– Эта страшна мысль, – заявила Зара, – Ведь тогда все верующие сами убивают себя. Помните, экселенц, что истинная магия усиливается частицами веры? Значит верующие ускоряют процесс уничтожения мира и получается, что истинная магия это…

– Пока ничего не получается, – покачала головой Мария, – Надо сначала выяснить правы мы или нет. А то мы что-то очень резво строим теории.

– Но они похожи на правду!

– Ложь тоже бывает похожа на правду, только от этого ею не становится. Я прикажу провести эксперименты и проверить. Если магия разрушает мир…

– А что если истинная магия это тоже своего рода противоположность? – неожиданно спросила Зара, – Ну там, обратная сторона могущества богов? Противоестественная для них, но из-за верующих и противодействия физического мира искажающаяся и принимающая те формы, которые мы знаем.

– Все может быть, – задумчиво произнесла Мария, – А еще очень может быть, что ты переросла свой нынешний пост. Ты явно слишком умна, чтобы быть простым секретарем.

– Это все потому, что я регулярно пью вашу кровь, экселенц! – Зара вскочила на ноги и вытянулась по стойке смирно, – Ваш ум передался мне.

– Не говори глупостей! – резко осадила подчиненную вампиресса, – От этого не умнеют.

– Но…

– Хватит! Твой ум только твоя заслуга! Давай поговорим о другом.

– Я слушаю вас, экселенц, – секретарь села на место.

– Ты знаешь о начале экспериментов с магическими фотографиями?

– Да! Их делают для расширения ассортимента наших лавок в Касе.

– Верно. А что ты думаешь по поводу магического кино?

Прекрасно знакомая с культурой бывшего мира изначальных вампиров, Зара мигом сообразила о чем идет речь. Да и соображать не потребовалось. Простейшая технология киносъемки была воссоздана вампирами еще полтора века назад, в тот момент, когда они разрабатывали механику для своих часовых мастерских. Мастерам тогда показалось это забавным и они потренировались на несколько других изделиях, чем часы. А все химические процессы были созданы еще в первые годы после появления в мире. Таким образом, черно-белые ленты были Заре хорошо знакомы. А вот они же, но с магией…

– Я думаю, что если получится сделать звук и цветное изображение, то нас ждет фурор! Люди будут выстраиваться в очередь, чтобы посмотреть на это!

Мария поморщилась. Верная помощница ее не поняла.

– Зачем нам это нужно? Развлекать людей? Делать больше нечего? Я говорила о другом!

– Я слушаю, экселенц, – Зара пристыженно замолчала.

– Если у нас стало получаться магией создавать нормальные фото, то ведь у нас стал получаться процесс долгосрочной записи магической информации вне заклинаний и силовых линий. Превратив его в кино, мы сможем создавать быстрые программы как для големов, так и для химер. И перестать уже мучиться с кристаллами или тратить ценное лунное серебро!

– Я не думаю, что получится, – честно ответила секретарь, – С големами есть ряд сложностей, а вот химеры и вовсе подчиняются только шаблону.

– Так и я об этом. Мы, по сути, создадим еще один шаблон! Но внешний, и отрежем им внутренний!

– Это может получится. Но при чем здесь кино?

– Просто успехи записи информации подтолкнули меня на идею, – улыбнулась Мария.

– Мне написать приказ?

– Да! И не забудь о пространствах магии. Эти эксперименты будешь контролировать лично!

*****

– Зачем нам еще один легион?! – император в ярости швырнул свиток в лицо колониального чиновника, – Пошел вон!

Империя имеет больше сотни легионов, а эти уроды просят создать еще один! И это когда имеющиеся кормить нечем! Страна задыхается от наличия непомерно огромной армии, и вместо того, чтобы попросить передислоцировать войска, ему предлагают формировать новые!

А ведь культ старых легионов в прямом смысле убивает экономику империи. Помнить свою историю надо, но не до такой степени, чтобы возводить на священный пьедестал все легионы, которые когда-то отличились в боях за людской род! И теперь вместо того, чтобы просто помнить названия легионов, империя содержит их. Вместо того, чтобы сократить армию вполовину, десятки никому не нужных легионов занимают лагеря по всей стране. А деньги, тратящиеся на их содержание, можно было бы потратить с большей пользой на другие легионы, а самих солдат отправить трудиться в поле. Пользы было бы куда больше.

Но императоров не понимают. Легаты и консулы делают вид, что это их не касается, а стоит выйти с конкретным предложением, начинают вопить о былой славе легионов, традициях и необходимости защищать огромную страну. И в последнем они даже правы. Империя огромна и ей нужна значительна армия, но не такая большая и громоздкая, как нынешняя.

Потому, только вступив на престол, император решил заняться этой проблемой и самым кардинальным образом разобраться с культом старых легионов. Сначала он планировал сделать это с помощью орков. Но зачистка степи стоила бы очень дорого. Да, там бы погибли лишние солдаты, и сгинул бы десяток легионов, которые можно было бы не восстанавливать, как опозоренные поражением – но суммы, требующиеся для начала такой операции, были выше возможностей империи и ее пустой казны. Потому, когда герцог Бохор пришел на аудиенцию, император услышал несколько иные слова, чем говорил вассал. Вместо: сталь, мифрил и золото, император слышал: потери, гибель и забвение. Но только для легионов! И за чужой счет! Конечно, он сделал вид, что не очень доволен всей это авантюрой, что выделяет войска через силу, дал себя уговаривать, но в душе ликовал! Послать несколько легионов морем, чтобы часть из них утонула? А можно сделать это два раза?! Корабли и флот конечно жалко, но тоже сократим лишние рты!

Конечно, из затеи Бохора ничего не выйдет. Укрепиться в Элуре было бы здорово, но северяне не дадут это сделать. Гарн, Шорез, Ород и Ильхори как один поднимутся на защиту Элура, и вскоре к ним присоединится Валерия. И пусть империя сильнее их всех вместе взятых, такую войну его страна не потянет. Так что пусть герцог Бохор мечтает о короне элурских королей, император пока помечтает о том, сколько легионов сгинет на севере и сколько удастся награбить на севере, прежде чем имперцев попросят убраться оттуда. Наполнение казны и сокращение легионов! Что может быть лучше? Беру все, что предложите!

И вообще, пора возвращаться к реальной работе: надо запросить отчет о том, что там вообще происходит на южных рудниках. С чего это вдруг колониальные чиновники стали просить новые войска? Бунт? Создают ручные армии? Или воруют безмерно? А может там и правда что-то затевается и им нужны солдаты?

– Позовите ко мне герцога Форлезо, – скомандовал император.

Как говорится, помечтали и хватит. Надо заниматься делом. Огромная империя сама собой управлять не способна. Это должны делать ее императоры. Таков их тяжкий груз!

*****

Маршал с удовлетворением осмотрел поле предстоящего боя. Выстроившиеся на нем войска южных герцогов даже одним внешним видом больше всего напоминали стадо. Грязное и вонючее стадо животных. Напротив же них стояла королевская армия, и пусть она была меньше по численности, каждый ее солдат был уверен в себе. И это было видно всем – в позе, движениях, взгляде. Сразу брала гордость за труды своей жизни: ведь в том, то королевская армия представляет собой такую ощутимую силу, была значительная заслуга графа Додра.

А герцоги похоже перехитрили сами себя. Желая как можно быстрее оказаться в столице, они выделили значительные силы, которые направили против Южной армии Элура, но при этом в их головах стойко сидела мысль, что свои тыла надо обезопасить. А потому лучшие части они направили к Уру. Идиотизм!

Прикинув расклады, маршал кивнул своим мыслям и отдал приказ начать атаку. Стадо животных надо побыстрее загнать в клетки и уничтожить. А выжившие пусть резвятся промеж собой, выясняя, кто же будет временно править югом. Королевская армия придет сюда чуть позже и объяснит, кто хозяин. Но это все в будущем. А сейчас дело!