— Мира, может быть, рано…

Она молча потянула его за собой на диван.

Вампирша ли? Стёрся этот образ: бессмертный, безжизненный, мраморно-холодный. Перед ним была полная жизни чаровница, будто виденная когда-то прежде в отражении у вод Источника. Странными призраками казались тонкие полоски шрамов от серебра на её гладкой бледной коже. Ожерелье вокруг шеи — след от ошейника… Карл покаянно приник к нему губами и почувствовал вкус серебра — жгучий и свежий. Другие охотники узнавали его на посвящении, целуя серебро кинжала. Воспоминание о нём давало им защиту в битве с carere morte… А его щит — другого рода.

— Люблю, — зашептал он вампирше, коснулся губами шрама над левой грудью. Мира обняла его голову, прижала к себе.

— "Где глава Ордена? Срочное донесение из Ориенса! — похоже спародировала она Тони. — О, он в своём кабинете… с вампиркой… У них там… э-э… совещание!" — она счастливо засмеялась, и, покорённый этим незнакомым девичьим смехом, он уступил всем её желаниям. Телефон на стене молчал, в коридоре не слышны были ничьи шаги: никто не спешил к главе со срочным докладом. Злодейка-ночь дарила им этот час. Горячий, душный как перед грозой воздух лип к коже. А под высоким потолком кабинета всё копилась тень, клубилась тучей.

Пробуждение Лиры было тяжёлым. Она долго балансировала на грани сна — странные образы, незнакомые лица, чужие голоса не исчезли, и когда она поняла, что это — только сон. Лира едва оторвала свинцово тяжелую голову от подушки, словно накануне выпила дрянной загустевшей крови. Со стоном она огляделась. Девушка была в своей комнате "Тени Стража", лежала нераздетая, на неразобранной кровати. Кто-то принёс её сюда и бросил, как куклу.

Воспоминания замелькали в голове: собрание, слова Владыки о том, что Лира Диос должна будет по-новому наложить Покров после взятия Академии. "С Орденом всё должно быть кончено", — и радостные лица старших Калькаров. Дальше — они с Дэви одни в зале: "Кто Избранная? Имя?" Гнев Бездны и побеждённая охотница. "Обменяемся же кровью, Лира Диос!"

Лира снова застонала, упала лицом в подушку. Вот, чем были странные образы её сновидения — обрывками мыслей и памяти Дэви! Как же ей избавиться от надзора Владыки и завершить, что указывает Бездна?

"Ай-яй-яй! — немедленно прокомментировал это некто голосом Дэви. Лира испуганно оглянулась, но комната была пуста. — Ты же обещала, Лира!"

"Убирайся из моей головы!" — Лира постаралась вызвать в мыслях ужасающий образ Бездны, напугать хитрого вампира. Но образ рассыпался в пыль. Дэви захохотал: "Даже не пробуй лгать мне, Лира Диос! Теперь не уйдёшь от меня никуда. Готовься же к Балу!"

Его голос смолк не сразу, эхо звенело в ушах… Лира с тяжелым вздохом поднялась. Переодевшись для прогулки, она спустилась из башни в Зеркальную галерею.

Замок опустел. Внутренний двор без единого экипажа показался Лире неожиданно большим. Минувшей ночью был обильный снегопад, площадка превратилась в огромное четырёхугольное ровное снежное поле. И ни одного следа. Carere morte во главе с Владыкой до снегопада отбыли в столицу на битву. Слуги отдыхали. Пока Лира шла гулкими коридорами, она не встретила ни одной куклы в серой ливрее. Девушка сама отворила дверь в галерею.

Здесь был пасмурный день. Зеркала затянуло серым шёлком облаков. Сотни появившихся изломанных отражений рыжей взъерошенной девушки ничуть не развеселили вампиршу. Лира была сама не своя. Она была в бешенстве! Упасть сейчас, когда до цели один только шаг?! Нет… Нет! Она найдёт способ…

"Лира, не отвлекай меня по пустякам", — раздражённо сказал Дэви. Молодая вампирша скрипнула зубами.

"Как же избавиться от этого голоса?!"

"Выпей святой воды", — насмешливо посоветовал Владыка. В этот раз Лира успела ухватить хвост его мыслей: Дэви прибыл в столицу и готовился к битве.

"Интересно. Выходит, и я могу свободно читать его мысли?"

Она прислушалась к отголоскам его удаляющегося голоса, но — Бах! — незримая широкая стена сейчас же встала между ней и далёким Владыкой. Дэви закрылся от неё, и крохотная частица её проклятия безответно стучалась в двери его памяти. Они были закрыты. Но часть проклятия Дэви по-прежнему была в крови бывшей охотницы, и Лира не знала, как поставить в своём сознании такую же стену…

"Даже не пробуй, — сейчас же подхватил Дэви, — не получится. Низшие в этом умении почти всегда уступают Высшим. Ваше проклятие ещё слабо".

— О-ох! — выдохнула Лира. — И так будет всегда?!

Дэви не ответил. Правая дверь галереи отворилась. Равнодушный слуга Владыки размеренно поклонился вампирше и произнёс.

— Леди Диос, Рикард Ларгус ждёт встречи с вами. Я провожу.

Недоумевающая Лира спустилась за ним. В большом зале, совсем выстуженном и тёмном, её, действительно, ждал Рикард Ларгус. Фамилия Ларгус была известна Лире — одна из тридцати Фамилий Короны. Девушка смутно вспоминала, что когда-то даже была знакома с охотницей этой фамилии — кажется, её звали Селеста… Но Рикард был ей незнаком. Помнится, он присутствовал на последнем собрании Дэви… А может и нет.

— Леди Диос, — Рикард вежливо поклонился ей. Это был мужчина средних лет, высокий шатен с карими глазами. — Владыка приказал мне сопровождать вас на Балу Карды.

— Вот как!

— Да. И это… ваше на следующую ночь. — Он передал ей маленькую брошь с гербом Первого вампира. Лира усмехнулась. Этот значок на Балу Карды означал: его владелец наделён особой властью. Все carere morte бала должны были подчиняться ему, как своему владыке. Дэви наделяет её чрезвычайными полномочиями? С чего бы?

"О, благодарю, Владыка…"

"Пользуйся всеми carere morte Бала, но приведи мне Избранную, Лира Диос!" — немедленно отозвался тот.

Лира поморщилась, как от головной боли. Она равнодушно нацепила значок, повернулась к Ларгусу спиной, но вампир не уходил.

— Вы и до Бала будете сопровождать меня? — звонко осведомилась Лира.

— До Бала, на Балу и после, — он оскалился, должно быть, изображая доброжелательную улыбку.

— Ясно.

— Я — ваш помощник.

— Ясно!

Лира стремительно выскочила из комнаты, вампир двинулся за ней. Лира приказала одинокому слуге в коридоре готовить экипаж и гордо прошествовала к выходу. Куда она собралась ехать, девушка и сама пока не знала.

"Куда-нибудь подальше от Тени Стража".

Лира ожидала усмешки Владыки, но Дэви, похоже, был занят. Несмотря на глухую стену, некоторые сильные его чувства, мысли долетали до неё. Дэви вновь вёл собрание, а его волнение нарастало. Он тревожился и предвкушал. Предвкушал битвы грядущих ночей.

Ступив за двери замка, девушка на мгновение остановилась, поражённая нестерпимым сиянием снега, но двинулась вперёд. Ларгус не переступил порога.

"Высший!" — Лира улыбнулась: "Сбегу в два счёта", но её улыбка тут же погасла. В карете, которую ей подали, находился carere morte. "Кукла", — поняла Лира по пустому взгляду этого молодого человека. Ещё один сопровождающий.

— Если днём вы встретите опасность, я успею прийти вам на помощь, — пояснил вампир у дверей. Лира вздохнула: "Кукловод…"

Обычно куклы не выходили днём на солнце, как и их хозяева. Но куклам не грозило быть испепелёнными солнечным светом за мгновение, поэтому иногда, в крайних случаях, хозяева выпускали их в дневное небо на несколько мгновений, закутанными в крылатую тень. Если Лира попробует сделать шаг в сторону с намеченного пути, эта кукла бросится за ней — и исход поединка Низшей и Высшего не вызывал сомнений…

Она долго забиралась в экипаж — мешала тяжёлая юбка. Раб Ларгуса пришёл ей на помощь, подал руку. Вампирша фыркнула, но помощь приняла. В карете она отодвинулась от куклы на максимально далёкое расстояние, скрестила руки на груди и обиженно отвернулась к закрытому окну.