Ввалившись внутрь, Эльза первым делом забаррикадировала дверь стулом, стоящим неподалеку. Вероятно, кто-то забыл его здесь. Облокотившись спиной о стену, Эльза, с глубоким вздохом, съехала по ней вниз.

— Эльза, Люси? — Внезапный голос Миры, раздавшейся будто гром среди ясного неба, заставил вздрогнуть обеих.

— Мира, — Люси прижала руку к сердцу, что чуть не вырвалось из груди, — ты нас напугала.

— Что случилось? Почему вы такие запыхавшиеся? Вы бегали? Я ведь велела вам отдохнуть сегодня. — Спокойно говорила она, находясь в легком недоумении оттого, почему же эти две девушки в таком виде. Тут ее взгляд коснулся стула, подпирающего ручку двери и, тем самым, не давая никому войти. — А это что? Вы от кого-то бежали? За вами кто-то гонится? — Испугалась Мира.

— Ну… — Люси замялась.

— Думаю, наша преподобная самоотверженная альтруистка Люсьена Хартфалия соизволит ответить тебе, Мира, на этот вопрос, — Съязвила Эльза.

— Смотри ядом не захлебнись, Эльза, — фыркнула Люси.

— Я так полагаю, это серьезно, — сказала Мира. Девушки кивнули. — Пойдемте к мастеру. Хотя нет, перед всеми будите объясняться в том, что произошло. — Люси и Эльза уже хотели воспротивиться, но Мира лишь одним своим взглядом заставила понурить головы и ступать за ней.

— Люси, так что произошло? — Настойчиво поинтересовался мастер Макаров, сидя в большом зале. Мира же прожигала взглядом дыру в Люси. Та, почувствовав себя неуютно, отвела свой взгляд в сторону и начала медленно рассказывать события сегодняшнего дня, начиная как раз с прогулки по городу.

— Все началось с того, как мы решили пройтись до той деревни, которая находится за городом. К выходу из города вел мост, мы прошлись по нему и направились к этой деревни. С дорогой ее соединял еще один мост, побольше и пошире того, который ведет к выходу из города. Так вот, на этом мосту мы увидели столпотворение и побежали туда… — на протяжении рассказа Люси глаза Макарова становились все шире и шире, Мира тоже была в шоке, даже у инквизиторов была похожая реакция, — …в общем, я спасла этих женщин… и оскорбила священника. — Добавила она, выдержав драматическую паузу, — кажется, я назвала его ничтожеством. И демоном. Ну он приказал стражам схватить нас и повесить. Вот мы и убежали, а они за нами. Но мы были быстрее и я еще крикнула им напоследок «пока, неудачники». Вот, — поведала Люси, опустив голову.

— Вы что?! — Воскликнул Макаров, — вам известно, что нельзя вмешиваться в то, что происходит?! У вас хоть ума-то хватило, чтобы магией не пользоваться?!

— Конечно, — сказала Эльза, — Люси магией не пользовалась, она пользовалась искусством дипломатии, когда втаптывала в грязь приоритеты священника и его самого. — Хмыкнула она.

— Ага, — кивнула Люси, казалось бы и не замечая наезда со стороны Эльзы в свою сторону, — никто не видел, как Эльза материализовала мечи с помощью магии. Но зато все видели, как она отметелила этих придурков, а потом мы смылись. — Улыбаясь, сдала подругу Люси.

— Коза, — прошипела сквозь зубы Эльза.

— Я тебя тоже люблю, — добродушно улыбаясь, ответила Люси, не воспринимая слов подруги на личный счет.

— Вы соображаете, что натворили?! — Макаров был в ярости.

— Вы подвергли опасности не только этих женщин, но и себя! — Воскликнула Мира, — их же все равно будут искать, чтобы повесить как ведьм! Вы думаете, что о них так просто забудут?! Их близким и другим людям придется худо, ведь за укрывательство тоже повесят! Пока священник убежден, что они ведьмы, стража будет искать их по приказу, и вас тоже! О чем вы думали?!

— Это я виновата. Эльза пыталась меня остановить, но я ее не послушала. — Люси вышла вперед, — я не могла стоять и смотреть, как невинных людей собирались повесить! По вашему это правильно?! Там многие люди были не согласны с решением священника, но боялись сказать хоть слово. А я не могла спокойно стоять и смотреть как этот необразованный фанатик мнит себя чуть ли ни властителем, раз может распоряжаться жизнями людей! А этот сброд, не побоюсь этого слова, просто решил развеять скуку, поэтому даже не воспротивился! Стоит какой-то женщине указать пальцем на другую из-за того, что та просто красивей, так ее уже обвинят в колдовстве и повесят, или сожгут, но это же бред!

— Люси, эту эпоху не изменить! Ты ничего не добьешься, люди все равно останутся суеверными. Ты ничего не сможешь с этим поделать, — Сказала Мира.

— Люси хоть использовала дипломатию, я же применила магию. Я до сих пор не уверенна, что никто не видел, как я материализовала мечи. — Подала голос Эльза, — это я во всем виновата. Если бы я удержала Люси… я ведь могла. И это я потащила Люси в ту деревню.

— Нет, Эльза, я начала.

— Довольно! Похвально, что пытаетесь защитить друг друга, но теперь нужно подумать, как быть дальше. Идеи есть? — Спросил Макаров.

— Ну, мы можем поговорить с этими стражниками, если они сунутся сюда, — Подал голос Гажил.

— Железка прав, мы их так отделаем, что они и не вспомнят о вас. — Поддержал друга Нацу.

— Вряд ли они сунутся обыскивать город. Деревня, что находится за городом, является префектурой другого города. У них нет никаких прав вмешиваться в дела нашего города и в дела тех, кто тут живет. Стража Магнолии поставит их на место, если возомнят себе невесть что. — Возразил Жерар.

— А что, если стража Магнолии наслушается от тех увальней, которых вы отделали, что они ведьмы и начнет уже лично их преследовать? — Спросила Биска, расчесывая волосы дочери.

— Возможно, — согласился Жерар, — но Эльза и Люси редко выходят на улицу, их здесь никто не знает, вряд ли страже удастся их найти. — Не нужно забывать, что стражники не очень-то любят работу. И даже если им поступит приказ вас найти, то, скорей всего, они пойдут в бордель, найдут там похожих на Люси и Эльзу девушек и избавятся от них.

— Но мы не можем позволить невинным людям умереть из-за нас. Точнее, вместо нас. Даже проституткам, — возразила Люси.

— Люси, может проститутки в ваше время действительно безобидные люди, но в наше… видела бы ты этих девиц, они убить могут, ограбить, и т. д. — Сказал Нацу.

— Проститутки это женщины, которым не повезло, — подала спокойный голос Эльза.

— Эльза, но вы же не можете пойти и сдаться страже. Не нужно геройствовать. — Ответил так же спокойно Жерар.

— Он прав, вы никуда не пойдете. Сами виноваты в том, что происходит. Забудьте о сегодняшнем дне. Если эти балбесы явятся сюда, будем думать, что делать, а сейчас марш за работу! Мира, проконтролируй! — Приказал Макаров. Эльза и Люси лишь кивнули и направились за Мирой.

Вскоре остальные тоже разошлись. В большом зале осталась лишь Биска, продолжающая расчесывать волосы дочери, Кинана, которая протирала стаканы за барной стройкой и Лисанна, которая возилась с какими-то бумагами за стойкой портье вместо сестры.

— Я — голос был неуверенным, — при…нимаю, — выговорила Кана, — твою… — голос дрожал от неуверенности, взгляд заволокло дымкой, казалось, Кана не понимала, что говорила, — сторону…

Губы Каны дрожали, выговаривая роковые слова. Ее голова была затуманена, Кана потерялась в собственных мыслях. Альберона не понимала, что с ней происходит. Ее губы шевелились сами по себе, произнося те слова, которые она, наверное, не была готова произнести. Ее волю подавляла какая темная энергия, которая заволокла ее сознание и ее тело. Кана не могла даже пошевелиться. Она чувствовала, что нужно остановиться, но не могла. Она все продолжала шептать те самые слова, которые не должна была произносить. А голос, что звучал в подсознании, все продолжал подначивать Кану.

«Давай же, Кана, в этом нет ничего сложного, тебе нужно лишь закончить фразу».

Губы Каны приоткрылись, чтобы закончить фразу, но она, собрав остатки силы воли, смогла остановить себя. Губы так и замерли приоткрытыми.

«Я принимаю твою сторону, Минерва. Осталось лишь произнести мое имя».

«Минерва».