— …Ещё, вот про что хочу сказать. Здесь, на заводе имеется лавка, где рабочим вместо живых денег впариваются товары по завышенным ценам. Немедленно её закройте, пока я не осерчал!
— Так, везде же так…
— Я уже начинаю серчать!
— Немедленно распоряжусь!
— Далее, Осип Михайлович: за год наведите на заводе элементарный порядок. Для этого я даю Вам диктаторские полномочия: делайте, что хотите и, как хотите! Можете уволить любого и, любого же принять на работу.
— Строем у меня ходить будут!
— А, вот это правильно! Культура и, культура производства в том числе — это ещё и дисциплина…
Кажется, мы начинаем понимать друг друга с полуслова.
— …Ну и, самое главное: я намерен сделать этот заводишко вторым Сормово. А может, даже таким же — как Обуховский или Путиловский заводы…, — Выдвиженец только ахнул, от моего замаха…, — а, для такого дела мне нужны высококвалифицированные кадры, а не эти жопорукие. Ибо, как сказал один великий человек: «Кадры решают всё!» А, наши кадры — полный отстой! Так работали ещё у Демидова, на Урале — при царе Горохе… Отберите среди молодых рабочих наиболее перспективных. Много не надо, в данном случае: «Лучше меньше, но лучше» — как сказал другой великий человек… Мне нужна прослойка настоящей рабочей аристократии! И, начинайте их учить. Конечно, первым делом обучите грамоте, затем математика, геометрия… Вот Вам учебник математики, если одного мало будет — отдайте распечатать. Пишущая машинка у вас в конторе есть, я видел…
Выдвиженец несколько минут листал «учебник» математики от подруги Феллини:
— …Да здесь же, метрическая система!
— У нас на заводе только метрическая система и, будет!
Выдвиженец призадумался…
— Я слышал, Вы из Америки приехали… А, разве там метрическая система?
«А Вас, Штирлиц, я попрошу остаться…» Да… Гестапо бы раскусило меня с полуслова!
— В Америке много штатов и, в каждом штате свои законы…, — ляпнул первое, что на ум взбрело.
— Про разные законы в разных штатах слышал, а про разные системы измерений — не слышал…
— Вы ещё много об, чём не слышали! — жёстко прервал его, — ну, в общем Вы меня поняли… Ещё, будут какие вопросы?
— А, где брать средства на все эти «преобразования»?
— С деньгами пока напряжёнка… Давайте так: пока новых инвестиций не планируется, но Вы можете всю текущую прибыль завода, тратит на его развитие в течении этого года. Её, конечно, не так уж много… Но, на те задачи — что я перед Вами поставил, должно хватить. И, потихоньку готовьте списочек оборудования, которое надо бы купить…
— Да, «списочек» то, Дмитрий Павлович, у меня давно заготовлен…, — Выдвиженец полез в карман, — да, старые хозяева…
Я остановил его жестом:
— Забудьте! Я собираюсь переводить станки на электропривод.
— ДАЖЕ, ТАК!!! — мой визави завис с открытым ртом, не веря своим ушам.
— Да, так! Именно так и, ни как иначе! Грядущий двадцатый век — век электричества и, я намереваюсь идти в ногу с ним — по некоторым пунктам, даже опережая!
— Ну, да… Конечно, конечно…
— И посему, вот Вам ещё одно задание, Осип Михайлович: обязательно, как минимум — пару самых грамотных и толковых молодых рабочих, обучайте электроделу…
— А, как?! Я сам в этом «электроделе» ничего не понимаю…
— «Как, как»… Да, молча! Вчера только родились, что ли, господин без пяти минут директор завода?! Найдите кого со стороны, наймите и, пусть ваших учит. Сами, заодно, подучитесь… Пригодится!
— …Ну, а с сентября следующего года откроем настоящую школу заводской молодёжи. С двумя отделениями: дневной и вечерней. В дневном отделении пусть дети рабочих с утра учатся, а после обеда учатся ремеслу — помогая своим отцам и, заодно зарабатывая на свою учёбу. А в вечерней — сами рабочие… Из перспективных, конечно.
Подумав, подумав, я выдал:
— Если Вы блестяще справитесь с делом и, этот ваш «Железоделательный завод», действительно станет в один ряд с Сормовским заводом или — даже, с Путиловским, то…
Выдвиженец затаил дыхание, жадно ловя каждое моё слово…
— То я преобразую его в акционерное общество, где половина акций будет ваша!
Осипу Михайловичу, по моему, стало плохо… От радости.
По-моему, так будет очень здорово! Такая мотивация не пройдёт даром или я людей не знаю. Людей такой породы…
Думал уже, что разговор закончен и, собирался попрощаться и уйти, как:
— Вы, Дмитрий Павлович, наверное, собираетесь производить на… На вашем заводе, свой автомобиль? — огоньки горели в глазах у «без пяти минут директора», — такой, на котором Вы из Америки приехали? Я видел его — специально на Постоялый Двор ездил!
То-то, рожа его мне показалась знакомая — уже в первый раз!
— Если мы с Вами поднимем НАШ завод на соответствующий уровень, то вполне вероятно! Конечно, не весь автомобиль сразу — сначала отдельные его детали. И, ещё имейте в виду: директору завода полагается персональный автомобиль! …Да, да! Именно, так: персональный автомобиль!
— Да, ну! Вы это серьёзно?! — ну, всё!
Он мой и, будет копытами землю рыть…
— Зуб даю! — подмигнул я Осипу Михайловичу.
Когда я покидал кабинет, Выдвиженец часто-часто икал… Хорошая примета, однако! Это к удаче — однозначно.
Искал купца, который бы мне привозил бензин из Баку… Крупные пароходные компании цену загнули слишком высокую — ненамного меньше, чем за керосин…
— Почему такая цена? — спрашиваю, — ведь, бензин то — продукт бросовый… Нефтепромышленники его тупо жгут!
— А, это цена не продукта — а, в основном цена за перевозку. Нам какая разница, что возить — керосин, бензин… Хоть воду. А, прибыль должна быть!
Наконец, с помощью Племяша, нашёл двух купцов — братьев Блаженновых, владельцев одного старого, разваливающего парохода, доставшегося им от покойного родителя… Их «компания» была «на боку»: денег на ремонт судна у братьев не было, а банк им не давал кредит под залог этой лохани — мотивируя отказ его дряхлостью. Я помог братьям с ремонтом судна: привёз на ломовом извозчике силовой генератор, сварочный аппарат и электроинструмент. За три дня, имея двух подсобных рабочих из команды, я привёл эту старую калошу в рабочее состояние — в частности, заварив трещину в цилиндре паровой машины электросваркой. Ну и, ещё кое-что починил — так, по мелочи…
За это, братья обязались за лето привезти мне тридцать тонн бензина. Для чего, я опять же — сварил в трюме их парохода бак на десять тонн и присобачил к нему ручной бензонасос со старой автозаправки Солнечногорска моего времени. Планировал, вообще-то — для «бензиноперегонного завода», ну да ладно! Я себе ещё найду. По ходу, получился первый в мире наливной танкер! Когда судовладельцы закончат возить мне бензин, они смогут перевозить керосин для себя…
Каждый вечер, из своего кабинета вёл сеанс радиосвязи с Солнечногорском… Никаких серьёзных происшествий, вот только одно: после того как Громосека со своими «левшами» закончил «склад ГСМ», туда перелили весь бензин из бочек, натянули вокруг колючую проволоку и назначили двух дедов сторожами, по очереди охранять… Так, один из этих старых утырков, умудрился стырить пару литров и удумал заправить бензином свою керосиновую лампу! Которую, к тому же — ухитрился скрыть от меня при «национализации» в самом начале организации «Корпорации»…
Бензин, естественно, в лампе горел недолго — но ярко, а потом взорвался. Дед немного обгорел, но не смертельно — а, его недавно отремонтированный дом полностью сгорел вместе с, сцуко, недавно сделанной новенькой камышовой крышей… Больше, слава Богу, никто не пострадал.
Лузер, прямо на месте его несильно побил лопатой — с которой прибежал посреди ночи и, в одних кальсонах тушить пожар.
С утра он выкинул старого воришку из сторожей, лишил «положнякового стакана» по пятницам на полгода и отправил рыть канал.
«Увольнять» из «Корпорации» не стал — пожалел, среди зимы выгонять старика в чисто поле, — «говорит, — приедет и решит, что с ним дальше делать. Может, сам выгонит взашей — а, у меня рука не поднимается…».