Так, дело сделано… Ну и, что дальше? Сбегаю в конюшню, разгружу где-нибудь в укромном месте свой рюкзак, потом набью его книгами и, «с вещами на выход»? Хм… Стоп! В этом месте у брата «будет» сейф… Неужели, Генерал был хуже? …Ага! Есть! И, фиг заметишь — не знал бы, мимо прошёл б… Заперт на замок конечно, но для хорошего слесаря из двадцать первого века, сейф девятнадцатого века — это несерьёзно! Сейчас, вот только за инструментом к рюкзаку схожу…

…И, тут вся та же — голимая «борода»! Ни денег, ни золота — только куча макулатуры… Советских пионеров бы сюда — прибраться от бумажного хлама.

…О, погодь в макулатуру: становится интересно! Это, похоже, бухгалтерия… И, домашний архив… Счета, расписки, письма… Оп-па! Не только Генерала, но и того, моего «предка — родственника»! Вот и, его семейный альбом с фотографиями. Конечно, качество фотографий, ещё то… Заря фотопортрета, короче говоря!

Довольно-таки, пухлая стопка писем… В топку… СТОЙ!!! Да, они же с почтовыми марками! Почём, интересно, марки девятнадцатого века в двадцать первом? Берём весь этот архив, однозначно, берём!

Ну, всё, на сегодня хватит! Быстренько пробегусь по Замку, освобожу рюкзак — сделав где-нибудь тайник, заберу из кабинета приготовленный хабар и, домой — «назад, в будущее»!

«Пробежавшись» по замку, я ничего ценного больше не обнаружил. Грабили основательно и, видимо, не один год. Всё металлическое, что можно отломать простым мужичьим топором, было выломано и утащено. На кухне, например — огромная печь наполовину развалена, металлических частей от неё и, не видно — а, добытые таким макаром кирпичи аккуратно сложены возле выхода. Приготовили, значит… По всему зданию не наблюдалось ни одного куска или, даже — клочка ткани или кожи! Деревянные фрагменты поцелее, конечно — но и, им тоже досталось. Про стекла я вообще промолчу! До основания Замок не снесли, я думаю, из-за двух обстоятельств: далеко ездить и крестьянская телега — это все-таки, вам не «КамАЗ»!

Тайничок, на первое время, я оборудовал на чердаке гостевой. Там, в наиболее темном месте, за дымовой трубой, я выложил содержимое рюкзака, прикрыл его какой-то дерюжкой и присыпал пылью. Без источника света найти не реально. А, какие в девятнадцатом веке у простых крестьян источники света?

На будущее: надо будет постоянно приносить из моего времени что-нибудь — в первую очередь съестное, пополняя тайник. Мало ли, что…

«Набил» опустевший рюкзак под завязку книгами да «семейным» архивом, взял под мышку свёрнутый рулон «семейных» портретов и, уже по темну, спустился в погребок…

Портал я прошел без проблем — даже разрядом токнуло, вроде слабее. Привыкаю, что ли? Сравнил время: всё как положено — в прошлом я пробыл более шести часов… То-то, жрать так хочется!

Все-таки, рюкзак я нагрузил уж слишком! «Там» то, я спустился в погребок, сравнительно легко… «Здесь» же… Пока из погребка в гараж выбирался, два раза снимал рюкзак с плеч и отдыхал. Книги и картины выгрузил в багажник машины, документацию решил с собой в кабинет забрать. Завтра ею займусь — может, что интересное нарою…

Переодевшись и приведя себя в порядок, я заявился на кухне и немало удивил миссис Адамс своим аппетитом… Для нее, то я поужинал буквально только что! И, как поужинал! Блин, так не долго и, спалиться!

Конечно, миссис Адамс, вроде безобидна… Но, на всякий случай, поберечься надо! Слышал я, что в советское время, работники гостиниц были поголовно все осведомителями соответствующих органов… А, бывших шпионов — как и, бывших алкоголиков, в родной природе не бывает! Так что, возможно, старые связи у неё остались — исключать этого нельзя. Как нельзя исключать и, того — что её специально приставили к Герману, уже нынешние «компетентные органы»… Тьфу ты, блин — паранойя! Кыш, проклятая!

Но всё равно — надо, обязательно что-нибудь придумать, чтоб поменьше «светиться»… Завтра. Сегодня всё, батарейки сели! Пошёл я спать…

…На следующий день — с утра, меня зело побеспокоила одна проблема, которая появляется, когда у мужика долго не было бабы. Причём, «побеспокоила», опять же — зело не по-детски — ибо, даже лет в шестнадцать — чтоб до такой степени… Нет, не помню!

Кое-как, с помощью холодной воды — встав под душ, замёрзнув до посинения и дрожи с зубовной чечёткой, успокоил восставшую — во всех смыслах, плоть…

По такому случаю, вспомнились мне слова Бони про местных дедков, «которые и, в девяносто по девкам бегают…». …Это, что? У меня теперь каждое утро «такое» будет?!

Вот же блин, надо что-то делать… А, что в таких случаях делают — не считая банального рукоблудия? Правильно: обзаводятся подружкой! А, вот тут небольшая проблемка: с последней подругой мы разбежались два месяца тому назад и, с тех пор всё — как-то, не до них было… Помириться, что ли? Позвонить, извиниться — типа, прости любимая, был не прав… Потом, пригласить её сюда? Не приедет, однозначно — если буду извиняться по телефону — без цветов… Съездить к ней самому? …Чё то, ломы — переться в такую даль, без гарантии благоприятного исхода. Ладно, после обеда позвоню — будь, что будет. Только попозже — с утра Лариска всегда не в настроении…

После завтрака я запася крепким чаем от миссис Адамс в термосе и, до обеда занимался бумагами, принесенными из прошлого… Поначалу, конечно, напрягали эти долбанные «еры» да «яти», но потом, ничего — привык.

Начал с генеральских — их поменьше. …Вот, оно что! Генерал то, был не простым генералом — командующим там, пехотой или кавалерией с артиллерией, а генералом, типа — от фортификации! То-то, рожа на портрете такая умная… И, до поселения здесь, в Солнечной Пустоши, полжизни строил крепости в Польше. Вот, откуда столько денег! Строя крепости, генерал — ясный перец, не забывал и, себе — на «дачку» откладывать. Знакомое — по моей современности, дело. Состоял в личной переписке с императором Николаем Первым. Вот с десяток царских писем. Посмотрим… Так, ничего интересного. Но, можно эти письма продать… Эээ… При российской то, музейной нищете! Копейки, же! Чего крохоборничать — не в моей это натуре! Подарю Боне в его краеведческий музей, пускай порадуется!

А, что в этом пакете? Написано: «Лично в руки Его Императорскому Величеству». Ого! Что там у нас? «План преобразования Солнечной Пустоши, могущий привести к преумножению и процветанию Империи, пребывающей под Вашим мудрым правлением». Ого, как раскудрявил! Никита Михалков, со своим знаменитым письмом к президенту, нервно курит за поребриком и, клянёт себя за косноязычие…

…Итак, сначала идёт генеральный план всей Солнечной Пустоши. …Очень интересно, очень! Вспомнилась карта, висящая на стене краеведческого музея: то, да — не то.

Дальше пошли карты отдельных участков местности — самого Солнечногорска, Больших Болот, Валоподобной Возвышенности, Старой Паромной Переправы… Схемы, графики… Расчеты, сметы… Очень хорошо Генерал поработал! Неужели, один?!

Просмотрел всё очень внимательно. Очень интересно! Генерал, тоже планировал оросить местные засушливые степи, но несколько иначе — чем, это было сделано при Союзе. Генерал более тщательно всё изучил и проработал. Может оттого, что он здесь всё же сравнительно долго жил и, лучше изучил местность — чем приезжие советские проектировщики, которые всё делали впопыхах, на скорую руку? Типа, «пятилетку за три дня!». То ли, потому — что Генерал планировал строить для себя самого, а советские инженеры для государства. Не знаю… Но просто, даже не по расчётам, а на уровне инстинкта, чувствую, что генеральский проект лучше. Только, он его Императору почему-то, не отправил. Не успел?

Очень интересные документы. Только, вот про портал ни слова… Может в музей этот архив передать? Даже, не смешно. Или на аукцион выставить? Навряд, ли много бабла с этого срубишь… А действительно: подарю-ка я лучше, эти бумаги Боне, пусть порадуется! Мне они, вроде ни к чему…