— Да, — согласился водитель, — это далеко отсюда.

— Представляете, — не умолкала разговорчивая женщина, — он пригласил тетю Нирджу, чтобы она посмотрела на невесту, красавицу Ратху.

Такси вильнуло в сторону, чуть не вылетев на обочину, но Асамхан справился с собой и выровнял машину.

— Что с вами? — встревожилась Нирджа. — Вам плохо?

— Нет, ничего, — ответил водитель, — мне очень хорошо.

Вдруг пассажирка вспомнила:

— Ой, какая же я рассеянная! Я же не назвала вам адрес!

— Не надо, — улыбнулся Асамхан. — Я знаю дорогу в «Храм любви».

— Правда? — удивилась она.

— Да. Дело в том, что я тоже приглашен на эту свадьбу. Виджей мой кровный брат.

«Храм любви» принимал гостей. Возрожденный дом стал прекраснее прежнего. Светлый, просторный, наполненный солнечным светом, ароматом благовоний, горящих в священном костре, возле которого сидели жених и невеста.

Рядом с ними находились родные и близкие, пришедшие поздравить их в радостный час. Вытирала невольные слезы Лакшми, улыбались Аджей и Санджей, вздыхал Кумишар, любуясь на прекрасную молодую пару. Наконец он вспомнил о своих обязанностях и выступил вперед.

— Есть справедливость на небесах! — сказал он, закатив глаза. — Отдаю тебе в жены свою сестру… — пока Кумишар вел свою длинную речь, Ратха вскочила и отошла, чтобы поприветствовать Нирджу и Асамхана. — Будьте счастливы! — воскликнул Кумишар, растроганный собственной речью, — соединяю ваши руки… — он открыл глаза, не увидев Ратху, пошарил за спиной и, ухватив ее за сари, потащил к жениху, — вот тебе сестра моя…

Дружный хохот прервал его. Кумишар недоуменно оглядел гостей:

— Что вы смеетесь?

Невеста ущипнула его за бок, он обернулся и понял, почему гости развеселились. Вместо Ратхи Кумишар ухватил собственную жену. Она сердито прошептала:

— Ты что? Я жена твоя, а не сестра!

— Да? А где же Ратха?

— Я здесь! — откликнулась невеста.

— А, вот ты где спряталась! — он взял ее за руку и подвел к Виджею. Юноша, улыбаясь, усадил ее рядом с собой.

— Ты не сердишься на меня? — шепотом спросил Кумишар.

— За что? Не понимаю, о чем ты, — вполголоса, заговорщицки ответил Виджей.

— Ну, я был против…

— Это все в прошлом, — улыбнулся Виджей. — В прошлом остались наши беды и несчастья. Теперь мы вернулись в храм любви.

Женщина спустилась в сад по крутым каменным ступенькам. Вокруг фермы был разбит огромный цветник. Розы росли на горном склоне — поближе к солнцу, впитывая его горячие лучи, умываясь по утрам чистой росой, — нигде Арти не видела таких больших и ярких бутонов. Она любила ухаживать за розовыми кустами, подстригать их, разравнивать под ними почву. Каждое утро женщина собирала свежий букет, срезая самые красивые розы, которые украшали все комнаты в доме.

Не зря древнеиндийская легенда гласит, что богиня счастья и красоты Лакшми появилась на свет из распустившегося цветка. Если бы кто-нибудь увидел Арти среди кустов роз, освещенную первыми утренними лучами, он бы подумал, что богиня красоты вновь родилась, чтобы дарить радость людям, но некому было любоваться юной женщиной. Муж Арти трагически погиб в автомобильной катастрофе, оставив ее вдовой, а детей сиротами.

Дети — последняя радость, которая оставалась ей в жизни. Как и мечтала женщина, у них были мальчик и девочка, Бобби и Кавита. Веселые, жизнерадостные, они согревали ее душу, придавали смысл тягучим, печальным дням. Вместе с детьми она любила приезжать из шумного пыльного города на ферму, расположившуюся в живописном месте среди гор, вблизи от водопада, дающего начало неспешно текущей реке.

Среди дикой природы Арти находила то, что так не хватало ее израненному сердцу — мир и покой.

— Арти, доченька, — позвала ее вышедшая из дома пожилая женщина. Это была старая служанка Лейла, которая ухаживала за домом. Здесь прошла вся ее жизнь, она привязалась к этой семье и считала их своими близкими.

— Что случилось, тетя Лейла?

— Посмотри, пожалуйста, книгу расходов.

Служанка держала в руках увесистую книгу, переплетенную кожей с золотым тиснением. Сюда она записывала скромную прибыль, которую приносила ферма.

— Я много раз просила тебя, тетя, занимайся сама денежными делами, ты старше и опытнее меня, — ответила женщина, поднимаясь по ступенькам.

— Но я всего лишь простая служанка, а не управляющий. Я маленький человек…

Арти выставила перед собой открытые ладони, как бы отталкивая эти слова:

— Неправда, ты очень близкий, родной человек. После смерти матери ты заменила мне ее, дети считают тебя бабушкой. Не называй себя служанкой, не огорчай меня.

Женщина доверяла служанке. Сама хозяйка не любила вести дела, этим раньше занимался ее муж Викрам. После его смерти пришлось нанять управляющего, потому что дел было очень много. Арти являлась единственной наследницей огромного состояния. Ее отец, господин Гупта, в молодости начинал с рабочего на ткацкой фабрике, потом стал мастером. Накопив опыт и первоначальный капитал, открыл свое дело, упорным трудом добившись того, что вскоре скромная мастерская выросла в огромную фирму.

Мать Арти умерла при родах, подарив жизнь девочке. Судьба словно отметила ее — на правой щеке Арти темнело небольшое родимое пятно, но оно не портило нежной красоты. Густая шелковистая коса ниже пояса, выразительные черные глаза, стройная фигура девушки всегда привлекали много поклонников. Она получила очень хорошее воспитание, имела живой и веселый нрав. Правда, после гибели мужа ее характер изменился, глаза опечалились, загораясь радостью только при виде детей.

Вот и сейчас она улыбнулась, услышав веселые крики Бобби и Кавиты.

— Я прав! — говорил Бобби. — До конца каникул осталось шесть дней! Я все правильно посчитал.

— А вот и нет, — настаивала Кавита, — осталось десять дней! Давай у мамы спросим.

Девочка была чуть постарше брата, недавно ей исполнилось восемь лет. Конечно, она умела лучше считать, все учителя говорили, что Кавита очень умная и способная. Девочка унаследовала нрав своего отца и зачастую верховодила в домашних шалостях, зная, что наказание будет не слишком суровым. Арти очень любила своих детей и никогда не обращалась с ними строго, добиваясь послушания лаской и взаимопониманием.

— Тише, вы так шумите! — Арти притворно зажала уши. — Что случилось?

Дети долго выясняли, кто из них будет говорить первым. Наконец, победила Кавита, которая и объяснила суть дела.

— Так сколько осталось, шесть или десять? — спросила она, показывая для верности цифры пухлыми смуглыми пальчиками.

— Не спорьте, осталось десять дней, — ответила Арти, повертев изящными пальцами, слегка испачканными землей, словно включаясь в игру.

— Ага, это я правильно посчитала, не спорь со старшими! — обрадованно закричала девочка, сопровождая свой крик хлопком по ладони побежденного Бобби.

Тут старая Лейла, все еще держащая в руках важную книгу, не выдержала:

— Бобби, Кавита, неужели брат и сестра должны все время ссориться? Как вам не стыдно?

Но ссора не зашла слишком далеко, ее прервал всадник, несшийся по склону.

— Радж! Радж! — радостно закричали дети, увидев скакуна.

Это был их любимец. Раджа подарил им отец, и конь, избалованный детьми, стал послушным и умным, он всюду ходил за ними, словно собака. На днях Радж забрел вслед за детьми в густой кустарник, слегка повредил ногу, и сегодня конюх Балия впервые вывел его размяться.

— А можно на нем прокатиться? — взмолилась Кавита. — Я хорошо сижу в седле.

— Я тоже хочу, — насупился заранее обиженный Бобби. Он ни в чем не хотел отставать от старшей сестры.