— Упс… — успел произнести тот, прежде чем энергия накрыла его.

Планета не выдержала и наконец, разлетелась вдребезги. Генерал парил в космосе, выискивая признаки жизни, и к ужасу для себя увидел трех планетарцев на свободно летающем куске земли, что когда-то была частью большой планеты. Впереди стоял Илиан, его щит дымился, а сам он сиял словно новогодняя ёлка. Позади него целыми и невредимыми стояли Мальдрус и Гилдриэль, который в свою очередь укрывал младенца. Малыш был покрыт илуниевой оболочкой, чтобы выжить в открытом космосе.

— Будь ты проклят со своей способностью… — проскрипел зубами генерал.

Илиан хмуро посмотрел на генерала из-за своего щита и в этот же миг исчез, появившись около муликанца. Тот понял, что в этот раз не сможет уклониться, и меч Илиана отрубил ему руку. Клинок обогнул торс генерала и отсек ему левую ногу, затем, Илиан вознамерился разрубить генерала надвое, от паховой области до макушки.

— Стой! — послышался голос Мальдруса и меч илкарца замер в сантиметре от яиц генерала. — Позволь мне его убить! — Мальдрус посмотрел в глаза Илиану и тот увидел в них мольбу. Генерал, не смотря на свои раны на этот раз не издал ни звука, лишь стиснув зубы от боли.

— Хорошо, он твой, — Илиан убрал меч в ножны и отлетел на пару шагов. Мальдрус подошел к генералу и схватил за горло.

— Прежде, чем ты сдохнешь, я хочу тебе кое-что сказать, — губы маликанца растянулись в улыбку, он наклонился к уху генерала и полушепотом сказал.

— Я непременно найду твою семью, и мои ребята позабавятся с ней, а ты будешь стерт с лица этой вселенной. Пока тебя будет рубить проводник душ, я буду рубить твой жалкий народ.

— Нет, ты не посмеешь! — крикнул генерал и Мальдрус оторвал ему голову. Маликанец запрокинул свою голову и закрыл глаза, будто тая в этот момент от наслаждения.

— Какое прекрасное чувство… я чувствую, как сотни тысяч душ говорят мне спасибо, — Мальдрус искренне улыбался, держа в руке голову генерала.

Мертвые тела с дредноута долетели до двоицы и окружили, плавно пролетая дальше. Илиан с грустью смотрел на этот космический парад мертвецов.

— Что с нами стало… Как мы докатились до этого? — спросил Илиан.

— Что с нами стало? Оглянись вокруг! Это то, о чем мы все мечтали, ха-ха-ха, — заговорил Мальдрус. — Мы животные, мой новый друг, в глубине души нам нужен бесконтрольный, тотальный хаос. Мир, где можно делать все, что хочется! Убивать безнаказанно, трахаться и брать что-то или кого-то силой! Дай рабу кнут, и он сам станет угнетателем!

— Но ведь это не правильно, так не должно быть! Эволюция дала нам право мыслить, мы должны были стать венцом природы, а не её самой ужасной ошибкой… — Латланцы были её венцом и лишь одному созидателю известно, через что они прошли прежде, чем разум возобладал над животной натурой. Но они допустили страшную ошибку, пытаясь раньше времени вразумить животных вроде нас, которые не до конца эволюционировали в истинно разумных существ, — Мальдрус посмотрел на задумчивого Илиана.

— Мы гибнем, медленно, но верно катимся в пустоту. Однажды, весь мир, стоя на распутье, прокричит «Огонь!», и от тех, кто останется в живых будет зависеть, в какую эру мы войдем… — Илиан посмотрел на малыша в руках Гилдриэля, на это хрупкое создание, которое вразумило его. — Я назову тебя, Гринтред.

— Илиан, вот ты где, я тебя уже везде обыскался, — по песку к нему шел Гринтред.

— Прости, немного задумался, — с улыбкой ответил илкарец, вспоминая Гринтреда совсем младенцем.

— Немного? Я тебя не видел уже семь часов…

Илиан слегка приоткрыл рот от удивления.

— Семь часов? Давно я не погружался в раздумья на такое время, — Илиан поднялся и оттряхнул ноги от песка.

— Я не хотел тебя тревожить, но скоро начинается второй этап и мне показалось, что ты хотел бы его посмотреть.

— Да, ты прав, спасибо, что нашел меня.

В этот раз вместо Марендрайта выступал другой хранитель бринрок. Он вышел на середину стадиона по стальной небесной дорожке.

— Дамы и господа, я рад сообщить вам о начале второго этапа турнира! Да прольется кровь!

Публика закричала от восторга и ворота распахнулись.

— Как думаешь, что сегодня приготовили эти умники? — спросил Белиндор Хартэна, стоя у барной стойки.

— Не знаю, каждый раз что-то новое, а никакой информации по этому этапу никому не дали.

— Надеюсь, это будет что-то грандиозное, иначе я сам выпрыгну на арену и покажу, как надо, — Белиндор сделал смачный глоток прямо из небольшого бочонка и протер губы.

Джорелл стоял на нижних уровнях стадиона в ожидании своей очереди. Дутанор, как обычно был где-то с Кэзом, а Руксэндра стояла и снимала все вокруг.

— Хорошо вчера погуляли, — улыбнувшись сказала она.

— Ну, если под этим ты понимаешь Лонута, который проснулся сегодня, уткнувшись в твою полуголую грудь, то, наверное, и правда хорошо, — Джорелл слегка посмеялся и услышал шуточное невинное оскорбление в свой адрес.

Руксэндра стояла слегка покрасневшая и вдруг поймала себя на мысли, что далеко не лицо Лонута она хотела бы видеть, уткнувшимся ей в грудь, а Джорелла. Грубого, холодного, задумчивого, но временами отзывчивого и всегда сильного, который, по её мнению, может разорвать любого, кто сделает ей больно.

Джорелл не солгал ей, и после вчерашнего случая в раздевалке больше никто не посмел домогаться до неё или сделать «грязный» комплимент. После демонстрации силы планетарцы разделились на три лагеря в отношении Джорелла. Кто-то остерегался его и отныне старался не провоцировать лишний раз, кто-то просто боялся, а кто-то проникся уважением, как к равному себе.

Мониторы, находившиеся на нижних ярусах загорелись, и началась трансляция турнира. Первая группа выходила на арену. Из двадцати тысяч участников, которые были еще вчера, осталось лишь две сотни. Десять бойцов вышли на песок и построились, ожидая дальнейших указаний, среди них был Аренлэйк.

Хранитель-бринрок оглядел первую десятку и начал речь.

— Итак, для разминки правила будут просты. Каждый сам за себя, никаких ограничений, в живых позволено остаться только двоим из вас. Мы ждем от вас красочного боя, приступайте!

Прозвучал сигнал и десятка тут же схлестнулась на месте. Множество взрывов и ударных волн последовало по всей арене. Песок вихрем поднялся ввысь от танцев мечей. В отличие от предыдущего этапа, этот и вправду отличался более красочным боем.

Один из участников отлетел в уголок и вдарил ладони друг об друга. От них тут же во все стороны разлетелись частицы желтого илуния, которые взорвались по его приказу, накрыв собой всю арену. Планетарец сделал улучшенное зрение и вгляделся в ураган из песка. Едва он так сделал, как вздрогнул и массивный кулак бринрока, укрепленный мощными пластинами с шипами, вылетел из бури и прибил черепушку бедняги прямо к стене. Бринрок снова исчез в, оставив после себя лепешку из головы планетарца.

Зрители охали и ахали, смотря на превосходный бой. Очки, которые были одеты на каждом, позволяли разглядывать все вплоть до мельчайших деталей даже в такой ужасной буре. Конечно, они не могли уследить за передвижениями воинов, но это им и не было нужно. Главное — они видели суть. Из бури вылетел ещё один участник, за ним в след летел красный луч, заставив того отбиваться от него. К все общему удивлению, внутри луча оказался планетарец и, воспользовавшись эффектом неожиданности перерубил противника пополам под все одобряющие крики.

— Опять он за своё… — сказал Белиндор, нахмурив брови.

— Да и мне начинает это не нравится, — так же недовольным и осуждающим тоном сказал Хартэн.

Посреди жаркой битвы снова стоял Аренлэйк. Будто невидимый, он опустил свою голову и просто стоял на месте, ожидая, когда остальные перебьют друг друга. Последний противник пал и в живых осталось двое. Буря рассеялась и делдаркец наконец обратил свой взор на Аренлэйка. Как и в прошлом этапе, делдаркец с дрожью в руках начал подносить клинок к своей голове.