отправился с письмом от Жук<овского> к прокурору Петерсону23, которым

studiosus Петерсон24 стращал станционных смотрителей. Этот прокурор

Петерсон принял меня как родного, как друга. <...> Когда я отдал ему письмо от

Жуковского и назвал свое имя, он вскочил, бросился обнимать меня и пришел в

совершенный восторг. Когда первый порыв его кончился, прерванная музыка

доигралась, то он повел меня в другую комнату, прочел письмо Жуковского,

говорил много об нем в Дерпте, с большим чувством, с большою душою, и,

растроганный разговором и воспоминанием, достал кошелек, который подарила

ему А. А.25 при прощании, и поцеловал его со слезами, говоря, что это лучшее

сокровище, которое он имеет. На другой день этот кошелек отдавал мне на

память. <...>

1836 год. <...> Поблагодарите хорошенько нашего доброго Жуковского.

Стало быть, и здесь, между собак, карт, лошадей и исправников, можно жить

независимо и спокойно под крылом этого гения-хранителя нашей семьи.

Пожалуйста, напишите об нем побольше, его слов, его мнений, всего, куда

брызнет его душа. <...>

Комментарии

Иван Васильевич Киреевский (1806--1856) -- критик и публицист,

сотрудник "Московского вестника", издатель журнала "Европеец", впоследствии

славянофил. Был родственником Жуковского по материнской линии: его мать, А.

П. Киреевская-Елагина, была племянницей Жуковского. Своеобразный культ

Жуковского в семье Киреевских-Елагиных был воспринят и молодым

Киреевским, который считал его своим учителем и духовным наставником.

Жуковский очень рано вошел в жизнь Ивана Киреевского. "Ванька", "Ванюша",

"Ваня", "Иван", "Иван Васильевич" -- все эти обращения к Киреевскому в письмах

Жуковского передают эволюцию их отношений. Жуковский рано разглядел в нем

писательский талант: "Я уверен, что Ваня может быть хорошим писателем. У него

все для этого есть: жар души, мыслящая голова, благородный характер, талант

авторский" (Татевский сборник. М., 1899. С. 72). Прозорливо наставник разглядел

и философское направление таланта воспитанника. "Ваня -- самое чистое, доброе,

и умное, и даже философическое творение" (УС, с. 50). "Я читал в "Московском

вестнике" статью Ванюши о Пушкине и порадовался всем сердцем. Благословляю

его обеими руками писать -- умная, сочная, философическая проза. Пускай теперь

работает головою и хорошенько ее омеблирует -- отвечаю, что у него будет

прекрасный язык для мыслей" (ЛН. М., 1952. Т. 58. С. 108).

Жуковский заботился и об образовании Ванюши: в письмах к А. П.

Елагиной он дает развернутую программу (РБ, с. 95, 102--103). Особое значение

для укрепления их отношений имели события, связанные с запрещением журнала

"Европеец", который возглавлял Киреевский. Жуковский лично обращается к

Николаю I, Бенкендорфу, защищая честь редактора (об этом см.: Гиллельсон М.

И. Письма В. А. Жуковского о запрещении "Европейца" // РЛ. 1965. No 4. С. 114--

124; Фризман Л. Г. К истории журнала "Европеец" // РЛ. 1967. No 2. С. 118-- 119).

Опекунство после смерти отца в 1812 г., постоянное наставничество в 1824-- 1827

гг., активная помощь в борьбе вокруг "Европейца" в 1832 г. и сотрудничество в

"Москвитянине" в 1840-е годы -- таковы основные этапы отношений Жуковского

и Киреевского. "Удивительный человек этот Жуковский! Хотя, кажется, знаешь

необыкновенную красоту и возвышенность его души, однако при каждом новом

случае узнаешь, что сердце его еще выше и прекраснее, чем предполагал", --

писал Киреевский к матери незадолго до кончины Жуковского (Киреевский И. В.

Полн. собр. соч. М., 1911. Т. 1. С. 5).

Публикуемые письма 1830 г. И. В. Киреевского к родным -- яркое

свидетельство его отношения к Жуковскому, они позволяют понять роль поэта в

становлении личности Киреевского и в то же время дают интересный материал

для характеристики Жуковского начала 1830-х годов, на пороге его нового

поэтического взлета. Ценность их как мемуарного источника определяется и

непосредственностью реакции, точностью в передаче впечатлений.

ИЗ ПИСЕМ К РОДНЫМ

(Стр. 262)

Киреевский И. В. Полн. собр. соч.: В 2 т. М., 1911. Т. 1. С. 15--19, 21; т. 2.

С. 228.

1 Коллективный адресат писем И. В. Киреевского -- вся дружная семья:

мать -- А. П. Киреевская-Елагина, отчим -- А. А. Елагин, много сделавший для

философского образования пасынка, брат Петр -- будущий известный

фольклорист и сестра Мария.

2 А. П. -- видимо, А. П. Зонтаг, тетка Киреевского, к которой адресованы

некоторые его статьи, например "О русских писательницах", "Публичные лекции

профессора Шевырева".

3 М. А. и А. А. -- сестры Протасовы, подруги молодости А. П. Елагиной, в

замужестве М. А. Мойер и А. А. Воейкова.

4 Жуковский в это время жил в Шепелевском доме (см.: Иезуитова, с. 234,

244).

5 ...бюст покойной прусской королевы... -- Имеется в виду королева

Вюртембергская -- Екатерина Павловна, на смерть которой Жуковский написал

известную элегию.

6 Картины Фридрихса. -- Речь идет о немецком художнике-романтике К.-

Д. Фридрихе, горячо любимом Жуковским. О встречах с ним Жуковский

подробно рассказал в письмах к вел. кн. Александре Федоровне (см.

воспоминания Зейдлица в наст. изд.).

7 Речь идет о С. И. Тургеневе, который был похоронен в Париже в 1827 г.

Жуковский вместе с А. И. Тургеневым был свидетелем его мучительной болезни

и смерти.

s "Выжигин", "Самозванец" -- романы Ф. В. Булгарина "Иван Выжигин" и

"Дмитрий Самозванец". Любопытно мемуарное свидетельство гр. С. Г.

Строганова: "Весною 1829 г. гр. Строганов поехал опять в Варшаву на коронацию

государя. Он ехал вместе с Ж<уковским>. Дорогою Ж. читал "Ивана Выжигина" и

говорил своему спутнику, что впечатление от этого романа (второго у нас после

повестей Нарежного) похоже на то, как в немецких городах идешь по улице,

глазеешь и вдруг с 3-го этажа кто-нибудь обольет тебя помоями" (РА. 1896. Кн. 2.

С. 291). Подробнее об отношениях Жуковского и Булгарина см.: Изд. Волыге, т, 2,

с. 476--478. Свой взгляд на роман Булгарина Киреевский высказал в статье

"Обозрение русской словесности 1829 года", с которой познакомил Жуковского.

9 "Юрий Милославский" -- роман M. H. Загоскина, действительно

получивший высокую оценку Жуковского. В письме автору от 12 января 1830 г.,

т. е. написанном в день приезда Киреевского, он подробно говорит о своем

впечатлении, в частности замечая: "Вы теперь попали на ту дорогу, по которой

можете идти твердым шагом, исторический роман Ваше дело..." (Эстетика и

критика, с. 371).

10 О шуточном журнале "Полночная дичь", издававшемся долбинской

молодежью, см.: УС, с. 51. В письме к А. П. Елагиной от 22 января 1830 г.

Жуковский, комментируя материалы журнала, говорит: "...в вашей семье

заключается целая династия хороших писателей -- пустите их всех по этой

дороге" (там же, с. 50).

11 ...взял мою статью... -- Имеется в виду статья "Обозрение русской

словесности 1829 года", опубликованная в альманахе "Денница" на 1830 г. См.: Киреевский И. В. Критика и эстетика. М., 1979. С. 395--396 (коммент. Ю. В.

Манна).

12 Душегрейка ему не понравилась... -- Речь идет о том месте статьи, где