Серёжа и Вова не понимали, о чем говорят старшие. Вполголоса ребята повторяли незнакомые слова: «суппорт», «станина», «патрон», «резец». Как хотелось им быть сейчас на месте Витьки и вот так же, как взрослые, разговаривать с настоящим токарем!

- Знаешь, папа, что сказал нам директор? - обратился как-то к отцу Виктор.- Мы на уроках труда изучим разные специальности, будем даже на заводе работать. А когда окончим десятый класс нам вместе с аттестатом зрелости дадут разряд рабочего. Понимаешь? Раз-ряд! И мы сразу же после выпуска из школы можем поступить на завод. Я пойду работать токарем, как ты! Решил окончательно!

- Вовка, что бы ты дал, если бы тебе разрешили хоть немножко покрутить станок?

- Не знаю…- протянул Вова.

- А я бы согласился в кино целый месяц не ходить и мороженое не есть!

- И я тоже,- не совсем уверенно проговорил Вовка, особенно любивший кино и мороженое.

Разговор этот происходил вполголоса под лестницей возле слесарной мастерской. Сюда обычно убегали друзья со своего наблюдательного пункта, когда к дверям подходил кто-нибудь из учителей или старшеклассников.

А в этот день им никак не удавалось выйти из-под лестницы.

- Знаешь, что я придумал? - начал Вова и поднявшись на носки, зашептал что-то Сереже на ухо.

- А потом? - то и дело спрашивал Серёжа, увлечённый заманчивым предложением друга.

- Согласен! - восторженно ответил, наконец, он.

Прозвенел звонок, но старшеклассники не уходили. По громким разговорам, доносившимся из мастерской, было ясно, что они заняты каким-то срочным делом и на звонки не обращали внимания.

Наконец, старшеклассники, снимая на ходу фартуки, стали выходить из дверей. Вскоре прошел в учительскую и Александр Григорьевич - учитель по труду.

- Пошли! - шёпотом скомандовал Вова. И друзья, низко пригнувшись, на цыпочках стали пробираться вдоль стены к открытым дверям.

В мастерской работал один дежурный. Он смазывал и протирал станки.

Затаив дыхание, Серёжа и Вова осторожно заглядывали в дверную щель, следя за дежурным. А тот всё работал и работал. Наконец, и он ушел в маленькую боковую комнату.

Мальчики только этого и ждали. Они проскочили в дверь и спрятались под стол в тёмный угол. Теперь нужно переждать, когда уйдёт дежурный. А дежурный вернулся из боковой комнатки с мочальной шваброй в руках и начал не спеша подметать пол. Поднялось облако пыли.

- …Я чихну…- прошептал Серёжа, повернув к Вове лицо, сморщенное в смешную гримасу.

- Я те чихну… Потри переносицу и всё пройдёт. Вот так,- показал Вова. Но совет друга не помог.

- А-п-пчхи,- раздалось из-под стола. Дежурный в это время напевал какую-то песенку, к счастью ребят, и ничего не услышал.

На беду и Вова вскоре почувствовал, что он вот-вот тоже чихнёт. Обеими ладонями мальчик зажал лицо и сидел, боясь шелохнуться.

Наконец, ребята услышали, как хлопнула дверь. Дежурный ушел, наверно, за ключом к Александру Григорьевичу. Затем у дверей послышались шаги, щёлкнул замок. Наступила тишина.

Убедившись, что им не угрожает никакой опасности, Вова подал команду:

- Вылазь!

Ребята увидели станки, блестевшие свежей краской, и начали с любопытством рассматривать каждый из них.

- Вот на этом дырки к граблям делали. Я видел,- сказал Вова, подходя к сверлильному станку.

Внимание мальчиков привлекли большие тисы, привинченные к длинному столу. Посередине высокая рама с натянутой проволочной сеткой.

- А решётка на что? - спросил Вова.

- Это не решётка, а сетка,- начал пояснять Сережа.- Вот, смотри. Я так зажму железку и начну ее пилой обтачивать. А ты будешь работать с другой стороны, вон на тех тисах. Опилки и стружки будут ударяться о сетку и в лицо не попадут. Техника безопасности! Это мне Витька рассказывал.

- А почему безопасности? - допытывался Вова.

- Это значит неопасно работать. Глаза будут целы, и лицо не покарябано. Ничего не понимаешь…

- Ну ты больно-то не задавайся, что всё знаешь,- вспылил Вовка.

Но у мальчиков не было никакого желания продолжать спор. Перебранка прекратилась. Ребят привлекало то одно, то другое. Они остановились у большого деревянного щита. Чего только не было на нём! Тут и молоточки с деревянными ручками, и маленькие железные грабли с крошечными зубьями, разные винтики, крючки с петлями. А в верху щита крупными буквами выведено: «Работа учеников восьмых и девятых классов».

- Вот здорово! Сами сделали! Нам бы так! - восхищались ребята.

- А деревянные ручки к молоткам делают ребята из пятых классов в столярной мастерской. Они даже круглый столик на одной ножке смастерили. Во как! - рассказывал Серёжа.

- Серёжка, давай станки крутить!-предложил Вова.

- Давай!

Ребята принялись за дело. Но сколько они ни давили на разные рычаги и педали, станки бездействовали.

- Знаешь что, Вова? Я видел, как Александр Григорьевич какую-то ручку повернул вниз и станки заработали, зажужжали,- вспомнил Серёжа.

- Давай и мы повернём!

Однако электрический рубильник с деревянной ручкой находился в железном ящике высоко на стене. На ящике висел большой замок. Затея ребят оказалась безуспешной.

- Пойдём, Вова, домой. А то мама ругать будет,- предложил Серёжа, когда в окнах начало темнеть.

- Ладно! В другой раз опять проберёмся,- согласился Вова.

Мальчики подошли к двери и только тут сообразили, что она закрыта на замок. Оба они, пробираясь в мастерскую, не подумали о том, как будут выходить оттуда.

- Кто же нас теперь выпустит? - тревожно спросил Серёжа.

- Не знаю…- растерянно ответил Вова.

Но растерянность сменилась решимостью. Вова начал дергать дверь, потом неистово заколотил в неё ногами. В школе уже никого не было.

Что делать?.. Усевшись на подоконник, ребята уныло смотрели в окно. Пешеходов становилось все меньше и меньше…

- А меня к ужину дома ждут,- грустно проговорил Серёжа.

Тут оба вспомнили, что они давно не ели и очень голодны. Пошарив в карманах, Вова нашел сырую морковку, а Серёжа твёрдую баранку. Эти находки мальчики разделили пополам. Съели они и немного пшена из Вовиного кармана, которое мальчик носил с собой для кормления птиц.

- Я бы сейчас полную кастрюлю борща съел,- мечтательно сказал Серёжа, вспомнив, как мама всегда заставляла его скушать хоть тарелочку супа или борща.- Или вот такую большую сковородку жареной картошки с верхом!

- А я бы целую булку чёрного хлеба, съел. С водичкой…- мечтал Вовка.

- Как я пить хочу,- с тоской протянул Серёжа, глядя в окно на улицу, освещенную фонарями.

- Попить в момент найдём! - Вова с готовностью спрыгнул с подоконника и отправился на поиски, натыкаясь в темноте на станки и столы. Он рад был теперь сделать для товарища хоть что-нибудь полезное. Ведь из-за него, Вовы, попали они в такую беду!

- На, пей! - как-то торжественно проговорил он, протягивая другу снятый с крючка железный умывальник, который временно стоял в мастерской, пока в помещении не было водопровода. Только не пролей.

Тёплая, с привкусом ржавчины вода показалась Серёже удивительно вкусной. Но ее было мало.

Молча смотрели ребята на опустевшую улицу. Серёжа сердито посапывал носом.

- А всё ты,- наконец, упрекнул он товарища.- «Проберемся, никто не заметит»… Вот и пробрались! Теперь и в школе попадёт и дома не похвалят. Моя мама, наверно, и в милицию сбегала и все улицы обыскала. Эх, не слушать бы мне тебя!

- Ну и не слушал бы! Я бы один пошёл! Что тебя на верёвочке тянули? - рассердился Вова.- Пока - станки крутили, так ничего, весело было. А теперь струсил! Зареви, девчонка!

- Ну и струсил! А ты, небось, нет? Только для форсу храбришься. Знаю я тебя! А у самого тоже, поди, поджилки трясутся!

- У меня?! Ладно! Сиди один! - с негодованием ответил Вова, усаживаясь на другой подоконник.