Этим вопросом задавались сразу все четверо. Никто из них и не почувствовал ни колебаний силы, ни чего-либо еще. Даже если удар был нанесен со скоростью света, они смогли бы уловить то мимолетное движение, но судя по разрушениям, толчок был не таким уж и сильным.

В этот раз послышались аплодисменты Марендрайта, столь же насмешливые и надменные, какие они были у Мальдруса пару минут назад.

— Прекрасная речь, Мальдрус, все, как ты любишь, с огоньком, рубящая правду матку. Однако пока ты там лежишь, позволь кое-что прояснить — лучше слабый костер, чем огромный пожар, ибо костер может гореть тысячелетиями, а пожар уничтожит все в один миг. Надеюсь, аналогия понятна? Худой мир лучше доброй войны, даже у людей есть такая поговорка, что уж говорить о нас.

— Ты серьезно цитируешь нам слова недоразвитой расы, что даже без трудов не может до своего спутника долететь? — возмущенно буркнул бринрок.

— Позволь тебе напомнить, что, один из этих «недоразвитых» только что убил одно из умнейших созданий в нашей вселенной, да и к тому же бессмертное.

— Помнится мне, что для вас, фельсонтов, любой, у кого мускулы больше ваших априори становится умственно-отсталым, — великан ухмыльнулся, его взгляд уперся в фельсонта, пока Мальдрус по непонятным никому причинам продолжал лежать на полу лицом вниз.

— Глупости, это жалкие выдумки, не имеющие под собой твердого основания, — разведя руками, отпирался хранитель.

Белиндор нахмурился, он медленно наклонился к Марендрайту, его массивные ладони уперлись в стол.

— Глупости говоришь? Каждый фельсонт, что встречался мне на пути за мою жизнь, смотрел на меня этим взглядом, будто я животное, случайно научившееся говорить и выполнять простейшие математические действия, словно я недостоин даже говно с их подошв облизывать. Я хорошо знаю этот взгляд, ты только что попытался спрятать его, но опоздал, так как эти глаза я узнаю где угодно.

— Стал таким смелым после речи Мальдруса о моих урино процедурах? Давай-ка и с тобой кое-что проясним, здоровяк, — Марендрайт встал с кресла и снова стал на пол головы выше бринрока. — Да, чтобы поддержать шаткий мир, чтобы огонек не превратился во все поедающее пламя, я старался быть вежливым, всегда улаживать конфликты мирно и словом, уступал там, где не должен был. Делал все, чтобы вселенную вновь не захлестнула война, которая, напомню вам, унесла жизни почти половины триллиона планетарцев. Как вам такое число? И мне очень жаль, что в нашем мире, добродушие и вежливость до сих пор принимают за слабость, но это не так, и Сокрушитель Миров позади тебя прямое тому доказательство.

— Не впутывай сюда карлика, — рыкнул великан.

— Боишься его? И правильно делаешь, ведь он может размазать всех вас в любую секунду, но вместо этого он терпел ваши насмешки и все то дерьмо, что лилось из вас целым водопадом. Он проглатывал обиду и вечное шпынянье, хотя в любую секунду щелчком пальцев мог уничтожить любого обидчика, дунуть на него, и тот словно прах развеялся бы по ветру.

— Ты прав, наверное, ему и вправду стоило раздавить всю твою поганую расу, уверен, они-то хорошенько ему поднасрали, когда он был еще слабым юнцом.

— Я больше склоняюсь к тому, что карлик мазохист, но и твой вариант тоже имеет место быть, — вдруг пробубнил в пол Мальдрус, подняв указательный палец.

Эту словесную перепалку прервал звук приближающегося лифта. Марендрайт посмотрел на экран камеры и увидел, что Илиан с Джореллом наконец-то прибыли. Двери открылись, и парочка прошла внутрь. Все сначала удивились, завидев незнакомца, а не привычного громилу с капюшоном, но быстро пришли в себя.

— Надо же, а я думал, у тебя и вправду кроме глаз больше ничего нет, а ты, оказывается, даже на мужика похож, — с радостью в голосе пробасил великан.

— О, Джорелл, Илиан, а мы вас заждались, с победой тебя, кстати.

Только что вошедшие приятели удивленно повернулись в бок, где лежал Мальдрус, что поднял голову, дабы его, услышали.

— Почему каждый раз, как только я где-нибудь появляюсь, обязательно кто-то лежит на полу? — Джорелл насмешливо улыбнулся, а затем подал Мальдрусу руку и помог подняться, хотя тот об этом не просил, но оценил столь благородный жест.

— Я задаю себе этот вопрос уже не одну тысячу лет…

Илиан выдохнул, сделав забавное лицо, уставшего от всего этого илкарца.

— Не бери в голову, всего лишь старые разногласия старых планетарцев.

Марендрайт тепло улыбнулся, подошел к Джореллу и положил свои руки тому на плечи.

— Приятно наконец-то увидеть твое лицо, и поздравляю с великой победой. Бой был напряженный, крайне взволнованный и зрелищный, я надеюсь, как только мы закончим, ты останешься на чашечку или бокал чего-нибудь, и расскажешь мне о нем все в мельчайших подробностях.

— Несомненно, — вежливо согласился Джо, а сам тут же про себя подумал, «Марендрайт, ах ты древний хитрый лис, хочешь узнать от меня секрет победы над Аганадриусом, чтобы возыметь против бессмертных окнордов туз в рукаве, да?»

— Что ж, раз все наконец-то в сборе, давайте же поскорее перейдем к сути нашей встречи.

Фельсонт вернулся за свой стол, остальные же разбрелись по своим местам, которые им приглянулись. Великан стоял недалеко от стола с недовольной рожей и скрещенными на груди руками. Мальдрус облокотился на стену спиной и левой ногой, перетащив тяжесть веса на правую, Аренлэйк и карлик стояли по правую сторону, а Джорелл с Илианом в центре.

— Итак, во-первых, поздравляю вас всех с тем, что вы смогли пройти так далеко к финалу. Во-вторых, пришло время сообщить вам об испытании спонсора.

— О-о, я знал, что это будет, каждое тысячелетие одно и то же, — возмущенно махнул рукой Илиан.

— Да, Илиан, но куда деваться, турнир это так же и шоу, зрители жаждут увидеть его в первую очередь, как бы прискорбно это не звучало.

— Ну и что головастые приготовили для нас в этот раз? — поинтересовался Белиндор.

— Мекаюниверс в этот раз особенно отличились. Испытание будет называться War soul.

— War soul? Это что еще за дичь? У кого-нибудь есть с собой словарик?

— Воинственная душа… — ответил Джорелл удивленному Мальдрусу.

— Откуда ты знаешь?

— Это наш язык, людей, вернее, один из многих.

— Что?! Один из многих?! Зачем вам так много языков?! Это же неудобно и… варварски, как будто вы племя мазохистов какое-то.

— Ну, извините, не до всюду дошел космополитизм, люди слишком держатся за свое прошлое.

— У вас нет космополитизма? Тогда мы идем к вам! — пошутил маликанец.

— Нет, спасибо, моя раса яркий пример того, до чего доводит ваш «космополитизм», — вступился в полемику Илиан.

— В общем, как бы то ни было, кампания решила назвать испытание в честь людей, чей представитель так эффектно влился в наш мир.

— Допустим, так что за испытание в итоге нас ждет? — в этот раз не выдержало любопытство Джорелла.

— Каждый из вас будет по отдельности отправлен на отдаленную планету, где вы вступите в бой ровно с одним миллионом охранных андроидов, все они будут напичканы большим количеством илуния, что будет эквивалентно мастеру на пятнадцатом кругу и несколько будет даже на уровне новичка шестнадцатого.

— Пф, проще простого, — тут же заключил самонадеянный бринрок.

— Я тоже так подумал, но тут в ход вступает одно правило, даже несколько, я бы сказал.

Шестерка навострила уши, каждый из них уже гадал, что это за правила такие.

— Во-первых, вам запрещено покидать пределы планеты, то есть, никакой битвы в космосе. Во-вторых, каждая из планет будет укреплена всего на триста процентов, если вы уничтожите свое поле боя, вы проиграли, поэтому, старайтесь аккуратнее использовать навыки массового поражения. В-третьих, если вы проигрываете это испытание, то выбываете с турнира, дальше вам здесь делать нечего.

Участники переглянулись, это была неприятная новость. Ни кому не хотелось вылететь с турнира на таком этапе из-за какого-то жалкого испытания, но порубить миллион андроидов при таких условиях сильно усложняло задачу.