Джорелл откинулся на спинку стула и уставился вниз. Мысли были перевернуты вверх дном.

«Так что же это получается? Мы лишь неудачный эксперимент? Пустышки? Семь миллиардов ошибок…»

Его устои, принципы, всё подверглось сильнейшему испытанию.

— Но вот, что я вам скажу, господа, мы ошибались и, причём очень сильно. Ты, Джорелл, и ты, Дутанор, прямое тому доказательство. Когда мы узнали, что ренианцы воюют не только с илкарцами, но еще и с вами, с теми, о ком мы давно забыли, то были в шоке. Спросите, как вдруг мы проморгали семь миллиардов своих созданий? Хех. Едва вы улетели, как на следующий день началась война с люмитанией, затем, самая ужасная в истории война вселенского масштаба, а после наша империя погрязла в кровавой междоусобице. Отец основатель был убит, данные потеряны, а ваши предки забыты на долгое время.

Представьте выражение на лице императора, когда ренианцы не успевают уничтожить вас за целую неделю! Это притом, что вы отстаете от нас на множество тысячелетий в развитии, а затем на турнире появляешься ты, Джорелл, и вот тут начинается полный хаос! — Зарблэйн улыбнулся во весь рот, его глаза горели энтузиазмом, он был в предвкушении великих событий. — Человек, выходит один против сотни и бах! Убивает всех в один удар! А затем он выходит во второй раз и снова побеждает, даже не призвав свой доспех! Зрители ликуют и признают его силу! Хотел бы я видеть красную рожу императора в этот момент, — с ухмылкой сказал люмитанец.

— Я не знаю как, но потомки клонов, которые не могли добиться даже силы первого круга, вдруг появляются в этом мире, громко заявив о себе, и один из них начинает идти по головам тех, кто когда-то считал его сородичей мусором. Даа… мне определенно нравится, к чему все идет.

Слова Зарблэйна заставили товарищей улыбнуться и заново прозреть.

«Верно, не важно, кто были наши предки, важно то, что мы стали народом, нечто большим, чем какие-то там клоны. Я буду биться за наше будущее, и мы построим новый мир, свой собственный», — думал про себя Джорелл.

— Друзья! У меня созрел тост! — Джорелл резко вскочил и поднял бокал. — Пусть наши предки и были клонами, но это ничего не меняет! Отныне мы отдельный народ, у нас свой путь и своя богатая история. Люди прошли сложный путь, и теперь наша задача продолжать двигаться вперед! Мы найдем свое место в этом мире, построим свое будущее и будь проклят тот, кто посмеет встать на нашем пути!

Бокалы зазвенели от столкновений, и четверка осушила их содержимое.

— Ну, раз пошла такая пляска, то у меня тоже созрел тост! — на этот раз поднялся Зарблэйн. — Мы с вами, это прямое доказательство того, что дружба между людьми, илкарцами и люмитанцами возможна. Наши народы могли бы дополнять друг друга, сделать лучше и сильнее. Пусть нас пока мало, но все с чего-то начинают! Я предлагаю выпить за начало хорошей дружбы и, надеюсь, длиною в жизнь!

Речь Зарблэйна понравилась всем и под одобрительные крики друзья выпили еще раз.

— Значит, всего сорок участников и это из двадцати тысяч в начале, осталось совсем чуть-чуть, — довольным тоном произнес Лонут.

— Не спеши так сильно радоваться, эти два этапа были сущим пустяком. Нельзя забывать, что настоящие монстры еще даже не участвовали в турнире, — хмуро сказал Зарблэйн, развеяв мимолетную радость Лонута.

— Точно… эти так называемые вип участники, насколько они сильны? — поинтересовался Джорелл, хотя уже знал ответ, особенно после встречи с тремя из них.

— Достаточно, чтобы целые империи вздрагивали от их мощи… — в голосе Зарблэйна чувствовалось волнение, даже, небольшой страх. — Белиндор, чья мощь не знает себе равных, Илиан Справедливый, который в одиночку сдерживал армию ренианцев, пока в итоге не бросил свой народ, Мальдрус, стоит ли мне говорить, что его боится некогда могущественная империя, которая стала куда слабее благодаря ему, а также еще много кто. В целом, подобные вещи можно сказать о каждом из вип участников, чего только один Сокрушитель Миров стоит…

— Сокрушитель Миров… Как он выглядит, из какой расы? — спросил Джорелл, который уже слышал об ужасном воине, сила которого не знает границ.

— Хм, — люмитанец почесал подбородок. — Не знаю, никто толком не знает. Есть только слухи, истории и какие-то легенды якобы очевидцев об огромном гиганте, который сокрушает планеты в один удар…

— Так может быть его и не существует вовсе? — недоверчиво произнес Дутанор.

— Он существует и вполне реален, даже больше скажу, я точно знаю, что Сокрушитель на этом турнире и скоро проявит себя…

Лонут и Дутанор посмотрели на Джорелла, будто испугавшись за него, ему и вправду предстояло сразиться с настоящими монстрами.

— Скажи, Джорелл, каков он, Кровавый Патриот? — с любопытством спросил Забрлэйн, который хотел оценить свои шансы против ренианца и тем самым отвлек Джорелла от мрачных мыслей.

— Кто? — непонимающе спросил тот, не зная ни имени, ни прозвища Дарбрелта.

— Ты наверняка бился с очень сильным ренианцем, вооруженным двумя глефами или чем-то похожим на них.

— А, ты про него? Так его зовут Кровавый Патриот?

— Нет, его настоящее имя Дарбрелт, а эту кличку, скажем так, ему дали за определенные заслуги перед отечеством.

— Какие же? — спросил Дутанор.

— Кровавые, очевидно, — с легким смешком ответил Джорелл. — А что касается его мастерства, вот, что я скажу. Когда мы прибыли на место боя вместе с Дутанором, Дарбрелт к тому моменту бился уже целую неделю без передышки, причем под конец с двумя сильными обладателями шестнадцатого круга. Обоих противников он, конечно же, победил, а потом продолжил биться сначала со мной, а затем с Дутанором.

— Проклятый монстр… — Зарблэйн слышал множество легенд и слухов о непобедимом воителе ренианцев, но это превзошло все его ожидания.

Четверка продолжала отмечать победу еще несколько часов, наконец. в апартаменты зашла Руксэндра и все уставились на неё.

— Значит, отмечаете тут без меня, да? — шутливо нахмурилась девушка и, скинув легкое пальтишко, направилась к столу.

— Руксэндра, позволь тебе представить Зарблэйна, моего напарника во втором туре.

— Рад знакомству красавица, — Зарблэйн взял маленькую ладонь Руксэндры и галантно поцеловал, чем вызвал легкую ревность со стороны Лонута.

— Надо же, люмитанец который знает этикет, вот уж не думала, что встречу в этом враждебном мире нечто подобное, — с улыбкой сказала она.

Девушка подошла к Джореллу и со словами: «Поздравляю с превосходной победой», — крепко обняла его.

— Спасибо.

Руксэндра уселась за свободный столик и тоже налила себе выпить.

— Эй! Нет, нет, нет, — синхронно закричали Джорелл, Дутанор и Лонут, причем последний выхватил у девушки стакан и осушил его.

— Что за дела? — Руксэндра вылупилась на троицу, как на дурачков.

— Тебе нельзя такое пить, иначе сложно угадать, что с тобой будет. Вот, Изентриэль передал нам красное вино, специально для тебя, — Джорелл достал из-под стола пару бутылок и, открыв одну из них, налил Руксэндре.

— Ммм, вишневое — моё любимое, — с наслаждением произнесла та, облизав губы. — Ну, мальчики, что интересного расскажете?

Троица тут же переглянулась между собой и без слов поняли друг друга — Руксэндре и людям пока не следует знать о том, что они всего лишь неудавшийся эксперимент. Итак проблем хватает.

— Да ничего, сидели тут и просто веселились, — сказал Дутанор.

— Господин Зарблэйн, а вот скажите, почему вы нас так ненавидите? Я много у кого пыталась спросить, но никто не знает, а люмитанца лишь злобно фыркали на меня, — Руксэндра словно поняла план троицы и пошла в обход.

Дутанор, который сидел рядом с люмитанцем слегка пнул его по ноге, едва тот собирался открыть рот. Зарблэйн быстро сообразил, что к чему и, сделав простодушное выражение лица, ответил:

— Не знаю, в первый раз о таком слышу.

— А как там поживает твой репортаж? — спросил Джорелл, дабы сменить тему.

Руксэндра тут же зажглась от такого вопроса и напрочь забыла о люмитанце.