И, когда я слышу по радио и читаю в газетах о мужественных людях, о их борьбе за мир, против угрозы новой войны, всегда вспоминаются слова, которые говорили после лекции в Ашерслебене мои слушатели: «Никогда снова! Никогда снова не пылать пожару войны!» И хочется верить, что давние мои немецкие знакомые тоже на переднем крае борьбы за светлое будущее своей республики, за великую дружбу наших народов.

Незабываемыми для меня остались долгие вечера, проведенные в уютной небольшой комнате в доме, что находился через дорогу от комендатуры. Там помещалось отделение Общества германо-советской дружбы. Там я вел кружок русского языка.

Самые различные люди были в этом кружке: пожилой рабочий-наборщик и брадобрей из соседней парикмахерской, молоденькая актриса из городского театра и официантка из столовой, старик пенсионер и домашняя хозяйка. Всех их объединяла любовь к Стране Советов, желание как можно больше узнать о Советском Союзе, его жизни. Ключом к этому познанию был русский язык. Разве забудешь, как пришедшие сюда после нелегкого трудового дня люди старательно повторяли за мной произношение звуков русского языка, как выводили они слова в своих тетрадях.

Не таким уж хорошим преподавателем был я. А кружок все увеличивался от занятия к занятию. Русский язык — язык Ленина и Горького — вот что влекло сюда людей самых различных профессий и возрастов. Вечерами тесно становилось в нашем классе.

Занятия шли своим чередом. И вот настал день — торжественный день, когда ученики мои, разделив на абзацы, стали вслух читать по-русски горьковскую «Песню о Буревестнике».

Много я слышал и до и после этого дня прекрасных чтецов вдохновенного произведения великого писателя. Но навсегда осталось у меня в памяти чтение горьковских строк моими немецкими учениками: пожилым рабочим-наборщиком, молоденькой актрисой и домохозяйкой, матерью троих детей.

В памяти моей эти минуты соседствуют с теми незабываемыми, когда я слышал, как после доклада о годовщине Советской Армии в феврале 1949 года в большом зале сотни немецких юношей пели «Интернационал».

Величественный гимн пролетарской солидарности мощно звучал под сводами, разносился далеко окрест. И в звучании первых русских слов, произносимых взрослыми учениками, и в могучих звуках напева «Интернационала», который пели по-немецки, слышалось то, ради чего прошли советские солдаты сквозь огонь и бои военных лет, ради чего сражались, пали смертью храбрых мои товарищи, ради чего напряженно трудились работники Советской Военной Администрации, — слышалась крепнущая дружба советского и немецкого народов. Дружба во имя мира и счастья всех народов, во имя демократии и социализма.

Необычайна судьба этого памятника Владимиру Ильичу Ленину. О его истории написано уже много. Мне же хочется просто поделиться своими воспоминаниями, рассказать о том, как впервые довелось увидеть памятник Ильичу в немецком городе Ейелебене.

Однажды поздней осенью 1945 года направили меня по служебным делам в центр горнорудного Мансфельдского района — город Ейслебен. Наша машина быстро бежала по шоссе. От Галле до Ейслебена несколько десятков километров. Выехали мы под вечер. Быстро «навертывают» колеса автомобиля все новые и новые километры. Справа долго блестит гладь большого озера.

Под вечер въехали в Ейслебен. Углубившись в свои мысли о предстоящей работе, я не смотрел по сторонам.

В центре города шофер-солдат внезапно затормозил и с глубоким волнением в голосе воскликнул:

— Ленин! Смотрите, товарищ лейтенант, памятник Владимиру Ильичу!

И впрямь, в центре городской площади, среди обступивших ее двухэтажных домов, стоял памятник нашему дорогому вождю. На постаменте по-русски и по-немецки надписи: «Ленин». У подножия цветы. Много живых цветов.

Мы вышли из машины и долго стояли в молчании. «Как памятник попал сюда, в центр Германии, совсем недавно освобожденной от фашизма?» — думал я.

…Было уже давно за полночь, а я затаив дыхание слушал рассказ ейслебенских товарищей-коммунистов.

Мы сидели за столом у открытого окна, откуда был виден силуэт памятника. В окно слабо веяло теплым ночным ветерком, с улицы доносился шелест последних осенних листьев.

Вот что я узнал от немецких товарищей.

Гитлеровцы вывезли из Советского Союза памятник В. И. Ленину. Они хотели переплавить памятник, превратить его в металл.

Памятник не сразу попал в Ейслебен. Гитлеровцы пытались переплавить его на заводах в Силезии, в Австрии, в немецком городе Гетштедте.

Но нигде не могли этого сделать. Австрийские и немецкие металлурги, польские и советские военнопленные, работавшие на этих заводах, не хотели уничтожать в огне печей скульптурный образ Ильича. Они находили благовидные предлоги для отказа: мощность печей недостаточна, режим их не подходит, переплавка может вывести агрегаты из строя и т. д.

25 октября 1943 года нацисты доставили памятник в Ёйслебен, на завод «Круг Хютте». Когда немецкие коммунисты-подпольщики узнали об этом, то решили во что бы То ни стало сберечь монумент. Связавшись с русскими военнопленными, работавшими на заводе, антифашисты надежно спрятали памятник. Группа рабочих и военнопленных тщательно оберегала его, предупреждая малейшую опасность. Гитлеровцы бесновались. Они даже обнаружили однажды спрятанный памятник. Подкатили кран, чтобы транспортировать монумент к печи. Но кран «внезапно» сломался. А пока его чинили, памятник снова исчез.

Всюду рыскали нацистские ищейки. О том, где хранится памятник, удалось кое-что узнать инженеру-нацисту Енчу. Тогда пришлось пойти на риск. Руководитель подпольщиков, сберегавших памятник, коммунист Роберт Бюхнер, как бы случайно встретив на улице Енча, которого знал, заговорил с ним. Бюхнер предупредил Енча, что если он будет искать памятник и что-нибудь сообщит об этом властям, то подпольщики занесут его в список военных преступников. Енч испугался и обещал, что будет молчать.

И все же во второй раз напали гитлеровцы на след памятника. Решили разрезать его на части автогеном. Но тут «обнаружились» неполадки то ли в аппарате, то ли в шлангах. На поиски неисправности и ремонт нужно было время. Его как раз хватило подпольщикам, чтобы снова спрятать памятник от гитлеровцев. А потом было уже не до поисков. Настал долгожданный час разгрома фашизма.

13 апреля 1945 года бургомистром Ейслебена стал бывший руководитель антифашистской немецкой организации Роберт Бюхнер. И одним из первых шагов Бюхнера была просьба к коменданту вступивших в Ёйслебен американских войск: разрешить установить в день 1 Мая в центре города спасенный антифашистами памятник В. И. Ленину.

Американский комендант — махровый реакционер капитан Кунцельман — пришел в бешенство. Он не только не дал разрешения на установку памятнике, но и отстранил Бюхнера от должности бургомистра.

Шло время. Антифашисты были вынуждены теперь скрывать памятник не от нацистов, а от американских «освободителей».

Но вот стало известно, что американские войска уйдут из Ейслебена, что в город вступают части Красной Армии.

Деятельно готовились антифашисты Ейслебена к встрече своих подлинных освободителей. Была выпущена листовка, в ней говорилось:

Несмотря на то, что в городе находились американцы, тайно от них антифашисты готовились к установке памятника.