— Можно. Но, получится то — что и, было: суррогатина. А Вы как хотели? Вот именно так бензин на нефтеперегонных заводах и, делают. Только Вы не задумываетесь над этим, когда гоняете на своих крутых машинах. И, очень строго следите за точным соблюдением технологического процесса! Малейшее нарушение приведёт к ухудшению качества. Особенно следите за добавлением присадок в нужной пропорции. Меньше добавите — упадет октановое число, больше — ещё хуже… Вообще, мотор запороть можете.
Твою ж, мать!
В самом хреновом расположения духа, я вернулся к себе в Замок. Со всей очевидностью стало понятно, что сам по себе я ничего не добьюсь. Если, даже на простом бензине буксую — то, что говорить о более сложных вещах… Нужно быстрее формировать команду и отправлять её в прошлое…
После обеда — как нельзя кстати, чёрт принёс Боню. Сначала он мне позвонил по сотовому:
— Ты не мог бы спуститься ко мне, в музей? — не иначе его впечатлила соха, которую я, не так давно, выставил там как экспонат.
— На кой? — настроение пока не улучшилось…
— Разговор есть…
— А ты не мог бы подняться ко мне в кабинет?
— Зачем?
— Разговор есть…
— Сейчас поднимусь.
Поднявшись, он поздоровался со мной и Котёнком и уселся в кресло… Что-то вид у него чересчур серьёзный. Посидели, помолчали… Подождали, когда Котёнок принесла нам по стакану чая и удалилась.
— Зацени чай, — сказал я напрямую Боне, — сейчас такой не делают…
— У нас и, сохи сейчас не делают…, — выдал Боня, смакуя маленькими глоточками слишком горячий чай и многозначительно поглядывая на меня.
— Вот, это — точно!
Вообще, как я за жизнь имел множество случаев убедиться — круглых дураков на Земле не так уж и, много.
— А ведь и, действительно… Обалденный чай! Где взял? Говорят, Васька на рынке каким-то особенным чаем торгует — моя все уши прожужала… У него купил?
— Наоборот! Это Василий Васильевич у меня берёт на реализацию…
— А ты где берёшь? — провокационно спросил Боня.
— Я беру его там, где он ещё есть…, — пусть ещё немного помучается.
Наконец, Боня не выдержал:
— Наверное, там же — где взял топор, тот пистолет и соху… Ну, что молчишь, то? Согласен я помочь сыну Генерала!
Моментально мне сделалось весело, я соскочил с места, как чёртик из табакерки, пожал растерянному Боне руку и сильно, с чувством тряся ею, сказал:
— Разрешите преставиться — статский советник Дмитрий Павлович Стерлихов!
— Ну, это понятно… Я так и, подумал, что ты своим предком-родственником представишься — похож ты на него, очень похож! А с какого, это такого перепугу, ты — генеральский сынок?
— Не знаю с какого перепуга, но туземные мужики думают, что я Генеральский сын… Как, там у Некрасова:
— Здрасьте, Ваше Благородие…, — совсем растерялся Боня, а подробности можно?
— Можно… Дай сюда свой сотовый!
— Зачем?
— А затем, что дальше разговор пойдёт серьёзный… Дай, говорю!
Спрятав сотку Бони в сейф, я спросил:
— Ещё есть электронные устройства?
— Не…
— Ну тогда слушай… И смотри!
И я «вкратце» — часа за четыре, рассказал районному ботанику всю историю — начав с моего, на его глазах, «знакомства» с порталом… Рассказывал об своих планах, об успехах, неудачах и сомнениях. Одновременно, показывал по компу все мои фото и видео, особенно, связанные с рыбалкой:
— Смотри, Боня, какого сазана я вытащил! Уже пятнадцать тысяч просмотров на «Ютубе»!
Боня прочитал комментарий под моим видео:
— «Лошара!»
— Да, это он из зависти!
Сколько раз вызывал Котёночка с чаем — не припомню… Боня, в основном молчал, жадно рассматривая монитор компьютера, только изредка бормоча себе под нос: «Невероятно!», «Да, не может быть!», «Да, ну его нах!»… Что характерно — очень редко вспоминал мать! Всё-таки — возраст и, воспитание, по ходу, не позволяет…
Рассказал я всё, как на духу… Единственное, про что утаил: так это про возможность портала копировать материальные ценности. Не по злому какому-то умыслу, а так — на всякий случай…
Наконец, закончив, я замолчал. Молчал и Боня, погрузившись в какие-то свои мысли…
— Думаешь, у нас получится? — наконец, спросил он, заглядывая мне в глаза.
— А почему бы и, нет?! Я ещё раз повторяю: никаких глобальных планов у меня нет. Мой план прост — уменьшение людских потерь России в начале двадцатого века… Больше никаких! Методы и способы я тебе рассказал — что в них нереального? Что нереального прокопать тот канал? Его же, один раз уже прокапали?! Почему не получится прокопать лет на пятьдесят раньше? В реале копали зэки обыкновенными лопатами… Почему, в альтернативе теми же лопатами не могут выкопать крестьяне? Чем умирающий с голоду крестьянин хуже подневольного зэка?
— Почему ты раньше не рассказал мне? Раньше бы начали…
— Я не знаю механизма работы портала… Почему, он пропускает только меня и, предметы и людей только со мной? Почему не вернулись назад Генерал и настоящий Дмитрий Павлович? Короче, каждый раз может быть последним… Я, вот до сих пор очкую.
— Да, уж… Поневоле призадумаешься и заочкуешь! …Так, когда вместе пойдём?
— Да хоть сейчас… Вот только, за каким хером, спрашиваю? Только ради экскурсии, что ли? Давай так: у меня здесь на месяц — другой движняков. Как закончу — перейдём надолго. Я поеду в Нижний, а ты останешься в Замке. Степан Лузер, человек хороший, но неопытный и недостаточно грамотный… Ему нужно кто-то, типа советника — чтоб подсказать что мог. Тебя я представлю, как агронома — будешь присматривать, да поглядывать… Да, сам поруливать исподтишка. Математику — да и, не только, детишкам преподавать. Готовиться к весенним полевым работам. Вообще, дел много! Как я закончу в Нижнем — вернёмся обратно «сюда»…
— А когда окончательно переселимся «туда»?
— Как приспичит… Приспичит, по ходу, следующим летом или осенью. Хотелось бы, конечно, осенью…
— Почему, ты так думаешь?
— Чуйка есть! Видишь, ли… Я тебе рассказывал, но ещё раз повторю: чем больше нас там будет и, чем дольше мы там находимся и чем больше там чего-либо делаем — тем больше мы изменяем реальную историю… Причём, непредсказуемо! Вполне вероятно, вернёмся мы обратно — а, нас тут никто не знает… Историю с дубками я тебе рассказывал, про канализацию, лифт и про «лишнего» Героя, тоже. А, скольких изменений история я не заметил, потому, что они незначительны или же не были внесены по «всемирную паутину»? Но, когда-нибудь количество обязательно перерастёт в качество! В, общем, не позже следующей осени надо «переселяться»… Причём, навсегда!
Боня опять завис…
— А как же семья? — глухим голосом, после пятиминутного раздумья, спросил он.
— А что, «семья»?
Блин, в «попаданцы» надо набирать несемейных… Затрахает он сейчас своими моральными муками!
— Взять семью с собой никак не получится? Я со своей, уже более пятидесяти лет прожил…
— Знаешь, сколько «там» вдовушек? Ладно, ладно! Извини, что святое задел. Ну, если хочешь, бери… Только, «на тёмную»… Не говори ей, короче, ничего заранее.
— А дети и внуки? — кажется, я зря с ним связался! — моя без них никуда не поедет…
— Да, Василий Григорьевич… Я тебе не завидую! Кажется, тебе придётся выбирать между семьёй и Солнечной Пустошью. Семья то твоя вполне благополучная! Дети твои живут и работают в крупных городах — вон дочь в Москве, даже, неплохо зарабатывают… Внуки учатся. А вот, с Солнечной Пустошью, не всё так благополучно обстоит! Как и, в целом с Россией. А это может, в не очень отдалёно будущем, и на твоей семье аукнуться…
— А, что будет с моей семьёй «здесь», если я не вернусь «оттуда»?