Питер Кейв

ЗМЕИНОЕ ГНЕЗДО

Глава первая

Проект новой городской автомагистрали стал предметом большой дискуссии с самого первого дня, как он был предложен министерством транспорта.

Многие жители Глазго с огорчением сетовали на то, что Уайтхолл[1] не хочет брать на себя бремя основных расходов. Раздавались голословные утверждения, что члены городского совета получили взятку от подрядчиков, стремившихся получить выгодный заказ.

Затем в игру вступили защитники окружающей среды, оплакивая дальнейшую потерю бесценного, но, увы, постоянно редеющего лесного массива, что окружает «Милый Зеленый Край», как некоторые старые жители Глазго до сих пор величают свой любимый город и окрестности. Их аргументы получили дополнительную силу благодаря тому факту, что, согласно проекту, магистраль должна была пройти менее чем в полумиле от одного из самых значительных археологических памятников, обнаруженных в Шотландии за последние шесть десятилетий. Там, где, как выяснилось, когда-то располагался большой лагерь римлян, произвели раскопки и уже обнаружили много важных для науки находок. Наступил момент, когда всем казалось, что зеленые могут праздновать победу.

Но проектировщики в конце концов добились своего. Подряды были распределены, работа закипела, и тема эта постепенно сошла с первых страниц местных газет.

Вплоть до последнего времени все обстояло именно так. Но строительство новой дороги приготовило еще несколько сюрпризов.

Старший инспектор, детектив Джим Таггерт, как правило, не особенно интересовался политикой. Во-первых, у него не хватало на это времени и он более или менее привык к тому, что всеми общественными вопросами в их семье ведает жена. С другой стороны, гораздо сильней его волновал тот факт, что в земле вдруг начали находить человеческие черепа.

Сержант Майк Джардайн остановил машину прямо на строительной площадке. Заглушив двигатель, он вылез из кабины и подождал Таггерта, чтобы вместе отправиться к небольшой группе людей, столпившихся вокруг ковша экскаватора.

Таггерт угрюмо обозревал море грязи и распаханной земли вокруг. Взгляд его скользил по линии земляных работ, словно уродливый шрам змеившейся по некогда зеленым полям.

— Мальчишкой я любил собирать здесь ежевику, — проворчал он, сумев простой фразой создать такое впечатление, будто он с детства отрицал всяческий прогресс.

Но эта информация вкупе со смыслом, в ней заключенным, не достигла ушей Джардайна. Он уже наглухо погрузился в свое «рабочее» состояние. Для него стройплощадка являлась всего лишь местом жуткой находки, а, возможно, и преступления.

— Конечно, вполне может оказаться, что это еще один римский череп, сэр. Археологические раскопки, где были найдены остальные два, ведутся с той стороны насыпи. — Джардайн сделал неопределенный жест в сторону скопления техники и рабочих бытовок.

Таггерт что-то промычал, но и только. Он направился туда, где городской патологоанатом-криминалист доктор Эндрюс изучал содержимое экскаваторного ковша.

Эндрюс поднял голову и коротко кивнул вместо приветствия.

— Боюсь, что пресса успела приехать сюда раньше вас, — заметил он. — Они буквально ходят за мной по пятам. Я предполагаю, что черепа станут гвоздем сезона.

Таггерт обвел взглядом группу репортеров и фотографов, удерживаемых несколькими полицейскими за барьером из желтой ленты. С некоторым удовлетворением он заметил, что констебль Джеки Райд, по всей видимости, взяла руководство этой операцией на себя. И хотя Таггерт никогда не сказал бы об этом прямо ни ей, ни Джардайну, он со все большим уважением относился к этой девушке, обещавшей стать преданным делу офицером полиции.

Довольный тем, что представители прессы, кажется, находятся под контролем, он вновь переключил внимание на Эндрюса и содержимое ковша. Там, поверх горки свежей земли, словно огромное грязное яйцо, лежал изуродованный, но вполне узнаваемый человеческий череп.

Таггерт вздохнул.

— Скажите нам что-нибудь хорошее, — попросил он Эндрюса. — Скажите, что это император Клавдий, и мы все разойдемся завтракать по домам.

Эндрюс покачал головой, словно извинялся.

— Боюсь, завтракать нам придется здесь. Римляне большей частью кремировали своих покойников.

— А как же тогда быть с теми двумя черепами, что найдены в прошлом месяце? — вмешался Джардайн. — Они были совершенно целые.

Доктор Эндрюс слегка нахмурился, как будто не привык к тому, чтобы его утверждения подвергались сомнению.

— Это исключение. Вот почему археологов так удивила эта находка.

И Эндрюс вновь полностью переключил внимание на Таггерта, словно младшего офицера не было рядом.

— Хочу сообщить, что у этого черепа полностью отсутствуют зубы и преднамеренно разбита нижняя челюсть.

Таггерт собрался поразмыслить над значением полученной информации, как вдруг его отвлек взволнованный крик одного из строительных рабочих. Примерно в двадцати ярдах отсюда он обнаружил еще один череп. Сейчас он размахивал им над головой, словно флагом.

Гул возбуждения прокатился по группе репортеров.

— Смотрите-ка, у него еще один, — выкрикнул кто-то, и это явилось затравкой для толпы. Прекрасно организованная полицейская операция сдерживания вдруг превратилась в хаос, когда газетчики разом нырнули под желтую ленту и, точно стадо испуганных овец, ринулись к ликующему рабочему.

Не привыкший к такому вниманию, рабочий окаменел, когда гончие псы журналистики сгрудились вокруг него. Он глупо улыбался, удерживая череп в руке.

— Вот так, не двигайтесь. Сделайте вид, как будто вам доставляет удовольствие на него смотреть, — крикнул один из фотографов, готовясь сделать снимок. Смущенный рабочий держал череп в вытянутой руке и хищно на него смотрел, словно дурной актер, играющий сцену «Увы, бедный Йорик» из пятого акта «Гамлета».

Таггерт простонал и готов был устремиться в толпу, но вдруг заметил, что констебль Джеки Райд уже спешит туда, чтобы навести порядок. Протиснувшись сквозь возбужденных репортеров, она выхватила череп из рук рабочего.

— Я возьму его, если вы не возражаете.

Весьма довольная собой, она принесла череп Таггерту и протянула его, как трофей.

— Сэр, водитель самосвала только что нашел это.

Если она надеялась на похвалу, то она ее не получила. Таггерт огрызнулся:

— Почему вы не оставили его на месте?

Джеки Райд сникла.

— Сэр, рабочий уже к нему прикасался, — возразила она. — Он позировал с ним перед фотографами.

Таггерт с усилием справился с раздражением. Джеки права. Не ее вина в том, что ценная улика раньше времени оказалась изъята с места захоронения.

— Ладно уж, бросьте его на землю, — проворчал он, смягчаясь.

Констебль Райд бережно положила череп к ногам и посмотрела через плечо. Взгляд ее повстречался с Джардайном, и она улыбнулась.

— Видишь, собираюсь поиграть в футбол, — тихо обронила она.

Джардайн подарил ей быструю улыбку в знак полного взаимопонимания с коллегой. И вновь принял официальный, деловой вид, когда к ним подошел доктор Эндрюс. Все трое присели на корточки, чтобы осмотреть череп более внимательно.

— Очень похож на первый, — заметил Джардайн.

Эндрюс кивнул, осторожно подвигая череп лопаткой для проб.

— Почти такой же, — согласился он. — Выбиты зубы и раздроблена челюсть. — Он стал во весь рост и обратился к Таггерту. — Теперь ясно, на что мы наткнулись, не так ли? Это чье-то частное кладбище.

— И нет никакой вероятности, что это останки римлян, вроде найденных ранее?

Эндрюс пожал плечами.

— Возможно, но весьма сомнительно. Конечно, нельзя утверждать с уверенностью, пока не будут проведены лабораторные исследования, но мне кажется, что это относительно недавнее захоронение.

— А точнее?

Эндрюс сдержанно улыбнулся.

вернуться

1

Уайтхолл (Whitehall) — улица в центре Лондона, название которой стало нарицательным обозначением британского правительства.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: