1) Барельефы действительно представляют собой изображения звездного неба (гороскопы) для некоторого момента времени.

2) Фигуры с посохами в центральных их частях действительно изображают планеты (движущиеся, странствующие звезды).

3) Фигуры в кружках в центральных их частях действительно изображают Солнце и Луну (какая — Солнце, а какая — Луну, подлежит отдельному определению).

4) Одноименные фигуры на обоих Зодиаках обозначают одни и те же светила, поскольку даты составления Зодиаков, явно входящих в единый архитектурный комплекс, ненамного разнятся между собой.

Даже без учета постулата 3 можно сократить машинный перебор всевозможных вариантов идентификации фигур с планетами от 7! = 5040 до 4!*3! = 144, поскольку угловые расстояния между фигурами планет (см. таблицы для Зодиаков) сразу выделяют две группы: {Солнце, Венера, Меркурий} и {Луна, Марс, Юпитер, Сатурн} с возможными перестановками только внутри групп. Учет постулата 3 сокращает перебор до 31*21 = 12 вариантов. Двенадцать вариантов можно проанализировать и без компьютера (впрочем, это дело вкуса).

Само "решение": 21–31 августа 52 года н. э., предлагаемое Ю.А. Завенягиным для Круглого Зодиака, сразу вступает в противоречие с информацией о планетах, содержащейся в Длинном Зодиаке. Остановимся на этом подробнее.

Приводимая ниже таблица 3 показывает в первом столбце созвездия Круглого Зодиака, в которых могут быть локализованы планеты. Во втором столбце представлены результаты грубых оценок положений планет в искомый период времени (создания Круглого Зодиака), приведенные Голубцовой и Завенягиным (в таблице отмечены как ГЗ, т. е. Голубцова и Завенягин). Эти данные взяты ими за первое приближение для дальнейшего анализа при помощи ЭВМ. Из таблицы следует, что эти авторы также придерживаются интерпретации фигур с посохами как планет. Мы (в таблице отмечены как ДК, т. е. Денисенко и Келлин) использовали традиционную их расшифровку (которой пользовался Морозов).

Результаты этой расшифровки приведены в третьем столбце таблицы 3. Четвертый столбец описывает созвездия Длинного Зодиака, по которым распределены его планеты (при традиционной расшифровке планет) с той же точностью, что и для Круглого Зодиака. Пятый столбец таблицы описывает положения планет на Длинном Зодиаке, если принять расшифровку Голубцовой и Завенягина.

Таблица 3

Неоднозначность в толковании положения Марса в Длинном Зодиаке связана с тем, что Голубцова и Завенягин в своей интерпретации фигур с посохами как планет не использовали ту из них, которая находится в созвездии Овна и традиционно считается за изображение Венеры. Вместо этого они (почему-то) предложили считать, что последний из кандидатов в планетные символы (держащий, правда, в руках не посох, а что-то вроде дротика) находится в области Весов-Девы. Поэтому и возникает необходимость при применении результатов этой "расшифровки" к анализу Длинного Зодиака учитывать в качестве символа для Марса либо традиционный (для Венеры) символ, либо аналогичный тому с "дротиком", на Длинном Зодиаке.

Несмотря на эту трудность, попытка датировать Длинный Зодиак по схеме Голубцовой-Завенягина заканчивается, на удивление, очень быстро. Нахождение Венеры в области Овен-Рыбы дает следующие границы для ее координат: от 351 градуса до 53 градусов. Нахождение Меркурия в области Весы-Дева дает для его координат следующие границы: от 174 градуса до 242 градуса.

Дуги между этими допустимыми интервалами равны 121 градусу и 109 градусам, то есть обе они заведомо (с учетом всех мыслимых ошибок и неточностей изображений) больше 75 градусов — максимально возможного интервала между Меркурием и Венерой. (Не потому ли Голубцова и Завенягин упорно "не замечали" Длинного Зодиака?).

Итак, "решение" Круглого Зодиака, предложенное Голубцовой и Завенягиным, быстро опровергается с учетом постулата 4 тем же рассуждением, каким они опровергли "решение", предложенное для того же Круглого Зодиака Р.А. Паркером в его работе "Ancient Egyptian Astronomy" (Phil. Trans. of Royal Soc. London. Ser. A, v. 276, 1974).

В заключение отметим интересный вопрос об оценке взаимной точности современных вычислений и древних изображений гороскопов. Исследования в этом направлении сейчас ведутся авторами этой работы. Следует также отметить, что с новой статистической хронологией прекрасно согласуется именно второе решение: 1394 и 1422 годы н. э. Морозовское решение является слишком ранним по многим соображениям, изложенным в книгах [416], [438].

По нашему мнению, важнейшей задачей является создание новых независимых методик (статистических, физических и т. п.) датирования древних событий. Только после этого можно приступать к анализу всей хронологии в целом на основе получающихся результатов. Одной методики, — даже такой эффективной, как астрономическая, — совершенно недостаточно для глубокого анализа проблемы, поскольку задача датировки исключительно сложна и требует перекрестных проверок дат разными методами.

Программа реализована А.Т. Фоменко в следующей форме.

1) Разработаны новые эмпирико-статистические методики датирования древних событий. Краткое изложение см. в статьях [374] — [377], а подробное — в книгах [416], [438].

2) Их эффективность экспериментально проверена на достаточно большом материале средневековой и новой истории XIV–XX веков. Эта проверка подтвердила правильность результатов, получаемых при помощи методик.

3) Затем эти же методики были применены к хронологическому материалу древней истории. См. [374] — [377], [416], [438]. В результате были обнаружены "фантомные дубликаты", странные "периодичности" в скалигеровской версии древней и средневековой истории.

4) Все эти фантомные дубликаты были собраны и систематизированы в виде глобальной хронологической карты, кратко описанной в статьях [375], [377], [416].

5) На основе глобальной хронологической карты удалось восстановить предположительный механизм возникновения скалигеровской версии древней и средневековой хронологии. Весьма кратко изложим суть некоторых из этих методик.

Пусть некоторый исторический период от года А до года В в истории одного государства описан в каком-то достаточно обширном погодном тексте X, хронике, летописи и т. п. То есть, летопись разбита (или может быть разбита) на куски — "главы" Х(t), каждый из которых описывает один свой год t. Подсчитаем объем каждого такого куска, например, число слов или число знаков, страниц и т. п. Затем изобразим полученные числа в виде графика, отложив по горизонтали годы t, а по вертикали — объемы "глав". См. рис. 3.1.

Для другого погодного текста Y, то есть тоже описывающего события этой же эпохи (А,В) по годам, соответствующий график (рис. 3.1) будет иметь, вообще говоря, другой вид, так как большую роль в распределении объема играют личные интересы авторов текстов. Например, хроника по истории искусств и военная летопись существенно по-разному расставляют акценты и по-разному распределяют объем информации по годам.

Насколько существенны эти различия? То есть, существуют ли такие характеристики графиков объема, которые определяются только интервалом времени (А,В) и государством Г и которые однозначно характеризуют все, или почти все летописи, описывающие этот временной интервал и государство?