— Третья рота! В каре!

— Пятая рота! В каре!

— Шестая!..

— Первая!..

Путаное брожение в логе, учеными умами названное броуновским (а идиоты и слов таких не знали), приобрело порядок, цель и смысл. Покойники разбирали оружие (кто какое находил) и строились в защищенные со всех сторон квадратные коробки — первый ряд на одно колено, уткнув в грудь невидимому врагу протазан-копье-кислотный мушкет с примкнутым штыком, второй ряд — во весь рост, занеся над головой секиру-саблю-да и хоть тот же штурмовой протазан, оружие универсальное и весьма эффективное.

Над логом раздалось гортанное боевое мычание нелюдей, и мутантские полчища начали формировать свои боевые построения, в отличие от человеческих квадратов напоминавшие кривые и косые треугольники — «свиньи». Десятки каре и «свиней» замерли вперемешку, ощетинившись стреляющим, режущим, рубящим и ударно-дробящим арсеналом, а сверху опускался тяжелый золотой свет, словно тарелкой с царского стола накрывая поле смерти…

— ДОСТАТОЧНО ВОЙН, — раздался с неба трубный глас. — ДОСТАТОЧНО СМЕРТИ. МЫ ПРИШЛИ, ЧТОБЫ ЗАБРАТЬ ВАС. ОПУСТИТЕ ОРУЖИЕ.

— Кто это там гавкает?! — задрав голову к небу, осведомился полковник Каген, удобно устроившись в центре второго каре. — Я нахожусь на боевом посту, выполняю боевую задачу! По какому праву вы требуете от меня и моих людей сложить оружие?

— ВАША ЗАДАЧА ВЫПОЛНЕНА. ВЫ ПОГИБЛИ С ЧЕСТЬЮ. МЫ ПРИШЛИ, ЧТОБЫ ЗАБРАТЬ ВАС В СВЕТ.

— Кто вы такие?!

— МЫ БОГИ.

Лейтенант Марти Сью про себя хмыкнул. «Боги, ишь. Нет бы им раньше появиться…» — и поудобнее перехватил саблю.

Все вокруг уже было золотым. Золотая земля, золотая (нет, не пожухлая) трава, золотые камни, золотые деревья. Золотые мертвецы. И люди, и муты. Все было золотым.

Прямо в небе внезапно открылся синевато-черный зев, окаймленный огненной чертой, откуда начали выходить фигуры. Высокие, стройные, затянутые, казалось, в один только сплошной серебряно-золотистый свет. За плечами у фигур трепетало что-то подозрительно смахивающее на крылья.

— Убирайтесь откуда пришли! Мы находимся на боевой позиции и с нее не уйдем! — И полковника Кагена поддержало нечленораздельное (на людской слух) боевое рычание предводителя мутов.

— ВЫ НЕ ЖИВЫЕ, — проинформировал голос.

— Ну и что?!

— ВЫ УМЕРЛИ. ВЫ ПОГИБЛИ. ВЫ НЕ СУЩЕСТВУЕТЕ. МЫ ПРИШЛИ, ЧТОБЫ ЗАБРАТЬ ВАС.

— Я мыслю — следовательно, существую! — популярно разъяснил божественному гласу полковник. Дал отмашку каре, каре расступилось, и полковник прошел сквозь ряды мертвецов, вплотную подойдя к ближайшей светящейся фигуре. И шамширом прочертил по земле линию. — Любой, кто переступит эту черту — умрет!

— ВЫ ИДИОТ, ПОЛКОВНИК? — В трубном гласе с неба послышалась некоторая оторопь. — ВЫ НЕ ПОНИМАЕТЕ…

— Это вы не понимаете! Меня может снять с позиции только приказ Верховной Ставки!

Золотистая фигура, видимо, устав от общения с идиотом, шагнула вперед.

И полковник Мурко Каген привычным ударом отрубил ей голову.

На мгновение все оцепенели. Трубный глас издал булькающий, совсем не божественный звук. Безголовое тело мешком грянулось оземь, из обрубка шеи брызнул фонтан красной крови.

— Ломай ряды!!! — не своим голосом, а паровозной дурниной заорал лейтенант Марти Сью, размахивая саблей. — В атаку!!!

От фигур ударили серебристые лучи. Два луча скрестились на полковнике, и его тело мгновенно рассыпалось легким серым пеплом. Но было уже поздно.

«Боги» находились слишком близко от воскресших покойников. Лавина ходячих мертвецов, расстрелянных, изрубленных, безголовых, одноруких, одноногих, захлестнула немногочисленных «богов», и лучи смерти не помогли. Синевато-черный зев в пространстве закрылся, как рот пациента стоматолога, и бежать божественным фигурам стало некуда.

По ветру летели хлопья серого пепла.

Под ногами валялись растерзанные тела «богов» в золотистых скафандрах.

В тот момент, когда последнего «бога», исступленно хлеставшего по толпе тепловым лучом, как кнутом, подняли на пики сразу два мутанта, пропало золотое сияние. В мир вернулись краски.

Зеленовато-рыжая пожухлая трава.

Черные костяки деревьев.

Темно-бурая засохшая кровь и еще свежая алая.

Синее небо.

Безоблачное. Чистое. Пронзительно-голубое.

«А все-таки мы идиоты», — подумал лейтенант Марти Сью, воткнул саблю в землю и перестал существовать.