон, то рано или поздно об этом начинаешь подозревать и относиться более легкомысленно к происходящему, но сейчас почему-то казалось лучше прислушаться к этому голосу и действительно поспешить отсюда уйти, иначе может произойти нечто непоправимое. Одна из веток ближайшего дерева оторвалась от земли и, по принципу катапульты, запустила в меня пригоршней песка. Он мгновенно прилип к одежде и словно змей стал извиваться в ее складках, ища способ подобраться к голому телу.

- Нет! - от страха завизжала я, стараясь стряхнуть его с себя.

Песок обвился вокруг пальцев и пополз по запястью, после чего впился в то место, где была вена, прокалывая кожу и заливая руку кровью. Я быстро стянула с себя куртку, пока эта дрянь окончательно не заползла под кожу, вытерла об нее руки и бросила на землю. Она тут же исчезла, погребенная под слоем черного песка. Ноги сдавили крепкие путы, забравшиеся уже по колено, и не позволяли сделать ни единого шага. Они тянули вниз к земле, как это происходило с деревьями, но сдаваться не хотелось, не было желания оказаться погребенной в прожорливой тьме.

- Помогите! - взмолилась я, чувствуя, что силы начинают покидать и на их место приходит слабость. - Кто-нибудь... Помогите!

Веревки песка уже добрались до пояса и сдавили живот, от чего появилась тошнота. Капельки крови, стекающие по моему запястью, падали вниз, заставляя зверя шевелиться под ногами и еще сильнее тянуть своими щупальцами к земле, в нетерпении полакомиться вновь прибывшей добычей. Я упала на колени, поддавшись нахлынувшему бессилию, и сразу же почувствовала, как под кожу начали заползать проклятые песчинки. Они забирались в щели между ботинками и штанинами, пуговицами на рубашке, обвивали шею, мешая дышать, и царапали щеки. Я пыталась вновь закричать о помощи, но песок наполнил рот, заползая в легкие и проникая внутрь меня, оскверняя все до чего смог добраться. Слезы хлынули из глаз от нестерпимой боли и обиды. Неужели непоправимое уже произошло? Что же теперь будет? Или не будет? Ведь это все сон?