— «Специально для офицеров»? «Командирские»?! Никогда, подобных не видел… Разрешите вблизи посмотреть?

— Пожалуйста, пожалуйста, Николай Михайлович! — я снял часы и преподнёс их Губернатору, не прекращая пиарить, — точность механизма — сродни английскому судовому хронометру…

— Ну, это Вы, пожалуй, сильно преувеличиваете, молодой человек! — Губернатор, как бывший моряк в морских хронометрах разбирался, — не может такой маленький механизм, быть таким точным! Вы сами-то, судовой хронометр, хоть раз в жизни видели? Видели, какой он?!

— Размер не имеет значения, Николай Михайлович! …Видите на тыльной стороне написано по-английски «17 камней»? Это означает, что оси механизма вращаются на подшипниках из рубинов… Оттого такая точность!

— На подшипниках из рубинов? — Губернатор опять не поверил, — да, Вы шутить изволите…

Экий ты, Фома неверующий!

— Никаких шуток, — я открыл перочинным ножиком крышку и показал рубины, — когда я буду шутить, то специально об том Вас извещу… Вот, видите? Это, что по-вашему, коль не рубины?! Сапфиры, что ли?!

— Действительно, рубины…, — Губернатор почесал в затылке, — такие часы стоят, наверное…

— Цену в рублях, я таким часам ещё не определил…

— Так, Вы ими ещё и, торговать думаете?! У Вас таких много?!

Аж, усы ощетинились… А, ты фули думал? Думал тебе — практически в зятья, какой-то фуфел набивается?

— Конечно, я буду такими торговать! И, не только торговать. Построю в Солнечногорске часовую фабрику, буду производить такие часы — в том числе и, «такие».

Что Сатрап, что Орёл замолчали, потрясённые… Сатрап опомнился раньше:

— Наверное, боязно такие часы на руке носить? Можно же, об что-нибудь случайно ударить… Не лучше ли, такие дорогие часы носить в кармане?

Я с ответом не задержался:

— Ничуть! На руке офицеру часы сподручнее носить: можно быстро узнать время, даже когда руки заняты… Поводьями, например. А, за сохранность механизма не беспокойтесь — он противоударный.

И, я со всего маху швырнул часы об стену… Собеседники только ахнули. Я подошёл, подобрал часы и продемонстрировал:

— Вот видите? Хоть бы хны… Стекло, тоже — ударостойкое, небьющееся, износоустойчивое.

— Действительно, чудеса!

Я продолжал жечь:

— Мало того: часы в водонепроницаемом корпусе… То, есть — можно купаться в воде не снимая их. Была бы вода, я б продемонстрировал.

— Илья Алексеевич! — заорал Губернатор.

Прибежал Штатский.

— Чего Вам угодно, Ваше Превосходительство?

— Тащи воду, срочно!

Тот слегка растерялся:

— Кипяток только…

Губернатор вопросительно посмотрел на меня…

— Можно и кипяток…, — но на самом деле, я был не уверен.

Через минуту кипяток был доставлен. Ничего, «Командирские» выдержали и кипяток! Хотя мы их там держали — пока вода не стала чуть тёплой… Умели, всё же, делать вещи в Советском Союзе!

— Однако, припозднились мы что-то! — вдруг спохватился Губернатор, — чуть ужин не пропустили… Дмитрий Павлович, не составите мне компанию? Не отужинаете ли, с нами? Наталья Георгиевна была бы очень рада…

— Почту за честь, Николай Михайлович!

Ужин пошёл в спокойной, почти семейной обстановке… Разговаривали об чём угодно, только не о делах. Прислуживал за ужином один старый слуга, судя по походке и серьге в ухе — из моряков… Оно и, понятно — Губернатор сам из морских офицеров, про бой его «Весты» — простого вооруженного парохода, с турецким броненосцем я читал ещё в детстве.

Наталья Георгиевна, как увидела нас с Николаем Михайловичем, входящими в гостиную для ужина, так засветилась — как новая галогенная лампочка и, по ходу, потеряла аппетит и дар речи… Весь ужин она просидела, чуть ли не прижавшись ко мне — аж жарко стало и… Сильно захотелось женщину… Очень сильно! Иногда, Губернатор выходил покурить, тогда мы держались за ручки, как пионеры и целовались… И, тогда женщину хотелось ещё больше… Нет, нет и ещё раз нет! Только после свадьбы, а то буду обязан и, Орёл может потерять мотивацию…

Немного разряжали обстановку рассказы Губернатора об своей боевой молодости. Причём, я опять — до полного изумления, прямо-таки, удивил его своим знанием — как этой последней русско-турецкой войны в целом, так и, поэпизодно того самого — знаменитого морского боя, в котором Орёл так отличился.

Заодно, Николай Михайлович перебрал все косточки своему бывшему подчинённому — Рожественскому, будущему адмиралу и «герою» будущего Цусимского сражения — с которым имел послевоенный конфликт, приведший к увольнению его — Баранова, из флота.

И, ещё больше я удивил Губернатора знанием морской тематики, особенно её военно-технической составляющей… Все эти морские термины, характеристики боевых кораблей и тактика морского боя у меня, просто от зубов отскакивали. Ну, ещё бы! Ведь я перед армией в мореходку хотел поступать… И, ещё: готовясь подружиться с Барановским Николаем Михайловичем, основательно проштудировал эту тему.

— Откуда такие удивительные познания, уважаемый Дмитрий Павлович? Вы же, как мне докладывали, происхождением из купцов? Причём, из купцов сугубо сухопутных…

В голосе Орла просквозило лёгкое, но очень заметное пренебрежение… Вот, гусь, а?!

— Историей с детства интересуюсь, — ответил я, поглаживая под столом… Ручку Натальи Георгиевны, — а, про боевые корабли так хорошо узнал, работая на судовой верфи Чарльстона… Это в Бостоне.

Бывал я там проездом…

— Чем же Вы там занимались?

— Мы с Инженером работали над электрической подводной лодкой…

— Вот как?! …Вы не перестаёте меня удивлять, Дмитрий Павлович! И, каковы результаты вашей с Инженером «работы»?

— Да, не очень… За подводным флотом большое будущее, но пока нет соответствующих технологий.

— Позвольте не согласится, Дмитрий Павлович! — и, понеслась!

Ну, на хер, я эту тему затронул?!

…Еле от них вырвался, почти в одиннадцать часов вечера… Добрался на губернаторской пролётке до Постоялого Двора… А там Рыбка! Ох, я и оторвался! Аж, оторваться не мог! Три презерватива в лохмотья порвал, а шесть просто лопнули… Чес слово, не вру! Рыбка потом неделю на меня из-за них шипела…

…Проснулся наутро, ну совсем другим человеком! Выхожу в зал, а он просто битком народом забит! Карп со своими половыми с ног сбился, обслуживая — даже Глафира припахана, чего отродясь не бывало! И, весь народ на меня зырит, не отрываясь — как на шоумена какого… Как бы «звёздную болезнь» не подцепить!

Не успел в обеденный зал спуститься, как ко мне городовой на задних лапках — да не простой полицейский, а как минимум, помощник исправника! Я в их полицейских чинах ещё путаюсь…

— Господин Стерлихов, ваш автомобиль доставлен! — докладывает…

Ничего себе! А я вчера про автомобиль Губернатору, даже не заикнулся!

— Как доставлен? — удивился я.

Городовые, что? Уже автомобилями рулить умеют? А, бензин?

— Лошадиной упряжкой доставлен…, — правильно понял моё удивление помощник исправника.

Тут же мне под нос был подсунут документ, отменяющий запрет езды по городу на автомобиле… И, никакой бюрократической волокиты! Умеет, оказывается наш чиновник оперативно работать — надо лишь его под зад как следует пнуть.

Чудеса на этом в тот день не кончились, а только начались! Поехал по инстанциям проверить — перед отъездом, как идёт продвижение моих прошений. Так, всё было готово! Даже сумму, которую я должен выплатить за Болота и Приреченские Земли, пересчитали в сторону уменьшения — правда, на не очень значительную сумму, но всё же! Только, куплю-продажу земель надо было ещё в столице утвердить…

За одним документом я поленился в тот день заехать, на другой день отложил, так наутро мне его на дом принесли! Нет слов, одни эмоции… Причём — положительные эмоции!

С тех пор я довольно-таки часто ужинал у Губернатора. Нередко бывал и, в кабинете Губернатора — если, возникали какие-то срочные вопросы… Штатскому я подарил ручку-наливалку и анилиновые чернила и, мы теперь с ним стали большими друзьями!