— Хм… От хулиганов я и, сам кого хошь спасу. А мне бы от „РПГ-7“…

Сам Спец хранил свой травматик, но не „Осу“, а покруче — под вид „Макарова“, в поясной сумке. Надо бы и, мне такую же раздобыть…

Приехали в местный РОВД и сразу к Аниськину — его начальнику, стало быть, с которым я познакомился ранее на „презентации“ местного начальства на второй день моего пребывания в Солнечногорске. То встретил нас весьма сердечно — сразу видно, что со Спецом они успели подружиться. Пока беседовали, пили чай — да, то да сё, принесли соответствующие бумаги на подпись.

Оформив все формальности, пошли все вместе — втроём, выбирать стволы из числа конфискованных. Особенного ассортимента, конечно, не было — так, двустволки и обрезы из них. Имелась и, вообще, уникальная вещь — древняя охотничья „Берданка“ под шестнадцатый калибр, я прям таки в неё вцепился! Но, Спец сосватал мне „Сайгу“. Тоже, серьёзная машинка!

Я крутил, вертел её в руках, прикладывал к плечу, оттягивал затвор и заглядывал в казённую часть ствола…

— …Ну и, на фига козе баян — если, у неё холодильника нет?! — не выставляя напоказ свой, воистину — детский, до щенячьей визгливости восторг — как бы сам себя, спросил я.

— Вам требуется огневая мощь, Шеф!

Себе он выбрал помповик „Браунинг Авто-5“. Тоже, ничё… Мощь!

— А Вам, „огневой мощи“ не требуется, Саша?!

— Мне, хоть что пойдёт… Я сам по себе — МОЩЬ!

Охотно ему поверил.

Вернулись в кабинет Аниськина… Разговор продолжился об строительстве „блок-постов“ и, со всей связанной с этим делом тряхомундией:

— Строительство постов ГИБДД, у нас предусмотрено, но на следующий год…, — рассказал Аниськин, — если хотите, стройте сейчас — в порядке частной инициативы или шефской помощи. Обосновать мы с Вами — как-нибудь да, обоснуем!

— Ещё и, не такое „обосновывали“! — вспомнил я некоторые наши с Барыгой аферы, связанные с распилом бюджета, — тут же никакой коррупции — всё по-честноку!

— Конечно, какая „коррупция“?! Деньги из областного бюджета в следующем году перечислят — мы с Вами и, рассчитаемся. А, вот у Храма… Извините, даже в проекте там у нас ничего такого и, близко нет! Тем более, такого… Такого, такого… Ну, прямо форт Кёнисберга — что мой дед штурмовал!

— Хорошо! Я за свой счёт Вам этот „форт“ построю. Вы, главное, потом личным составом обеспечьте!

— Ничего фортообразного, Михалыч! — вступил в полемику Спец, защищая свой проект оборонительного сооружения, — всё, только самое функциональное и целесообразное!

— Ну, да как же… Вот, смотри — ты же, Олегович, сам рисовал! Размеры, правда, всего сооружения небольшие — на пять-шесть человек личного состава…, — достал из стола несколько чертежей Аниськин, — зато: два этажа, подземное бетонированное укрытие — всё из ФБ-600[12]! Бетонное перекрытие из трёх слоёв — из стандартных плит, с бетонированной стальной арматурой между ними — это, по твоему, „целесообразно“?! Бойницы с противогранатной защитой, противотаранные ежи и прочая фортификация — это, „функционально“?! Вы тут, к чему готовитесь?!

— Странно мне слышать такие речи, Михалыч…, — прищурился Спец, — что же, это получается — за жизни твоих людей, я больше тебя беспокоюсь? Ничего лишнего — всё по минимуму! Позволит продержаться некоторое время против небольшой группы деструктивных элементов — если те, конечно, полевую артиллерию не применят…

Аниськин посерьёзнел:

— Неужели, всё так серьёзно?

— Моего брата убили — куда уж, серьёзней! — сказал я, — и, у меня есть некие опасения за свою жизнь… В таких случаях лучше перебздеть, чем недобздеть!

— Ну да, деньги ваши — дело ваше! — махнул рукой Аниськин, — зайдите в бухгалтерию, договор подпишите.

Зашли со Спецом в бухгалтерию, нас там поджидала главбухша, с майорскими погонами. Глянул в договор, затем в сметную стоимость постов ГИБДД — „форт“ попозже пойдёт, отдельной „статьёй“…

Мать моя! Это же, гоп-стоп! Мало того, что средь бела дня — так ещё и, посреди родной полиции!

— Вы где, родная моя, такие расценки взяли — из какого уголовного кодекса?

Разразился небольшой скандал. Пошли снова к Аниськину:

— Не, Михалыч… Так дело не пойдёт! Так мы с Вами консенсуса не дождёмся! Я к Вам со всей душой — а Вы, решили видно, что у меня в Замке золотые прииски имеются…

Произошла оживлённая перепалка Аниськина и Майорши, с применением некоторых малознакомых мне, местных идиоматических оборотов, с упоминанием нашей общей — многострадальной матери. „Первым словом опытного русского начальника всегда должно быть слово матерное!“, — вспомнилось мне бессмертное из Салтыкова-Щедрина.

Методом доведения Майорши, практически до слёз, выяснилось, что смету составляла единственная в Солнечногорске частная строительная организация… Название ещё такое… Строительное и серьёзное — и, не на русском… Что-то под вид: „Шараш-монтаж компани“.

— Вы уж извините, Владимир Фёдорович, — умоляюще скрестила на груди руки Майорша, — мы Вас все очень любим, но единых расценок — как при СССР, сейчас нет! Как договоришься, так и заплатишь…

Понятно, местная монополия, блин. Разбаловались эти строители, при демократии! Ну, что ж, надо ехать — самому договариваться…

Заехали в магазин „Охота-рыбалка“, купили два стальных ящика — сейфов для хранения оружия и уйму патронов.

— Может, вечером съездим, постреляем — для образования у Вас устойчивых навыков? — предложил Спец, — я уже и, подходящее место нашёл — тут, неподалёку. Если Вы не против, конечно…

Я был не против:

— Конечно, надо съездить пострелять!

Отвезли оружейные ящики и оружие в Замок и, после обеда, поехали на переговоры со строителями. Но, перед этим надо на конеферму заскочить, с Еленой Дмитриевной побеседовать! Может, подскажет пару каких убедительных „аргументов“ — она же профессиональный бухгалтер… Не ошибся! За час, с небольшим мы с ней разобрали по полочкам договор и смету и, нашли кучу косяков. Ну, теперь держитесь, „монополисты“ колхозные!

Ага! Не угадал… Их хозяин и начальник в одном лице — Бугор, как я его с лёту прозвал — был хоть и, низенький и лысенький, но имел золотые фиксы во рту, отмороженную рожу и, как минимум — пару ходок на „дальняк“ за плечами. Даже, издали он источал запах похабщины, а уж вблизи… На испуг и на „мать“ его не возьмёшь»! Вытаращив на меня свои и, так — пучеглазые, наглые зенки, он упёрся рогом и, всё — никакие аргументы и, даже психологические фокусы, перенятые мною от Мозгаклюя, на него не действовали! Можно было, конечно, пригласить со стороны кого, но — это же лишние движняки: кого-то искать, договариваться… А, мне лень! К тому, же: приезжие, точно так же нагреть могут и, ищи их потом. Да и, вообще — надо помогать местным, земляки же теперь!

Когда разговор, с чисто матерного — на повышенные тонах, перешёл в стадию хватания за грудки, к нам — «на огонёк», заглянул Спец. Он мельком глянул на Бугра… Тогда, на кладбище — мне нет, не показалось! Действительно — взгляд хищника, вышедшего на охоту! У меня самого мурашки… И, хотя к месту потенциального побоища начали подтягиваться работяги со всевозможным ручным рабочим инструментом в мозолистых пролетарских руках, Бугор сразу «потёк»:

— Начальник, пойми! Мы ж, тоже должны свой интерес иметь…

— Тебе, что? Мало «интересу»?! Тридцать процентов навару тебе мало?! Куда тебе ещё?! Себе — на пышные похороны откладываешь? Тебя, один хрен — вон в той телогрейке закопают, что на стене висит — я прослежу…

— До «собственных похорон» ещё дожить надо — а, кушать то, каждый день хочется! — резонно заметил Бугор, — когда ещё работа подкатит?

— Ты думаешь, что так честных людей наё…ывая — ты каждый день «кушать» будешь?! Вообще, кушать перестанешь — когда последние клиенты от тебя разбегутся!