И вот наступил тот день, когда нужно было выдвигаться на подготовленные позиции. К этому времени, первые полноценно оживленные жеребцы и кобылы уже восстановились и вернулись в строй, так что моя свита пополнилась некоторым количеством опытных воинов, побывавших не в одном десятке сражений. Чейнжлингов брать с собой запретило командование, да мне и самому хотелось отдохнуть от вида хитиновых морд.

Что за план мы собирались реализовать? Хоть идею и подал я, но всех подробностей не знал, будучи слишком увлеченным своими исследованиями. Если кратко: некромантам и друидам была слита информация о строительстве научной базы, прямо у них в тылу, где в массовом порядке будут проводиться ритуалы воскрешения, не имеющие вредных для души последствий. В документах попавших к шпионам, была указана даже примерная численность защитников, а чтобы они не заблудились, на одной из карт находящихся в общем доступе, кто-то крестиком обозначил точное расположение цели.

На самом деле, сеть шахт, расположенная в глубоком ущелье центральной области Зебрики, была превращена в крепость способную декадами обороняться против многократно численно превосходящего противника. Гарнизон из тысячи грифонов, пяти сотен зебрасов и такого же количества зеброгов, а так же тысячи отборных легионеров, являлся лишь подтверждением того, что за толстыми стенами скрыто нечто ценное.

«И сами бойцы Цезаря, верят в легенду о тайной лаборатории, хоть никого из них в переплетение коридоров и не пускают».

В связи с тем что база находится в труднодоступном месте, не позволяющем использовать фактор численного превосходства при штурме, враг должен будет отправить небольшую но сильную группу одаренных, тем самым ослабляя давление на линию фронта, готовую прорваться в любой момент. Легионы Цезаря же, пользуясь уменьшением количества магов среди армий гильдий, планируют начать контрнаступление…

«Но все это сработает, только если одаренные купятся на приманку. Впрочем, какие-то силы они обязаны отправить, хотя бы для разведки местности и уничтожения нашей крепости. Так что, у меня будет возможность „спустить пар“».

На место меня доставили в небесной повозке, запряженной четверкой зебрасов. Как и при прошлом подобном путешествии, рядом находилась Астрал, задумчиво теребящая правым передним копытцем, висящий у нее на шее кристалл, в котором спала душа Мистики, (в каком-то смысле, вторая близняшка тоже меня сопровождала, хоть и не знала об этом).

Из зарешеченных окон повозки, открывался прекрасный вид на земли Зебрики, местами красующиеся проплешинами оставленными огнем и магией. Однако же, с высоты птичьего полета, разрушения не казались такими уж масштабными, и природа вполне справлялась с затиранием следов минувших сражений. Впрочем я мог и ошибаться, так как до сих пор не видел нынешнюю линию фронта, да и в по настоящему значимых битвах не участвовал.

«Засиделся в лабораториях. Еще немного и начал бы обрастать жиром».

Злость, вызванная встречей с Кризалис и ее последствиями, почти утихла, превратившись в едва тлеющие угли, готовые вспыхнуть, если в них подкинуть сухих дров…

Ущелье, в глубине которого находилась крепость, до половины разрезало невысокую гору, склоны которой поросли кустарником и тощими деревцами. При взгляде на эту неровность, возвышающуюся над болотистым лесом, в разуме возникали сомнения, а не правильнее было бы назвать ее большим холмом?

Зебрасы пошли на посадку, снизив скорость до приемлимого минимума и расправив крылья, чтобы планировать на потоках воздуха. По дну ущелья была проложена достаточно ровная дорога, начинающаяся у стены крепости и уходящая через лес куда-то на запад.

Стоило повозке остановиться, как Астрал распахнула дверь и первой выскользнула наружу, начав осматривать пространство цепким взглядом. Я задержался не многим дольше охранницы, на всякий случай поправив маску, легко выпрыгнул под открытое небо.

Благодаря тому, что ущелье было достаточно прямым и выходило на западную сторону горы, вечернее солнце радовало своими лучами, золотыми стрелами упирающимися в высокую серую стену, сложенную из каменных блоков размером с взрослую зебру. У арки входа, красующейся опускающейся решеткой, нас встречала делегация командиров местного гарнизона, а так же почетный караул из закованных в блестящие доспехи легионеров.

— История повторяется. — Грубым низким голосом, с едва слышимой хрипотцой, заявил высокий мускулистый жеребец, облаченный в серебристую броню.

— … - Прищурившись, всматриваюсь в черты морды офицера. — Гривус?

— Тысячник Гривус. — Не упустил возможности похвастаться один из моих немногочисленных знакомых, которому можно доверить прикрывать спину, не опасаясь получить удар ножом, (он скорее попросит развернуться, чтобы ударить в грудь). — Не ожидал что ты меня узнаешь.

На последних словах, собеседник растянул губы в усмешке, из-за чего несколько длинных шрамов, сложились в устрашающего вида маску.

«Он их специально не сводит? Любой целитель за четверть часа работы, не оставил бы и следа».

— Позволь представить тебе моих спутников. — Так как мы уже были знакомы, жеребец решил взять на себя ведущую роль в переговорах, чему никто противиться не стал. — Этого клювастого кота, (грифон, закованный в доспех из железного дерева, скривился но промолчал), зовут Фрай… Но откликается он и на «эй ты».

— С момента нашей последней встречи, у тебя появилось чувство юмора? — Изображаю голосом изумление.

— Нет. — Вместо Гривуса откликнулся крылатый хищник. — Он просто почувствовал себя бессмертным и потерял инстинкт самосохранения.

— Не обращай внимание. — По дружески, (!), подмигнул жеребец. — Птичка выучила пару слов и теперь вставляет их не по делу.

«Да… Пока я сидел в лабораториях, мир заметно изменился».

— Обворожительная кобылка слева от меня, твоя коллега, некромант и командир пяти сотен зеброгов, Тантра. — Отрекомендовал Гривус черно-зеленую зеброжку, закутанную в черную мантию из-под которой виднелись легкие доспехи.

«Сегодня прямо день встреч».

Сопоставив внешность маленькой кобылки из подземного поселения, бывшей моей одноклассницей, и мордочку уже взрослой молодой кобылы, только теперь я нашел сходства. Тантра стала высокой и стройной, избавилась от жеребячьей пухлости и приобрела некую утонченность, свойственную потомственным аристократам. В знак приветствия она молча кивнула, пропустив мимо ушей восхваление своих достоинств.

«Интересно, а что случилось с Мираж? Даже стыдно немного: совершенно забыл о подругах детства».

Однако, поразмыслить на эту тему мне не позволил Гривус, продолживший представлять офицеров:

— Командующая воздушным прикрытием, пятисотник Уно.

Желто-черная зебраска, облаченная в броню из железного дерева, чуть выступила вперед, позволяя солнечным лучам осветить свою мордочку. В ее глазах сверкала решительность, губы были сжаты в тонкую полоску, напряженные уши стояли торчком и слегка подергивались, будто бы выискивали подозрительные звуки. Долгих три секунды мне понадобилось, дабы образ непоседливой маленькой кобылки из детства, совместился с этой убийцей, взирающей на мир словно из защитного кокона.

«Уно? Как же ты изменилась. Ну „Первый“, подложил же ты мне крысу…».

Угли ярости, мирно тлевшие в глубине сознания, полыхнули с новой силой. Пришлось приложить немало усилий, чтобы не начать фонить жаждой крови во все стороны, а-то ведь солдаты могут неправильно понять. Благодаря скрывающей морду маске, можно было хотя бы не отвлекаться еще и на контроль мимики.

«Надеюсь это последний сюрприз на сегодня? А-то боюсь еще парочка подобных потрясений, все же доведет меня до срыва».

— Похоже я опоздал к началу. — Раздался гулкий голос со стороны арки прохода, после чего из-под сводов стены вышел жеребец в сером комбинезоне, с белой маской на морде, и с железной цепью с которой свисали четыре золотых подвески, надетой на шею. — Давно не виделись, «Седьмой». Как добрался?