— Я гонюсь за яркой эротикой.

— Меня не интересуют твои принципы…

— Позвольте перефразировать. Я фея, которая гонится за ярким эротизмом.

— Ты чего творишь?! Заменить на фею и эротизм звучит так возвышенно… Нет!

И каким образом объяснить этой девушке, что такое считается за сексуальное насилие, даже если собеседник парень? Надо поработать над этим.

— Так что мне делать? Говорите прямо, без колебаний. Я человек простой, по мимике ничего не понимаю. Если вы говорите намёками, это так тукло… тук… тук…

— Тускло, эй!

— Простите. Я запанулась.

— Определённо запнулась!

— Так что?

— Ну… Скорее всего, это наверху.

Я указал на лестницу.

— Там моя старая знакомая.

— Хм?

— Помнишь ту девочку, которая вчера пробежала мимо нас, когда мы поднимались?

— Ага. Такая милашечная.

— Сомневаюсь, что нужно было это вспоминать…

— Как бы сказал Арараги-сэмпай, задок что надо.

— Я не говорю так!

Ну ладно.

Лесбиянка же.

Это лучше, чем если б она не помнила.

— Я всё думал, что где-то её видел… а позже вспомнил. Вчера я не был уверен, но полчаса назад я увидел её в книжном, и сомнения исчезли. Она подруга мой младшей младшей сестры.

— Как-то… — озадаченно проговорила Камбару. — Такое совпадение… Удивительно.

— Ага. Сам в шоке.

— Да. В последний раз я так удивлялась, когда проснулась сегодня утром, и оказалось, что будильник остановился.

— Так это совсем недавно! И в таком удивлении ничего особенного! Это нормально!

— Хм. Тогда поправлюсь. Э-эм, в последний раз я так удивлялась из-за кембрийского взрыва29.

— А теперь больно далеко! И вообще нельзя сравнивать случайную встречу с давней знакомой в небольшом городе и глобальное событие истории Земли! Чую, что, похоже, ничего здесь удивительного и нет!

— Как же высоки ваши требования, Арараги-сэмпай. Так эта девочка сегодня тоже пошла в храм?

— Скорее всего.

Судя по реакции, даже быстроногая Камбару пришла сюда позже Сэнгоку. Ну, всё-таки Сэнгоку пошла сюда прямо из книжного, хотя, в конце концов, это в какой-то степени просто моё предположение, и если её здесь не окажется, то это даже лучше.

Однако книга, которую Сэнгоку читала в магазине.

Вот в чём проблема.

— Книга?..

— Да. Ну, об этом позже. Вообще, для чего я тебя позвал, я тут назвал её старой знакомой, но это больно громко сказано. Наоборот, сомневаюсь, помнит ли она меня, так что она может решить, что это какой-то странный подкат, а инстинкты защиты у девочек-подростков просто жуть.

— Звучит, будто у вас уже был опыт.

— Ну, не без этого.

Многие мне говорят, что я добр ко всем, но конечно же, это своеобразное восполнение за болезненный опыт. Ну, не скажу, что меня это особо ранит, но довольно тоскливо, если из-за этого я не смогу спасти того, кого спасти мог бы.

— Для этого ты и здесь, Камбару, думаю, ты в состоянии привлечь девочку. Ты же школьная звезда.

— Сейчас уже нет, и сомневаюсь, что когда-то была, но я поняла. Ясно, что вы хотите сказать. Тронута вашей наблюдательностью, Арараги-сэмпай, действительно, я могу привлечь девочку.

— Прекрасно. Значит, я правильно позвал тебя.

Хоть и не как Ханэкава, но выглядит заботливо.

Она и в средней, и в старшей школах была капитаном команды.

Обратная противоположность нынешней Сендзёгахары… Хотя нужно сказать, что это наследие Сендзёгахары времён средней школы.

— Если конкретней, то могу заверить, что я соблазню любую девочку за десять секунд.

— Звать тебя было величайшей ошибкой!

Не надо нам таких способностей!

Я не собираюсь портить жизнь этой девочки!

— Только не говори, что баскетбольная команда просто была твоим гаремом…

— Я бы так не сказала.

— А как бы сказала?

— Убрала бы «просто».

— Ничего не поменялось!

— М-м? Старая подруга младшей младшей сестры, значит… Выходит, у вас есть младшие сёстры, Арараги-сэмпай… Как минимум две.

— Ч!

Как я мог!

Раскрыл этой юрийщице информацию про своих младших сестёр!

— Хохохо… Вот как, сестрёнка Арараги-сэмпая… Хо, хохо, хохохо. Интересно, насколько они на вас похожи…

— Какие-то странные у тебя мысли… Эй, что это за грязная улыбочка у тебя на лице?! И с такой улыбочкой ты смотришь на человека, которому поклялась самоотверженно служить?!

Кстати.

В некоторой степени мы похожи.

— Ладно, Арараги-сэмпай, конечно же, я не трону ваших младших сестрёнок. Мне как раз плюнуть соблазнить какую-нибудь девочку, будь она даже чей-нибудь сестрёнкой, но пока мы так близки с вами, Арараги-сэмпай, мне это не нужно.

— Ты угрожаешь так?!

— Угрожаю? Ай-ай, какое бесчестное заявление. Если я услышу что-нибудь настолько шокирующее от любимого Арараги-сэмпая, боюсь, моё бедное сердце не выдержит, и я даже не знаю, что сделаю тогда. Ну, Арараги-сэмпай, нет ничего другого, что бы вы хотели сказать мне?

— Кх…

Повлияла…

«Нынешняя» Сендзёгахара действительно начала влиять на эту кохай!..

И влияние далеко не положительное!

— Ох, что-то у меня грудь затекла из-за бега. Помассировал бы кто.

— Я, по-твоему, что-то потеряю от этого?!

— Шутки в сторону, — сказала Камбару, посерьёзнев. — Арараги-сэмпай, я, конечно, не против помочь, но это ведь связано со вчерашним?

— Ну, да.

— То самое?

— Ага…

— Эхех.

Камбару передёрнула плечами. Она поднесла левую руку ко лбу, но остановилась и поднесла правую.

— Похоже, права была Сендзёгахара-сэмпай когда говорила, что вы добры к любому. Ну, когда сталкерила за вами, я и сама хорошо прочувствовала это, но видеть это прямо перед собой… Совсем другое ощущение.

— Камбару…

— Сендзёгахара-сэмпай говорила, что чувство благодарности сразу исчезает.

— …

— Хорошо. Просто мысли вслух. Нет, просто с языка сорвалось. Пойдёмте, Арараги-сэмпай. Если не поспешим, она может уже закончить своё дело.

Дело.

Дело в покинутом храме.

— А… точно.

Мы вместе ступили на лестницу, по которой поднимались вчера.

Сегодня Камбару не взяла меня за руку.

— Эй, Камбару?

— Чего?

— Ты думала о будущем?

— Будущем… До случившегося с рукой, я думала поступить в университет со спортивной рекомендацией, но сейчас уже не выйдет. Буду сдавать экзамены как все.

— Вот как.

Её левая рука излечится к двадцати годам. Для семнадцатилетней Камбару это будут тяжёлые, длинные три года.

— Я конкретно не решила в какой университет пойду, но лучше бы тот, где сильная баскетбольная команда, наверное, всё-таки спортивный институт.

— Не думала поступать туда же, куда и Сендзёгахара?

— Вы собираетесь?

— Если честно… Только Сендзёгахаре не говори, — сказал я.

Камбару кивнула.

Послушная милашка-кохай. Досадно признавать, но всё как Ханэкава и сказала… Иметь такую милую кохай весьма приятно.

— С твоей подготовкой же можешь поступить туда же, куда и Сендзёгахара?

— Я бы так не сказала. Я из тех, кто всего добивается упорством, а сейчас у меня всё уходит на поддержание нынешнего уровня.

— Понятно. Но…

— К тому же… — продолжала Камбару. — Не всегда же идти вслед за Сендзёгахарой-сэмпай.

— …

Какое изменение мыслей.

Совсем не в её стиле заявление… Хотя, может, мои расчёты были слишком поверхностными, и я неправильно рассудил о ней. Но в прошлом месяце, когда мы только встретились, Камбару была сосредоточена лишь на том, чтобы идти вслед за Сендзёгахарой Хитаги…

Неужели что-то изменилось?

Из-за странности.

Странности это не всегда плохо.

Они изначально далеки от хорошего или плохого.

— Ну, что бы я ни выбрала, я хочу и после выпуска поддерживать отношения с вами и Сендзёгахарой-сэмпай. Я бы хотела, чтоб мы вдвоём, то есть, втроём встретились в последний раз для памятной фотографии.