— Ага… у нас есть общий друг?

Шерлок врезал ему по лицу. Проклятье, это больно, но он сопротивлялся желанию стряхнуть свой кулак от боли.

Эмерсон качнулся назад и ввалился обратно в дом, а затем упал на свой кофейный столик. «Банда» зашла в комнату. Демон обошел Шерлока и схватил парня за футболку, поднимая на ноги. Шерлок услышал, как позади него закрылась дверь.

Эмерсон вытер кровь со своего разбитого носа и раздувающегося рта.

— Какого хера, мужик? Я не ссорился с «Бандой».

— Ты продал товар Сэди Баллард.

— Я не продавал, я дал его ей. Подарок.

Выражение его лица говорила о том, что в его понимании щедрость и великодушие делало эту ситуацию правильной.

— Она на чистяке больше года. Ты мог спустить всё это на хер.

Он моргнул, выказывая смущение.

— Я не давил на неё, мужик. Она сама пришла ко мне.

— Она — моя старуха. И находится под защитой «Банды». Ты понимаешь, что это означает?

Эмерсон побледнел и попытался отстраниться, но Демон теперь держал его за шею.

— Е*ать. Я не знал. Клянусь, я не знал.

— А знаешь, что ещё, ублюдок? У неё есть синяк на щеке. Тебе известно, как она получила его?

Теперь его окровавленные рот широко открылся, и он поднял руки, сдаваясь.

— Бро, послушай. Мне жаль. Если бы я знал, кто она для тебя… я никогда не пересеку дорогу «Банде». Мне так жаль. Скажи, что мне сделать, чтобы всё исправить. Всё, что угодно. Я сделаю, что угодно. Что я могу сделать?

Шерлок сделал вид, как будто размышляет над этим вопросом.

— Ты можешь истечь кровью.

Когда он вошел в кухню, дом был тёмным и тихим. До его ухода в раковине была навалена небольшая груда грязных тарелок. Шерлок перестал снимать свой жилет и уставился на раковину в течение секунды.

Даже с её зашитыми руками, Сэди не оставляла грязные тарелки. Ни единой тарелки, ни вилки. Она думала, что это отвратительно.

— Сэди?

Ощутив уже знакомое чувство волнения, Шерлок прошёл через тёмный дом, надеясь на лучшее и пытаясь подготовить себя к чему-то ещё. Его руки ныли, и он разгибал их, пытаясь не дать им сжаться в кулаки.

Он нашел её лежащей в кровати. Когда он вошёл в комнату, она повернула к нему голову. Он позволил напряжению покинуть своё тело. Выдохнув, он направился, чтобы сесть рядом с ней.

— Привет, маленькая преступница. Ты в порядке?

— Привет. Ага. Просто устала.

Он ушёл всего несколько часов назад, и она была в полном порядке, когда он уходил. Самостоятельная. Она в действительности не нуждалась, чтобы он постоянно крутился рядом, это больше нужно было ему.

— Тяжелый день? — она села и натянула огромную яркую и явно фальшивую улыбку. — Меня вроде как уволили сегодня.

— Что?

— Ага. Думаю, я слишком много отвлекалась от работы в последнее время. Я официально в «вынужденном отпуске», пока не будет закрыто то дело с порно, но да. Меня уволили.

— Проклятье. Мне жаль.

Он положил свою руку ей на бедро и сжал его… проверяя, не принесёт ли это новой боли. Но нет. Она перенесла серьёзный удар и не стала резаться. Это выглядело как хороший признак. Или, возможно, дело было в том, что у неё просто не было той ужасной коробки с собой здесь, в этом доме.

— Ага. Ну что ж, наверное, это к лучшему, — посмотрев вниз, она нахмурилась и положила руку на его ладонь. — Что случилось? Тебе больно?

Он подумывал увернуться от вопроса, но это не было тем, от чего нужно уклоняться, и он должен вести себя честно с ней, насколько это только возможно.

— Я взял Мьюза и Демона и нанес визит твоему приятелю Гейджу.

Она в течение долгого времени изучала его лицо. Её собственное личико было практически безэмоциональным, он ожидал чего-то другого. Возможно, шока. Гнева.

Когда она, наконец, заговорила, то просто спросила:

— Вы убили его?

— Нет. Он, скорей всего, прямо сейчас в больнице, но мы оставили его дышащим. Тем не менее, он никогда не подойдёт к тебе снова, я гарантирую это.

— У тебя будут из-за этого неприятности?

Её заинтересованность, будут ли для него последствия, была для него отдушиной.

— Абсолютно нет. Он знает, что не может говорить, — он вздохнул и снова поймал её взгляд. — Я убивал, Сэди. Я думаю, что ты должна знать об этом. Но только тогда, когда мне приходилось, и никогда никого невиновного.

Она кивнула.

— Я так и думала.

— Да?

— Ага. Я не настолько наивная. Я провела некоторое исследование. Выяснила, что «Банда» не была единственными преступниками в истории, кто не совершал незаконные вещи.

— Тебя это не беспокоит?

— Это странный вопрос. Беспокоит ли меня, что ты убивал людей? Разве «нет» является возможным ответом на это? Несомненно, это беспокоит меня. Хотя, если ты сказал, что тебе пришлось, то я верю тебе.

— Ты уверена? Ты мне доверяешь?

Он думал о том рвущемся наружу чувстве, что побудило ее выстрелить в Таррин, какой ужас она испытала из-за этого порыва и последующего действия. Но то, что она сотворила с собой той ночью, было гораздо больше, чем просто спустить курок.

— Не думаю, что это моя вера в тебя пошатнулась. Скорее, вера в саму себя. Иногда я ощущаю, что всё катится в пропасть, — она засмеялась и опустила взгляд на их всё ещё соединённые руки. — Довольно печально, что я уж точно не отвечаю за что-то важное. Всего лишь за свою маленькую жизнь. А в последнее время даже тут нет никаких достижений.

— Это херня, милая. Ты знаешь, мне нужно познакомить тебя с моим братом. Он ё*анный бардак — очень далёк от того, чтобы стать таким, как ты. Он много раз махал рукой на реабилитацию. Не проходило даже и пары недель. Ты же, тем не менее, продолжала жить своей жизнью, когда употребляла, и ты остаёшься на чистяке с тех самых пор, как завязала.

— Да, но… — она окинула свои руки многозначительным взглядом.

— Я понимаю. Тебе по-прежнему предстоит работа. Но ты взвалила слишком много на свои хрупкие маленькие плечики. И тебе не придётся так больше делать. На моих полно места, — он обхватил рукой её щёку. — Сэди, я хочу, чтобы ты переехала сюда. Официально. Полностью. Сейчас. Позволь мне заботиться о тебе.

С долгим медленным тяжелым вздохом она снова изучала его лицо.

— Почему, Шерлок? Что в том, чтобы быть со мной значит для тебя? Я — катастрофа.

Он понял. Это был тот момент, когда они либо укрепятся, либо разваляться на части. Всё зависит от того, будет ли его ответа достаточно, чтобы она могла понять.

— Я люблю то, что нужен тебе. Я нуждаюсь в этом. Но я говорил тебе уже об больше чем единожды. Так что я снова скажу это. Я никогда не знал другой женщины, которая любит те же вещи, что и я, кто понимает то, что я делаю, кто может разделить эту часть моей жизни. Одно из того, что мне больше всего нравится, как мы вместе играем. Игра всегда была сокровенным временем, которое я проводил с этими бездушными голосами других игроков в моей голове, людей, которых я никогда не узнаю, кто называет меня «Беном», потому что так называется взвод, которым я играю. Играть с тобой лучше. Я обожаю то, то ты понимаешь эту часть меня. И тут заключено намного больше. Клуб изменился за последние несколько лет. Парни разбились на пары, осели, создали семьи. Я не был частью этого, и я стал больше изолироваться от семейной части клуба. Я едва их замечал до недавнего времени. Но затем ты познакомилась со всеми, узнала их и по-своему создала взаимоотношения, и я в своем собственном клубе стал частью чего-то такого, куда до этого не был вхож. Я думал, что нормально, что моя жизнь была поделена на фрагменты. До того, как я встретил тебя. Ты собрала все мои части вместе.

Её красивый рот задрожал, и он положил свой палец сверху.

— Именно поэтому, маленькая преступница. Ты делаешь меня целым.

— Офигеть! — выдохнула она, её губы зашевелились под его пальцем. — Я так сильно тебя люблю.

— Тогда ты переезжаешь? — хихикнул он.