«В январе были торжественные крестины моего только что родившегося брата Константина. К этому дню я настолько уже поправился (Гаврилушка болел брюшным тифом. – Е.П.), что ходил по комнате в малиновом халатике и красной феске, потому что мне остригли волосы. После крестин ко мне зашли Император Александр III и Императрица Мария Фёдоровна… Я вынул висевшую у меня через плечо игрушечную шашку. Государь спросил меня: “Кто ты такой?” Я ответил: “Турка”»;
«Нередко звали нас к родителям, чтобы показать гостям, и часто – к бабушке Александре Иосифовне, которую мы называли “Анмамá”, а дедушку – “Анпапá”. Она нас ласкала и шутила с нами, а однажды позвала нас, чтобы показать приехавшему из-за границы родственнику, какому-то австрийскому эрцгерцогу. Меня и Иоаннчика нарядили в кружевные платьица с широкими голубыми кушаками и лентами, и в назначенный час мы явились. Эрцгерцог подошёл ко мне и хотел, чтобы я подал ему ручку, а я в это время рассматривал многочисленные бабушкины безделушки, которыми была полна её гостиная. Эрцгерцог несколько раз обращался ко мне по-немецки, но безрезультатно. В то время по-немецки я ещё не говорил, да и был всецело поглощён рассматриванием безделушек. В конце концов я рассердился и ударил эрцгерцога по лицу. Можно себе представить, какой произошёл скандал: бабушка меня немедленно выгнала. Тут же присутствовавшая подруга её детства, баронесса Роткирх, привела меня в дежурную, в которой сидели бабушкины “комнатные женщины” и наши “нянюшки” и сказала на своём ломаном русском языке: “Русский немца побиль”. В тот же день вечером пришёл как всегда в детскую отец и, посмотрев на Ваву (няня Иоаннчика. – Е.П.) с хитрым видом, повторил те же слова: “Русский немца побиль”… После этого случая я долго был в немилости у бабушки и она не звала меня к себе».
Князь Гавриил Константинович
В детстве он любил смотреть на украшавшую стену в столовой Мраморного дворца картину шведского живописца Густава Сёдерстрема «Траурная процессия с телом короля Карла XII». Для Великого князя это был живой пример верности своему слову и долгу.
Высокий красавец (рост – 197 сантиметров, «соперничать» с ним в этом отношении мог только Николай Николаевич младший), Гавриил Константинович на всю жизнь запомнил церемонии производства в офицеры и принесения присяги. Военная служба пришлась ему по душе. Впоследствии он закончил курс Александровского лицея и, таким образом, был вторым членом династии, имевшим диплом не военного, а гражданского учебного заведения. После перенесённого тифа здоровье его пошатнулось, но он всё равно с гордостью пошёл на фронт Первой мировой войны.
Вместе со своим гусарским полком князь познал всю тяжесть военных будней, храбро сражался, сумел вывести свою часть из окружения. После гибели брата Олега Гавриила отозвали в Петроград. Там он поступил в Академию Генерального штаба, дослужился до звания полковника. В столице его ждала любимая женщина – балерина Мариинского театра Антонина Нестеровская, которую он называл Ниной. Они познакомились ещё в 1911 году, на дне рождения Матильды Кшесинской. Князь хотел жениться на своей избраннице, но, хотя юридически Князья императорской крови и могли вступать в морганатический брак (императрица Мария Фёдоровна, по словам Гавриила, считала, что подобные ограничения вообще давно пора отменить), он боялся, что родные отнесутся к этому отрицательно.
Февральско-мартовская революция, превратившая Романовых в «обычных граждан», привела к оживлению их семейной жизни. Вышли замуж Мария Павловна младшая и Надежда Петровна, чуть позже женился Андрей Александрович, несмотря ни на что обрела счастье в детях сестра Николая II – Ольга Александровна. Теперь и Гавриил мог спокойно обвенчаться с Ниной. Это произошло в апреле. Дядя Дмитрий Константинович, к которому Гавриил питал самые тёплые и добрые чувства, тем не менее остался недоволен поступком любимого племянника.
Как и многие другие Романовы, Гавриил не понимал, почему он должен уезжать из своей родной страны, ведь он никому и никогда не делал ничего дурного. Но его фамилия служила более чем достаточным поводом для ареста. Князя должны были выслать из Петрограда, и тут Нина проявила истинную самоотверженность, подобно другим женщинам романовского рода. Она добилась, ссылаясь на тяжелую болезнь мужа – туберкулёз, разрешения остаться в городе, а когда Гавриила всё же 15 августа 1918 года арестовали, с помощью врача И.И. Манухина и М. Горького смогла его освободить. 20 ноября 1918 года Горький написал Ленину письмо:
«Дорогой Владимир Ильич!
Сделайте маленькое и умное дело, – распорядитесь, чтобы выпустили из тюрьмы бывшего великого князя Гавриила Константиновича Романова. Это – очень хороший человек, во-первых, и опасно больной, во-вторых.
Зачем фабриковать мучеников? Это вреднейший род занятий вообще, а для людей, желающих построить свободное государство, – в особенности.
К тому же немножко романтизма никогда не портит политики.
Вам, вероятно, уже известно, что я с А.В. Луначарским договорился о книгоиздательстве. С этим делом нужно торопиться и я надеюсь, что Вы сделаете всё, зависящее от Вас, для того, чтобы скорее поставить это громоздкое дело на рельсы.
Выпустите же Романова и будьте здоровы. А. Пешков».
К счастью, Гавриил избежал расстрела вместе с другими Романовыми в Петропавловской крепости. Ему удалось уехать с женой в Финляндию. Оттуда они перебрались во Францию, где и жили потом, временами сильно нуждаясь.
Однако одно событие эмигрантской жизни особенно порадовало сына К. Р. Он родился, когда Александр III уже ограничил круг Великих князей внуками царствовавших императоров. Поэтому, как правнук Николая I, Гавриил Константинович носил титул только Князя императорской крови. Вероятно, эта несправедливость, «жертвой» которой он стал одним из первых, оставила неприятный осадок в его душе. И уже когда давно не было ни империи, ни её громких титулов, объявивший себя главой Дома Романовых в 1938 году Владимир Кириллович 15 мая 1939 года пожаловал Князю императорской крови Гавриилу Константиновичу титул Великого князя. «Я бесконечно счастлив, так как всю жизнь страдал из-за того ложного положения, в которое был поставлен волею судьбы», – спустя два дня писал Гавриил Великому князю Андрею Владимировичу.
Воспоминания Гавриила Константиновича: В Мраморном дворце. Из хроники нашей семьи. СПб., 1993; М., 2001.
119/92. Татьяна Константиновна (11/29.01. 1890 г., СПб. – 28.08.1979 г., Иерусалим, похоронена там же).
М.: 1. 24.08/6.09.1911 г., Павловск – князь Константин Александрович Багратион-Мухранский (2/14.03.1889 г., Тифлис – убит 19.05/1.06.1915 г. под Ярославом (ныне – Польша), похоронен в Мцхете), сын князя Александра Михайловича Багратион-Мухранского (1856–1935) и княжны Нины Иосифовны Тархан-Моурави (1861–1931). Окончил Пажеский корпус, кавалергард, флигель-адъютант;<
> 2. 9.11.1921 г., Женева – Александр Васильевич Короченцов (17/29.08.1877 г., СПб. – 6.02.1922 г., Лозанна), сын Василия Петровича Короченцова и Марии Константиновны Номикосовой. Полковник, адъютант Великого князя Константина Константиновича (К. Р.), управляющий делами Великого князя Дмитрия Константиновича.
Княжна Татьяна Константиновна совсем молодой вышла замуж за офицера князя Багратион-Мухранского. Первоначально этот брак мог и не состояться, поскольку жених не принадлежал к царствующей династии. Багратион-Мухранские – одна из младших ветвей рода Багратионов. Этот большой грузинский род, по легенде, происходит от самого царя Давида. Багратионы правили в Грузии, начиная с VI века, но с 1801 года перестали быть царской династией. Грузия вошла в состав Российской империи, а Багратионы перешли в состав российского дворянства, образовав такие фамилии, как князья Грузинские, князья Багратион, князья Багратион-Мухранские (бывшие владетели одной из грузинских областей), светлейшие князья Грузинские, князья Багратион-Давыдовы, светлейшие князья Багратион-Имеретинские и некоторые другие. Все они юридически являлись княжескими родами Российской империи, а не владетельными династиями. Поэтому для решения вопроса о браке Татьяны Константиновны состоялся семейный совет Романовых. Императрица Мария Фёдоровна полагала, что законодательство, касающееся морганатических браков, следует существенно изменить. В конечном итоге в 1911 году император издал указ, по которому князья и княжны императорской крови могли вступать в нединастические браки, но потомство от них всё равно права престолонаследия лишалось. Таким образом, Татьяна Константиновна смогла выйти замуж за князя Багратион-Мухранского, но письменно отказалась за себя и за своих потомков от прав на престол.