– Ну ты, шеф, даешь! – рассмеялся телохранитель. – Бабы изза тебя аж в другой мир сигают. А ведь пацанка правильная, что надо.

Я хотел было возразить, но почувствовал, что по роже разливается самодовольная улыбка. Какому мужику подобное не лестно? Только удивило, что приятель дал Любке столь высокую оценку. А моего телохранителя, как видно, сегодня тянуло на лирику:

– Зацепила она меня. Может, посвататься?

Я чуть не подпрыгнул в седле, но вдруг почувствовал укол ревности и свирепо уставился на Алекса:

– Да вы ж с Любкой, можно сказать, лишь пару дней знакомы.

Тот взглянул с удивлением:

– При чем тут Любка? Я об Олене.

Почемуто я вздохнул с облегчением. А парень продолжал:

– Если бы она согласилась, я бы не раздумывая остался здесь.

Ну и дает мой охранник! Я попытался его вразумить:

– Я бы предпочел увезти девчонку с собой. Нормальному человеку здесь делать нечего.

– На этот раз, шеф, я с тобой не согласен.

– Алекс, скоро ты скажешь: с милой рай и в шалаше. Зачем же тогда мы дрались за власть и бабки?

– Так это у нас, – протянул Алекс.

– Здесь то же самое. – Я здорово разозлился. – Манна небесная сама с неба не упадет. И пряников сладких на всех никогда не хватит.

Я подумал, что парень о своей милой толком ничего не знает. Лучше будет, если правильно поймет ситуацию. Рассказал о том, кем приходятся царю Салтану Олена и Савва, а заодно и о планах князя на имущество нашего приятеля.

Передразнил Алекса:

– Вот такто – «у нас»…

Подъехали к трактиру. Дверь открылась, и на крыльце показалась Настасья Вахромеевна. Она тихо вскрикнула и прислонилась спиной к косяку.

Я почувствовал глухие удары сердца и быстро шагнул к хозяйке. Ощутив жаркие поцелуи на своем лице, подхватил красавицу на руки и понес в спальню. Она простонала:

– Феденька, дорогой, мой муж только что покинул дом. Ты с ним чуть не столкнулся!

Но мне сейчас не было дела ни до мужа хозяйки, ни до коголибо еще. Правда, когда мы лежали и отдыхали от безумных ласк, почемуто подумал про Любку. Както ее там сейчас опекает боярин Свег? Почемуто почувствовал раздражение при этой мысли. Еле вспомнил, что сам лежу с другой.

Страстные ласки заставили позабыть обо всем на свете. Через какоето время Настасьюшка вновь отодвинулась от меня, тяжело дыша. Хорошо хоть окно было открыто и в него вливалась ночная прохлада.

– Чую, Феденька, – простонала она, – много баб изза тебя сходили с ума. А может, и смерть приняли.

Нет, последнего точно не было. Отношения до такой степени никогда не затягивал. Внезапно вспомнил последний разговор с Алексом и отчегото хохотнул, решив прихвастнуть:

– Хотя одна свой мир изза меня бросила. За край света рванула.

И сразу же заткнулся. Любка не заслужила того, чтобы ее имя трепали попусту. Если бы мог, затолкал бы свои слова обратно в глотку. Такого стыда не испытывал за всю свою жизнь. А про другой мир вообще лучше было промолчать.

В это время огромная птица пронеслась мимо окна. Я вздрогнул. Почемуто мне стало очень не по себе. И даже не сразу расслышал, что говорит Настасья Вахромеевна:

– Мой муж проболтался, что по поручению князя ищет человека с особой меткой. Чемто он опасен для правителя.

Неясная мысль забилась в голове… и остановилась на татуировке. Я вспомнил, что Карлуша проявил к ней неподдельный интерес. А сделал я ее, если честно, по пьяни. Всегда был противником подобных картинок, а тут повелся на подначивания Коляна. Вспомнив кореша, представил строящийся замок для привидений. И на кой бес он ему нужен?

Настасья Вахромеевна заметила мое беспокойство.

– Феденька, тебе жарко? – Она встала и в чем мать родила подошла к окну.

– Хоть бы накинула чтонибудь, – недовольно заметил я.

– Зачем? Окно в сад выходит. Туда никого не пускают. Увидеть могут лишь кошки да птицы.

Тут наше приятное времяпрепровождение прервал громкий крик. Я быстро оделся и выскочил во двор. Вокруг колодца толпились возбужденные мужики, размахивая руками и крича.

– Что случилось? – поинтересовался я.

– Девку достали из колодца. То ли нечаянно упала, то ли утопиться решила.

– Не девка это была, а русалка! – заявил ктото.

– Не русалка, а ведьма, – поправили его. – Страшнаяпрестрашная.

Народ заозирался.

– Братцы, да где же она?

– Сказала, что переоденется, и ушла в кусты.

– Недотепы! Ведьму прошляпили! Далеко не могла уйти. Ищите!

Я заглянул в колодец. Если женщина решила покончить с собой, то выбрала странный способ. Может, случайно зацепилась за бадью? В ведьму я както вообще не мог поверить.

Через некоторое время мы с Алексом отправились обратно. Только отъехали от трактира на приличное расстояние, как в небе появилась огромная птица и камнем упала на землю прямо перед копытами коней. Алекс выхватил ствол, но выстрелить не успел. На наших глазах птица превратилась в человека. Я вгляделся в него и ошеломленно выдохнул:

– Коршун!

И это относилось не к породе птицы. Перед нами стоял мой друг, пропавший какоето время назад.

Алекс застыл, как изваяние, а я бросился к старому другану, чтобы обнять. Но тот шагнул в сторону:

– Некогда. Поговорим обо всем в другой раз. Сейчас только главное. Вернуться обратно вы сможете, если найдете смерть Кощея Бессмертного. А она, как известно, в яйце.

Я разозлился. Даже поздороваться не пожелал, а указания раздает. Нашел шестерку, тоже мне! Дружеские чувства к корешу тут же пропали.

– Тебе известно, ты и ищи, – отрезал я.

Бывший друг улыбнулся какойто холодной улыбкой:

– Без этого обратного пути не будет. Принесешь смерть князя – попадешь домой.

– Да с чего ты взял, что князь и есть тот сказочный Кощей? Судя по тому, что я слышал, мужик могуч, как дуб.

– Это его кликуха. Так сказать, по делам. А дел у него, поверь, ой как много. К тому же тебя вон тоже кличут Змеем, а меня Коршуном, но ты же не ползаешь.

– Зато ты летаешь.

Стоявший напротив человек посмотрел какимто пустым неподвижным взглядом и глухо произнес:

– После смерти научился. Колдун пообещал, что если мы достанем смерть князя, то я стану прежним. А вы, все трое, вернетесь обратно.

И такая тоска прозвучала в голосе Коршуна, что я почувствовал жалость.

– Остальное расскажу при следующей встрече, когда пойму, что пора, – сказал он.

– Да объясни внятно! – заорал я. – Мы должны убить князя или тут кроется чтото другое?

Коршун взглянул на меня все тем же пустым взглядом:

– Другое. Велено же тебе было лучше читать сказки.

Обернувшись птицей, Коршун умчался вдаль. Мы с Алексом долго молчали, стараясь прийти в себя. Если бы не валяющееся в пыли перо, могло показаться, что нам померещилось.

Любовь

Пока я ждала Федора у боярина Свега, уже начала сомневаться, действительно ли это тот, кого ищу. Откуда у Феди могли появиться большое поместье и деньги? Как я поняла, он здесь отнюдь не бедствовал. Может, меня ждет разочарование? И как я тогда объясню свое появление чужому человеку? «Здравствуйте, я ваша тетя?» То бишь сестра?

Боярин Свег проводил со мной много времени. Мне нравилось с ним разговаривать, слушать рассказы из его жизни. Портила все метла. Как только я поселилась в выделенной мне комнате, она ночью влетела в окно и обосновалась у меня под кроватью. И оттуда целыми днями доставала замечаниями и советами.

– Между нами, девочками, как тебе хозяин? Уже запудрила ему мозги?

– С ума сошла? – Я даже подпрыгнула.

Метла обиделась:

– Ниоткуда я не сошла. А где твой ум – никто и не знает. Если мужчина к тебе неровно дышит, так это слышно за версту.

– Иди ты со своими глупостями, – отмахнулась я.

Но сама тут же начала припоминать взгляды боярина и его комплименты. Неужели он действительно глядит на меня как на женщину? Опыта общения с противоположным полом у меня почти нет. Даже в школе никто внимания не обращал. А боярин несколько раз сказал, что завидует Федору, потому что у него такая сестра. Интересно, это он просто из вежливости или метла не зря намекает? Я постаралась выбросить из головы всякие глупости и думать только о Феде.