Был сынок у маменьки —

Медвежонок маленький.

В маму был фигурою —

В медведицу бурую.

Уляжется медведица

Под деревом, в тени,

Сын рядом присоседится,

И так лежат они.

Он упадёт. — Ах, бедненький!—

Его жалеет мать.—

Умнее в заповеднике

Ребёнка не сыскать!

Сыночек дисциплины

Совсем не признаёт!

Нашёл он мёд пчелиный —

И грязной лапой в мёд!

Мать твердит:

— Имей в виду —

Так нельзя

Хватать еду!—

А он как начал чавкать,

Измазался в меду.

Мать за ним ухаживай,

Мучайся с сынком:

Мой его, приглаживай

Шёрстку языком.

Родители беседуют —

Мешает он беседе.

Перебивать не следует

Взрослого медведя!

Вот он примчался к дому

И первый влез в берлогу —

Медведю пожилому

Не уступил дорогу.

Вчера пропал куда-то,

Мамаша сбилась с ног!

Взъерошенный, лохматый

Пришёл домой сынок

И заявляет маме:

— А я валялся в яме.

Ужасно он воспитан,

Всю ночь ревёт, не спит он!

Он мать изводит просто.

Тут разве хватит сил?

Пошёл сыночек в гости —

Хозяйку укусил,

А медвежат соседки

Столкнул с высокой ветки.

Медведица бурая

Три дня ходила хмурая,

Три дня горевала:

— Ах, какая дура я —

Сынка избаловала!

Советоваться к мужу

Медведица пошла:

— Сынок-то наш всё хуже,

Не ладятся дела!

Не знает он приличий —

Он дом разрушил птичий,

Дерётся он в кустах,

В общественных местах!

Заревел в ответ медведь:

— Я при чём тут, жёнка?

Это мать должна уметь

Влиять на медвежонка!

Сынок — забота ваша,

На то вы и мамаша.

Но вот дошло и до того,

Что на медведя самого,

На родного папу,

Мишка поднял лапу!

Отец, сердито воя,

Отшлёпал сорванца.

(Задело за живое,

Как видно, и отца.)

А медведица скулит,

Сына трогать не велит:

— Бить детей недопустимо!

У меня душа болит…

Нелады в семье

Медвежьей —

А сынок

Растёт невежей!

Я знаю понаслышке,

И люди говорят,

Что такие мишки

Есть среди ребят.

Жил на свете самосвал,

Он на стройке побывал,

Подкатил с утра к воротам.

Сторожа спросили: — Кто там? —

Самосвал ответил так:

— Я привёз отличный шлак.

Молодчина самосвал,

Где он только не бывал!

Он кирпич возил и гравий,

Но, увы, застрял в канаве!

Буксовал он, буксовал,

Еле вылез самосвал.

Говорит: — Меня не троньте,

Я сегодня на ремонте.

У меня помята рама!

— Алексей! — сказала мама.—

Ты успел в канаву влезть?

Дело в том, что самосвалом

Был Алёша, славный малый.

Сколько лет ему?

Лет шесть!

Самосвал сигналит громко:

— У меня сейчас поломка,

Но с утра я снова в путь.

— Хорошо, — сказала мама,—

Но пока Алёшей будь!

Молока попьёшь, и спать!—

Что ж, пришлось Алёшей стать!

Где Алёша? Спит уже,

Дома спит, не в гараже.

Уже конец урока,

Уже десятый час.

Открылась дверь широко,

Вошёл Серёжа в класс.

Почему же,

Отчего же

Опоздал

На час

Серёжа?

— Мы в трамвае ехали, собаку переехали, от испуга бледная, собака лает, бедная, и вокруг все бледные и все рыдают, бедные.

Но я рукою твёрдой беру иголок дюжину и пришиваю морду и хвост туда, где нужно.

Собака, оживая, встаёт из-под трамвая, встаёт из-под трамвая. — Привет, — говорит, — жива я.

Он расскажет

Сто историй,

Он найдёт

Пятьсот причин.

— Я, во-первых,

Болен корью,

Во-вторых,

Я зуб лечил,

В-третьих,

Умер я, ребята,

А в-четвёртых,

Вру не я:

У меня во рту

Запрятан

Аппаратик

Для вранья.

Я не врать бы

Очень рад,

Врёт проклятый

Аппарат!

Как Серёжу отучать?

Приложить ко рту печать?

Ключ приделать к языку?

Нет, кричать ему:

Ку-ку!

— Была в трамвае давка, я кролика везу. Я сижу на лавке, а он сидит внизу. Ехали мы, ехали. Охали мы, эхали… Наконец приехали, я и двадцать кроликов…

— Как?

— Сколько?

— Я и двадцать кроликов!

Я сел у площади Свердлова, он один был, честное слово, пока доехал до вокзала, их гораздо больше стало. Поглядел я под скамейку, вижу целую семейку, друг на друга все похожи… все с хвостами на боку…

Хором класс

Кричит Серёже:

— Ой, ку-ку!

Ку-ку!

— Я не мог

Явиться к сроку:

Я удил в реке сороку,

Помогал я рыбаку

— Ой, ку-ку!

Ку-ку!

— У меня живёт жирафа,

Я кормил её со шкафа,

Прыгал прямо к потолку…

— Ой, ку-ку,

Ку-ку!

— Я тонул…

— Ку-ку,

Ку-ку!

— Что придрались

К пустяку?

Ну, проспал я на боку…

— Ах, вот это не «ку-ку»!