– Ага, сегодня утром мы были у врача. У нее почти десять недель.

– Что-то не так?

– Ну, кроме того, что она утверждает, что не знала, но чувствовала недомогание последние несколько недель, мы катались на мотоцикле, употребляли алкоголь и я трахал ее, как животное. И все это время мы не знали, что она беременна. Она клянется, что у нее не было никаких признаков.

– Так она в порядке?

– Ах, да, она счастлива. Она начала плакать, когда врач подтвердил ее беременность. Я? Я, черт возьми, молчал и сидел там ошеломленный.

– Ладно, ты был в шоке.

– Я повел себя, как мудак. Когда врач ушел за сонографом, я спросил, почему она не рассказала мне о своих подозрениях. Она начала плакать еще сильнее, говоря, что не хотела видеть на моем лице разочарование. Единственное что она хотела, это лично рассказать мне о своей беременности и что теперь у нас будет настоящая семья.

– Парень, ты должен быть с ней помягче. Не похоже, что у нее есть опыт в этой области.

– Я обидел ее. Она даже не стала держать меня за руку во время сонограммы. Это был внутренний контроль, поэтому нам лишь удалось услышать сердцебиение, но оно наполнило комнату, и я клянусь, мое собственное сердце упало. Это бы самый успокаивающий звук на земле. Эмбер старалась быть сильной, но по ее щекам все время текли слезы. Я действительно сильно обидел ее.

– Так какого хрена ты здесь делаешь? Пришло время пресмыкаться так, как ты никогда не пресмыкался. Эта прекрасная женщина, которая носит твоего ребенка, в расстроенных чувствах дома. Отправляй свою задницу к ней. Оставь свое защитное эго пылиться и позаботься о том, чтобы она знала, как много это значит для тебя. Не позволяй ей больше ни секунды думать, что ты обижен на нее за то, что она сделала, пытаясь защитить твои чувства. Подумай об этом, чувак. Если бы она подозревала, что беременна, а потом вышло что это не так, ты бы был сломлен и опустошен.

Его лицо сморщивается, и он начинает понимать. Робби так быстро вскакивает, что я врезаюсь в стену.

– Ты прав. Я должен идти. Я зайду к отцу на выходе. Сделай мне одолжение и никому ничего не говори, кроме Пресли. После того, как сегодня утром я был полным ублюдком, последнее, что я хочу, это украсть у нее возможность самой поведать об этом. Она, вероятно, захочет организовать вечеринку, чтобы объявить об этом.

– Я позабочусь о том, чтобы Пресли держала рот на замке, – подтверждаю я, давая ему знать, что на меня можно положиться.

Он кивает мне перед тем, как исчезнуть за дверь, оставляя меня с моими мыслями.

У Эмбер будет ребенок.

Робби станет отцом.

Мою грудь стягивает глубокая боль, и я сажусь, осознавая новость. Боль начинает обжигать, и я бью по груди, пытаясь облегчить эту боль. Затем до меня доходит – я завидую. Я никогда не завидовал счастью ни одному из своих друзей, но в данный момент, я хочу то, что есть у него.

– Пресли, я здесь, – я кричу из гостиной, чтобы не напугать ее.

– Я на кухне, милый.

Я бросаю свой телефон, бумажник и ключи на маленький столик рядом с ее сумочкой и вижу, что она оформила в рамку еще одно наше фото и поставила его здесь. Я больше, чем уверен, что это фото с нашей последней поездки на винодельню, в выходные после вечеринки Равэн. В этот раз мы поехали с группой, но это фото было снято, когда никто из нас не смотрел в камеру. Возможно, оно одно из моих любимых.

Запах чеснока витает по дому, и мой желудок бурчит в знак одобрения. Я захожу на кухню и замираю на месте, наблюдая, как Пресли что-то мешает на плите в одной из моих футболок. Она недавно приняла душ, ее волосы все еще влажные, свисают свободными локонами. Аромат ее геля для душа и шампуня чувствуется в воздухе.

Желание шипит и распространяется по моим венам, подобно огню. Мой член набухает и утолщается, упираясь в мои шорты. В моей голове вспыхивают мысли о том, как раздеть ее и подмять под себя.

Ее лицо загорается, когда она ловит меня, наблюдающим за ней из дверного проема. Иногда, ее красота ударяет по мне с такой силой, что я чувствую физическую боль. Мое обожание к ней настолько глубоко, что я не могу описать его.

Смотря на нее сейчас, улыбающуюся мне с такой преданностью и думая о моем утреннем разговоре с Робби, я не могу ждать. Сейчас я нуждаюсь в ней.

Я подхожу к ней и молча выключаю плиту. В ее глазах вспыхивает удивление, когда я с легкостью поднимаю ее на руки. Она прижимается ко мне, обхватывая мое лицо руками перед тем, как наклониться ближе и нежно прикусить мою нижнюю губу. Наши рты сливаются, наши языки борются за контроль.

Наваждение и спешка оказаться быстрей внутри нее и берут верх. Я отстраняюсь достаточно, чтобы снять с нас обоих футболки и возвращаюсь к поцелую. Молча, я благодарю Бога, что она под футболкой голая. Ее вкус, ее запах и ощущение ее груди напротив моей еще сильней разжигает огонь внутри меня.

Я передвигаю нас по комнате, пока ее попка не касается края стола, и сажаю ее на него, спуская руки вниз к шортам и стягивая их. Наши рты не прекращают контакт, когда Пресли слегка царапает ногтями вниз по моей груди и обхватывает мой член. Он вздрагивает в ее руке и начинает пульсировать.

Невероятный голод проносится по моим венам в необходимости быть внутри нее, но я заставляю себя замедлиться. Одна рука приподнимает ее, пока другая скользит между ее ног, находя ее гладкой и влажной. Она стонет в мой рот, когда я скольжу в нее двумя пальцами. Ее тело дрожит, и она толкается бедрами к моей руке.

– Малышка, я не могу больше ждать. Мне нужна твоя киска прямо сейчас.

– Да! – Пресли практически мурлычет, проводя рукой вверх и вниз по моему члену.

Я вынимаю пальцы, накрываю ее руку своей и отклоняюсь, чтобы посмотреть, как я вхожу в нее. Мой взгляд поднимается к ней, и я почти взрываюсь от страсти и голода в ее взгляде. Пресли соблазнительно облизывает свои губы и медленно отодвигается назад, даря мне идеальный вид на ее сиськи, когда ложится на стол. Я следую за ней, наклоняясь вниз, медленно толкаясь, когда всасываю один из ее сосков в рот. Девушка выгибается ко мне всем телом, проводя пальцами по моей голове. Ее бедра дрожат у моего тела, глубже принимая меня. Она хнычет, и весь контроль летит к чертям.

Я жестко толкаюсь в нее, пока мой рот посасывает и покусывает ее грудь, двигаясь вверх к ее шее. Ее стоны становятся громче с каждым моим толчком. Стол бьется об стену кухни, подпитывая мою энергию, а нужда поглощает меня.

Тихий треск единственное, что заставляет меня замедлиться, и я поднимаю ее, когда стол трескается из-за нашего давления. Пресли, кажется, не замечает и прижимается ко мне, ее рот снова завладевает моим. Не разрушая нашей связи, я перемещаю нас к стене и начинаю отчаянно толкаться в нее, чувствуя, как жар начинает разрастаться.

– Финн, – выдыхает она, ее горячее дыхание обжигает губы.

– Кончи для меня, малышка. Позволь мне услышать тебя.

Ее мышцы сжимаются, когда твердеют мои яйца, и мы вместе кончаем. Комнату наполняют ее крики, а я кончаю так сильно, что мое зрение становится мутным. Пот стекает по моей спине и груди, пока мое сердце бешено бьется. Когда я удостоверяюсь, что мои ноги достаточно окрепли, я переношу нас к дивану и падаю на него, крепче прижимая ее к себе. Наше дыхание выравнивается, и она скатывается в сторону, продолжая обвивать меня ногами. Я закрываю глаза, пропитываясь ощущением ее в моих объятиях и интенсивности того, что только что произошло.

Секс с Пресли всегда невероятен. Даже когда я тяну время, медленно занимаясь с ней любовью, между нами все равно сильная связь. Но сейчас было по-другому. Связь была намного мощнее, умопомрачительнее. Я никогда раньше не был настолько груб, но она позволила, полностью доверяя мне.

Мы лежим вместе, тихо, мои руки крепко обнимают ее.

– Нам нужно заменить стол до того, как Винни приедет на выходные, – Пресли нарушает молчание, рисуя случайные узоры на моей груди кончиками пальцев. Я передвигаю ее тело, и у нее нет выбора, только как снова лечь поверх меня. Затем я вытягиваю шею, чтобы посмотреть на повреждение.