- Не надо орать на меня, - гневно сузил глаза Святослав. - Как хочешь, моя дорогая, но учти, что я не буду прощать тебе даже малейшие оговорки, понятно? Не хочешь по-хорошему, сама виновата.

  Ну вот, опять. И ведь обещала себе не вестись на его провокации и отвечать спокойно. Тетрадь поддалась, наконец, оказавшись в нутре сумки, вот только поссориться мы уже успели, и я слишком разозлилась, чтобы так просто теперь уйти.

  - И в чем я виновата? В том, что не молюсь на тебя как все остальные девчонки? Или же в том, что не прошу у тебя поблажек, чтобы сдать?

  - Разве я разрешал так панибратски общаться с собой? Не забывай, я все же учитель. А виновата ты в том, что не знаешь предмет, и именно поэтому мой предмет ты не сдашь. - Слово "мой" он выделил особенно. И судя по тому, с какой интонацией все было сказано, сдать я смогу и правда, только после каникул. Но прийти и попробовать я должна. Хотя бы чтоб просто его позлить.

  - Учитель? - я усмехнулась, поднимаясь со своего места. - Ты всего лишь заместитель преподавателя, чуешь разницу? У тебя нет никакой власти, ты не имеешь права ставить оценки. Так что не надо меня пугать.

  - Ошибаешься, - прошипел Святослав, вплотную приблизившись ко мне, тем самым заставляя меня сделать шаг назад. - Власть у меня есть и не хилая. Я бы на твоем месте был осторожней, dívka kus ledu.(Девочка-льдинка).

  Я вскинула подбородок и смерила его ледяным взглядом:

  - Твоему произношению можно позавидовать. Но это единственное, в чем ты лучше меня, - с этими словами я вышла из аудитории, чувствуя, как карие глаза внимательно следят за каждым моим шагом. На пороге я обернулась и, усмехнувшись, бросила: - Прежде чем доказывать свое превосходство, подумай, каково было бы тебе на моем месте.

  - Хочешь жалости?

  Я отрицательно мотнула головой:

  - Понимания. Того, чего ты никогда не сможешь дать.

  - Возможно, и могу, и даже больше, můj malý lady. (Моя маленькая леди).

  Я этого уже не услышала. Возможно, потому, что он не нуждался ни в слушателях, ни в собеседниках.

  - Опять донимаешь студентов, о, великий из преподавателей? Я вот никак не пойму, зачем тебе нужна эта нервотрепка?

  - Неужели ты меня подозреваешь в благотворительности? Раз делаю, значит не просто так.

  - Это да. В чем, в чем, а в этом тебя обвинить сложно. Опять девчонку донимал?

  - Не твое дело. И вообще, у нас же сбор в три часа, что такого важного ты не мог сказать там?

  Сашка помолчал еще пару минут, то ли чтоб меня любопытство замучило, то ли чтоб продумать речь и не ляпнуть лишнего, но начал он немного издалека. Внимательно выслушав доводы друга, я согласился, почти не раздумывая. В конце концов, чем черт не шутит?

  - Кость, я дома! - швырнув сумку в сторону вешалки, я сняла сапоги и прошла на кухню, ставить чайник. Через пару минут на пороге возник мой старший брат, отчаянно зевая и потягиваясь.

  - Привет, Вестик. Как учеба?

  - Отвратительно, - буркнула я, доставая сахарницу с верхней полки шкафчика.

  - Так, сегодня пятница? - уточнил брат и, дождавшись моего подтверждения, довольно заулыбался: - Опять чешский?

  - Опять Ангорский! - в сердцах рявкнула я, от злости рассыпая сахар. - Достал уже со своими придирками, честное слово. Он у нас еще и зачет будет принимать!

  - Эй, стоп! - Костя полез в холодильник и начал быстро сооружать бутерброды. - Он же обычный студент, причем, даже не педагогического факультета. Не имеет права.

  - Это ты ему скажи. Похоже, Ольга Степановна на весь декабрь передала ему бразды правления. И кроме меня никто не возмущается, и возмущаться не станет. Уж что-что, а справедливое преподавание - это про него. Если не брать в расчет меня, конечно.

  Я устало плюхнулась за стол, уставившись в окно. Кто бы знал, как я устала от этого Ангорского... То же мне, божество. Почему его многочисленные поклонницы не видят недостатки своего кумира так же ясно, как и я? Раздраженно выдохнув, я сделала глоток и тут же зашипела от боли - из-за своей злости на Святослава я забыла добавить холодной воды, и теперь мой язык жгло так, словно к нему приложили раскаленную кочергу. Я же говорила, что от Ангорского одни неприятности!

  - Скоро ты на людей бросаться начнешь. Ну что ты так переживаешь, ну не сдашь с первого раза, сдашь со второго.

  - Ага, а не со второго, так с третьего и по накатанной. Так долг у меня до следующей сессии висеть будет. А я, между прочим, льготница, да еще и повышенную стипендию всегда получала.

  - Ладно, расслабься немного. Ты, кстати, что на Новый год делать собираешься?

  - Есть предложения?

  Обычно я всегда этот праздник праздновала с родителями, специально рассчитывая время, чтобы хотя бы на неделю можно было съездить. Правда, брат редко меня поддерживал в этом начинании и обычно праздновал с очередной новой пассией.

  - Вообще-то есть. Меня в этом году на дачу ребята пригласили. С Танькой я поссорился, а новые отношения заводить как-то пока не хочется. Поедешь?

  - С чего бы это?

  Нет, идея конечно не плохая. Родители родителями, но что не говори, там скучно становиться уже на третий день.

  - Отдохнешь, развеешься, нервы подлечишь. Тебе полезно.

  Что-то он однозначно затевает. Вот только не понятно, что именно.

  - В чем подвох? - нахмурилась я, недоверчиво глядя на брата. Тот недоуменно посмотрел на меня и пожал плечами:

  - Какой подвох, сестренка? Я действительно хочу встретить Новый год с тобой, поэтому и предложил. Если хочешь поехать к родителям - езжай, я же присоединюсь к вам только числа пятого.

  Я задумалась, лениво чертя на поверхности стола какие-то узоры. Может, виной моей излишней подозрительности стало раздражение? Я сделала осторожный глоток кофе и мысленно взвесила все за и против. Плюсов у такого празднования Нового года было больше и поэтому, приняв, наконец, решение, я кивнула:

  - Хорошо, я поеду с тобой, Кость. Только давай без твоей дурной привычки спать с новыми девочками.

  - Дорогая моя Весточка, давай, я на правах старшего брата буду сам решать, что мне делать? А вот ты с выбором компании на ночь будь осторожна. Не хочу потом бить морду какому-нибудь своему другу, - он встал из-за стола и, потянувшись, взъерошил волосы. - У меня свидание, я умчался.

  - Ты же говорил, что не хочешь новых отношений? - крикнула я ему вслед, когда он ушел в свою комнату переодеваться.

  - Это не отношения... Я подобное называю перекусом, - приглушенный голос брата был наполнен самодовольством.

  - Когда-нибудь и тобой перекусят, - съехидничала я. - Тогда-то ты и поймешь, что нехорошо так поступать.

  Брат возник на пороге, натягивая на ходу серый пуловер:

  - Мной перекусят? - он фыркнул, всем своим видом показывая, что он думает о моем заявлении. - Такие как я, только будоражат аппетит. Один раз попробовав - нереально остановиться.

  - Тогда съедят целиком и не подавятся.

  Не сказать, что такие походы брата меня действительно раздражали, в чем-то я его даже понимала. Он же уже не ребенок и его потребности, естественно, далеки от детских. Природа берет свое. Просто, когда насмотришься на его отношения с девушками, начинаешь проверять каждого, кто симпатизирует тебе, на вшивость. Я даже определённое поведение разработала. И, к моему глубочайшему сожалению, пока никто проверку так и не прошел. Для кого-то я была не единственной, другие надеялись на отношения без обязательств. Было много разных, но все они провалились.

  Телефонный звонок спас меня от грустных и никому не нужных мыслей. Звонила Ксюшка и приглашала в клуб. Долго не думая, я согласилась. Брат прав. Мне хоть немного надо развеяться, иначе я скоро просто превращусь в злобное дерганное нечто. Договорившись встретиться через полтора часа у ближайшего ко мне метро, хотя ближе к нему было скорее ей, мне же еще десять минут ехать пришлось, я направилась приводить себя в порядок. Сегодня я хотела просто отдохнуть и ни о чем больше не думать.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: