— С моей стороны — без проблем. Но, вот с двигателем… Не знаю.

Оп-п-па! А, ведь про двигатель, я как-то всё вскользь! А ведь, это — самое главное. Мотор — сердце любой машины…

— Ну, а что ты про движок мне ничего не рассказываешь? — снова начал пытать я Автопрома.

— А, что мне про него рассказывать? Не я же его создавал, мне про него и рассказывать нечего…

— От чего он? От большой бензопилы, что ли?

— Шутить изволишь? От бензопилы двухтактный… А, этот — бери выше, авиационный!

— …??? В каком смысле, «авиационный»?

Автопром довольно хохотнул, видя произведённый эффект:

— Да, в буквальном смысле — от самолёта, то есть! Вообще, то поначалу я планировал тебе запорожевский вместе с коробкой воткнуть, но как назло под руку не подвернулся… Да и, тяжеловат будет для этого корыта.

— Продолжай!

— Давай искать я что-либо подходящее — да, всё не то: то твоим требованиям не соответствует, то моим габаритам… Хотел, уже от квадроцикла какого-нибудь впендюрить, но тут Шатун ко мне заявляется, причём сам — собственной персоной…

— Кто, кто?

— Ну, Шатунов… Не тот, который про «яблоки на снегу» блеет, а Ростислав Ефимович. Мы с ним, ещё при Союзе частенько на всяких конкурсах пересекались… С тех пор не то, чтобы дружим, но частенько общаемся.

— Ну и, кто он такой? Ты мне можешь коротко и, главное — внятно, объяснить?

— Если коротко — то такой же на голову больной, как и я. Только я на автомобилях помешался, а он на малой авиации… Понятно?

— Понятно! Но, с этого момента поподробней…

Виталий Петрович тяжело вздохнул:

— Если поподробней, то их — в отличии от меня, целая группа была. Ну, ё…нутых на идее малой авиации… Ещё, с советских времён. Типа, при таких обширных пространствах, как у Советского Союза, или позже — России, сам Бог велел развивать малую авиацию. Чтоб каждый человек мог свободно и недорого купить себе легкомоторный самолёт и летать на нём по своим делам. Например, ты бы мог летать на рыбалку…

Ага, сшас! Я и, на своей «Волге» куда хош доеду…

— Шатун в той группе двигателями занимался… Подробностей не знаю, знаю только то, что за основу он взял мотор, стоящий на У-2 — ну на «Кукурузнике», на котором «Ночные ведьмы» в войну летали… Ты должен знать.

— Конечно, знаю… Кто ж, не знает, то?

— Сначала дела пошли, вроде — неплохо, нашли спонсора с деньгами. Построили опытно-промышленный цех, даже… В Истре. Ну, это город в Подмосковье, знаешь же? Потом, дела пошли не очень, сейчас — вообще, дела ни в …изду. Короче, остался Шатун один в своём цехе, распродаёт вот имущество… Заехал он ко мне как раз через пару недель после тебя, предложить мне купить кое-чего у него из оборудования… Оборудование я у него не купил — своего хоть …опой ешь, а этот движок мне приглянулся. Он сам мне его предложил, узнав что я ищу. Так — чисто случайно я обмолвился, что моторчик ищу, честное слово! Вот, за пару тонн зелени, я тебе движок и купил. Это, одна из экспериментальных моделей — специальный вариант для наземной техники. Если, будет Шатун мне движки поставлять — то, я буду делать тебе эти твои «хрени». Съезди, поговори. Я с ним созвонюсь…

Это, надо же, как удача сама попёрла ко мне в руки! Это, если всё срастётся как надо, я буду иметь в прошлом двигатели — как для автомобилей, так и для авиатехники на одной основе! А, что? У-2 в те времена — как сейчас «Дримлайнер»! Если не круче… Постой-ка:

— Так, что же это получается, Автопром Петрович — эта хрень на авиационном бензине ездит?

— Ну, не то что бы на авиационном, но на высокооктановом… Я девяносто восьмой заправлял.

Оп-па! Какой облом!

— А, я вроде читал, что автомобили конца девятнадцатого века ездили на низкокачественном бензине, чуть ли не на керосине?

— И, чё? Ты мне заказал автомобиль, который внешне будет похож на автомобиль конца девятнадцатого века… Так, ведь? Ты мне про двигатель или бензин что-нибудь говорил? Нет… А если бы говорил, я бы тебя бы сразу послал.

— Почему?

— Да потому… Свечу зажигания Бош придумал в девятьсот втором, а до этого зажигание было калильным. У тебя же на «Волге» движок иногда «детонирует»? А, тогда только так и, ездили… То есть, торчала из цилиндра мотора металлическая трубка, которую надо было разогревать до красна паяльной лампой — от неё и, происходило воспламенение рабочей смеси, чтоб ехать… А, момент зажигания регулировался длиной этой трубки… И, не дай Бог ты эту трубку перегреешь — она лопнет, а автомобиль взорвётся. Во-первых: на хрен тебе это геморрой, а во-вторых: где я тебе такой двигатель найду? А сам я двигатели не делаю — не мой профиль…

— Да, но откуда в те времена высококачественный бензин?

— Тебе, то что? Ты же, не в прошлом… Сейчас ты, наоборот — низкокачественный бензин хрен где найдёшь! Разве что на Северный Кавказ за самодельным съездить… Что-то ты, Вован, чем дальше — тем больше чудишь… Тебе не пора врачу показаться? Или, давай я вызову…

А, ведь действительно… Но, я же сперва планировал автомобиль только для себя, а не для серийно производства. Для себя одного я бы бензин из этого времени натаскал бы… Придётся налаживать в прошлом производство высокооктанового бензина! Вот же, блин!

И, на следующее утро — как только немного протрезвел, я рванул в Истру…

…Да, прозвище «Шатун», Ростислав Ефимович заслуживает не только из-за своей фамилии. Движения, ещё, у него такие… На месте сидит плохо — то и, дело срывается и, туда-сюда, туда — сюда. Ну и, зануда ещё тот… А, так — ничё мужик! На вид за шестьдесят, но правда — хорошо сохранился, как и Автопром. Вообще, я заметил, что люди чем-то увлечённые — да хоть той же рыбалкой, дольше держатся.

Шатуну, по ходу, редко приходится с кем-то подолгу общаться, поэтому показывая мне цех, он нудно трещал без умолку:

— Двигатель М-11, запущенный в производство в двадцать седьмом году, был первым серийным авиадвигателем чисто советской разработки. Мотор М-11 конструктивно очень прост, выполнен из недефицитных материалов, имел большие запасы по мощности, что впоследствии обеспечило значительное форсирование его: если первоначальная модель имела мощность сто лошадок, то в последней модификации М-11ФР номинальная мощность была повышена до ста сорока, а максимальная — до ста шестидесяти лошадиных сил… Потому-то, мы и взяли этот мотор за основу, когда решили создать серию двигателей для малой авиации. Основательно переработав конструкцию, в том числе и, с помощью компьютерных программ, оставив, практически от старого двигателя только общую схему и компоновочные решения мы создали линейку трех-, пяти-, семи — и десятицилиндровых авиадвигателей, мощностью от пятидесяти до трехсот шестидесяти лошадиных сил… Планировалось их использование для парапланов, мотодельтопланов, небольших самолётов. Для беспилотных летательных аппаратов — для армии, даже!

— А, тот двигатель, что Вы продали Виталию Петровичу, для чего предназначался?

— Ну, это так… Баловство. Если честно, я на спор его делал. Хотя, конечно — его тоже, можно было б использовать… Для снегоходов, например. Чем, вообще, авиамотор отличается от двигателя для наземной техники? На весе экономить особо не надо. Поэтому, где в авиамоторе алюминиевые сплавы — на «земном» моторе можно использовать чугун и сталь. Далее, ставим на «земную» модель маховик — для авиации это лишний вес. Так, как для «земной» модели более важна, не мощность, а ресурс при том же объёме — то, искусственно ограничиваем мощность… Ну и, ещё кое-какие нюансы. На «земной» модели, например, стоят воздухоочиститель и глушитель — что тоже снижает мощность, а на авиадвигателях их нет. На самолёте двигатель охлаждается набегающим встречным воздухом, на «земной» модели придётся делать искусственный обдув, что тоже добавляет вес и снижает мощность. Не всё так просто…

Однако, надо ближе к телу:

— Вы не могли бы наладить малосерийный выпуск этой «земной» модели? Ну, хотя бы по три экземпляра в месяц? А сколько, вообще движков можно производить в этом цехе в месяц?