В темных глазах мелькнула привычная насмешка:

– Любимая, не сомневайтесь, всю ночь мне будете сниться только вы.

Он поднялся, подошел, обнял меня. И шепнул на ухо:

– Верхом на метле.

Я бросила свирепый взгляд на князя: выбрал ведь момент, что и ответить достойно нельзя. Развернулась и под конвоем двоих стражников отправилась к себе. По пути в голову пришла еще одна неприятная идея: а не потому ли он выслал меня из комнаты, чтобы развязать себе руки? Без помех поухаживать за Оленой? Почемуто эта мысль меня весьма задела. Кажется, не только я не желаю выполнять свой супружеский долг. Тогда зачем вообще ему понадобилась наша свадьба? Какую игру ведет повелитель?

Едва оказавшись в комнате, сунула руку в тайник и облегченно вздохнула: вещи были на месте. Я повертела в руках зеркальце. Взгляну ночью, увижу, чем супруг занимается! И тут же отбросила вещицу от себя. Чего парюсь? Нужен он мне очень! Но сию секунду подобрала зеркальце и засунула под подушку.

Охватило какоето непонятное чувство. Раньше бы я назвала его ностальгией по прошлому. Хотя времени с тех пор, как я здесь оказалась, утекло не так уж и много. Однако столько всего произошло… Я вздохнула: так была счастлива, когда рядом находился Федор. Правда, его поведение в трактире сильно огорчило меня, но потом я посчитала, что больше виновата красавицатрактирщица. Воспоминания о любимом расстроили. Я крепко зажмурила глаза, чтобы удержать слезы. Через некоторое время сумела успокоиться и собрать волю в кулак. Сейчас я – жена князя, и с этим ничего не поделаешь. Пока нужно просто пытаться выжить, а слезами горю не поможешь.

Уже совсем собралась уснуть, как услышала знакомое мяуканье. Черный кот ловко спрыгнул с подоконника. Я хотела завопить от радости, но оборотень зашипел:

– Тише! Князь – не боярин, вмиг догадается. Будь с ним осторожна.

А я тут же спросила:

– Кийс, обычай действительно велит повелителю приглашать гостей лично?

Кот фыркнул:

– Чушь. Потому и говорю: будь осторожна. Узнаю чтото конкретное – навещу.

Я притянула зверя к себе за уши, провела рукой по мягкой шерсти. Его я первым встретила в этом мире, и вместе мы прошагали немало дорог. С ним и с еще одним оборотнем – волком.

– Знал бы ты, как я рада тебя видеть! А что с Локшей?

Кот поморщился:

– Весь похудел, изза тебя переживает. Стал похож на общипанного пса. Пусти, Любка, не могу задерживаться. Узнает князь – и тебе, и мне плохо будет.

Кийс метнулся к окну и исчез.

После встречи с оборотнем настроение улучшилось, чувство одиночества прошло: друзья меня не забывают. Я побродила по комнате, успокаиваясь, потом улеглась на кровать. Протянула руку к зеркальцу. С минуту колебалась: а надо ли оно мне? Но всетаки решила, что надо. Какойникакой, но муж. И я как законная жена просто обязана знать, где он проводит время. Поднесла зеркальце к губам, подышала на стекло. И тут же мои глаза встретились с жгучечерными очами князя. На губах мужа зазмеилась привычная ироничная улыбочка. Я закусила губу. Сначала хотела разозлиться, но потом вдруг расхохоталась. Показала князю язык, отбросила зеркало и с головой укрылась одеялом. Немного поворочалась и провалилась в сон.

Кощей

От красоты боярышни Олены я просто остолбенел. Редко встретишь такую. И эту девчонку боярин так успешно прятал? Вернусь домой – головы соглядатаям откручу. На что они вообще способны?

– И ты, боярин, посмел скрывать от меня такой бриллиант? – попенял я Свегу.

А сам взглянул на супругу. Любка опять злилась, как и в трактире, хотя и пыталась это скрыть. Похоже, моя супруга ревнива. И явно относится к разряду собственников. Впрочем, я и сам таков. Но эта ее черта мне на руку. На то мы и высшие, чтобы понимать людские слабости и управлять ими.

Я продолжал оказывать внимание красавице, поддразнивая супругу. Хотя если бы пришлось выбирать между ними, выбрал бы Любку. Олена потрясающе привлекательна, но слишком понятна и предсказуема, как все наши боярышни. А с Любкой не знаешь, что будет через минуту. Чтото подсказывало – с супругой я не соскучусь, если, конечно, не окажется, что она из стана моих врагов. И с этим вопросом нужно разбираться. Желательно чем быстрее, тем лучше.

Свег попросил о беседе наедине. Боярин долго мялся, потом вздохнул и начал быстро рассказывать, перескакивая с одного на другое:

– Я долго хранил эту историю в тайне, думал, так будет лучше. Олена и Савва очень мне дороги, хотя и не родня по крови. Я им заменил и отца, и мать, всю жизнь выдавал за племянников. А на самом деле это мой брат спас детей вместе с их матерью: все трое плыли по морю в бочке. Видимо, судьба благоволила им, они не утонули и не задохнулись. Мать Олены была такой же красавицей, как и ее дочь. Даже краше. Мой брат взял ее в жены. Но недолго был счастлив с молодой женой, вскоре они оба погибли. Я забрал детей к себе, воспитывал как родных. Но на самом деле сестра и брат – дети царя Салтана.

Я не знал, верить или не верить, хотя Свег клялся самым дорогим, что у него есть, уверяя, что все сказанное – истинная правда.

– А какоелибо подтверждение твоим словам имеется?

Боярин вздохнул:

– Бочка. Она до сих пор сохранилась. Но самое главное доказательство – золотой обруч для волос, который царь когдато подарил своей жене, – украден. Служанка Олены сбежала, прихватив его и остальные драгоценности.

Я задумался. Говорят, царь Салтан долго переживал, что сотворил эдакое с любимой супругой. Если все так и есть, то сведения очень ценные, надо придумать, как толком ими распорядиться. Но не дело решать государственные проблемы на ходу.

Утром мы отправились дальше. Путь из имения боярина Свега лежал мимо жилища Чародея. Я решил навестить и его. Под подозрением были все, кто когдалибо встречался с моей супругой или ее братом.

Жена, едва увидев терем колдуна, замерла:

– Не хочу туда ехать. Неужели вы желаете пригласить на пир этого гнусного старикашку?

Я сделал удивленное лицо:

– Вы и с ним успели познакомиться? Интересно, при каких же обстоятельствах?

Любка сердито закусила губу:

– При очень плохих. Думала, найду у старичка приют и помощь, а наткнулась на маньяка.

Я нахмурился:

– Вы подверглись насилию?

Девчонка гордо вздернула подбородок и хихикнула:

– Скорее уж он. Надеюсь, навек меня запомнил.

В этом я уверен. Сам видел, что случилось с бородой колдуна. Но вслух сказал:

– Пригласить его придется, Чародей – самый богатый и влиятельный из моих подданных.

Супруга послушно согласилась, но в глазах запрыгали чертенята. Она елейным голоском произнесла:

– Да пожалуйста, раз вы так желаете. Надеюсь, мое появление очень обрадует этого вашего самого богатого и влиятельного.

Арапы спешили нам навстречу. Никогда не мог понять, зачем Чародею нужны эти чернокожие. Впрочем, у каждого свои причуды.

Я вошел первым. На полшага позади следовала Любка. Чародей встретил нас, склонившись в приветственном поклоне. Потом разогнулся, перевел взгляд с меня на мою спутницу. Дернулся, будто его чемто укололи. Затем на лице его появилась злобная ухмылка. Старичок заверещал своим противным тоненьким голоском:

– Повелитель! Век не забуду! Как и благодарить за такой подарок? Эта ведьмочка мне ночами снилась. Вот уж отомщу!

Я про себя хмыкнул: старичка ждет неприятный сюрприз. И укоризненно произнес:

– Верный слуга мой, Чародей, ты чтото путаешь. Перед тобою – моя супруга, повелительница княжества и твоя госпожа.

Казалось, голова Чародея лопнет от прилива крови. Однако старый интриган соображал быстро. Он рухнул на колени и залепетал:

– Простите, повелитель! Простите, государыня! Как я мог так оплошать?! Уж не гневайтесь на старика.

Я скосил глаза на Любку. Как поведет себя супруга? Она только что стояла, нахохлившись, словно воробей, но тут улыбнулась во весь рот и шагнула к ползущему по полу колдуну. Тот замер, очевидно, собираясь шарахнуться в сторону.