Белый дом оцепили: выйти из него можно было, но назад никого не пускали. Отключили воду, электричество и отопление. Милицейское охранение вокруг Белого дома было без оружия.

Настроения в милиции были скорее в пользу противников Ельцина. В те дни ко мне в редакцию пришел молодой офицер милиции, который произнес монолог такого содержания:

— Мэр Лужков ввел в Москве особый режим для иностранцев. Нам полегче будет. Молодец Лужков. Наверное, понял, что все это демократическое правительство во главе с Ельциным недолго протянет, и решил переметнуться к патриотам...

Я не москвич. Но служил здесь в армии. Понравилась профессия замполита. Поступил в Высшее военно-политическое училище. Распределили сюда, в Москву. Отдал армии десять лет и уволился. Решил заняться бизнесом. Думал: буду красиво одеваться, пить ликер «Амаретто», отдыхать на Гавайях. А заработал язву желудка. Все бросил, перебрался на дачу: спорт, бег, снова в форму вошел.

В бизнес не стал возвращаться. Мой долг — стране помочь. В бизнесе сейчас только хапают, воруют у государства. Ясно, что происходит. Соединенные Штаты ведут войну против России, только тайную, поэтому не все это поняли. Я же по специальности политработник, хорошо разбираюсь в международных отношениях, вообще в политике. Нам замечательные лекции в военном училище читали. США полностью манипулируют Ельциным. Сначала сыграли на его ненависти к Горбачеву и уговорили в Беловежской Пуще страну развалить.

Ельциным вертеть нетрудно. Что вы хотите от человека, страдающего алкоголизмом? «Президент отбыл в двенадцатидневный отпуск». Знаем мы, что это означает. Ни в какой отпуск он бы не ушел, когда в стране такое творится. Запил, вот и весь отпуск.

Избрали Ельцина на волне народных симпатий к убогим да обиженным. Народ наш добрый, готов за любого горемыку вступиться.

Страна нищает и разваливается, люди друг в друга стреляют. Вы думаете, это само по себе так получилось? Нет, нас специально подрывают изнутри. Это делает американская агентура. Американцы нам никогда ничего даром не дадут. Это мы, русские, добрые и щедрые, последнюю рубашку с себя снимем. А американцы на такие чувства не способны.

Разве не должно правительство за это ответить? А Ельцина и его команду интересует только одно: как подольше у власти удержаться. Нам чужие планы не годятся. У нас свои ценности. Мы как американцы жить не будем. И слава богу.

Американцы — это же не нация. Известно, что за народ собрался в свое время в Америке — в основном беглые преступники. Я американцам не завидую. У них нет будущего.

Обратите внимание: если между собой вступают в брак представители интеллигентных профессий, то в третьем поколении они вырождаются — в смысле физической культуры. Голова хорошая, а тело генетически слабое. Нечто подобное и происходит с американцами. Они вырождаются. Поэтому и хотят заставить русских на них работать. Через какое-то время Америка рухнет.

Наше правительство нужно как можно скорее свергнуть. Новые люди придут. Нас сейчас в академии знаете чему учат? Действиям офицера милиции при разгоне демонстрации. Для начальства, выходит, самое главное — научить нас разгонять голодных и озлобленных людей. Мы этого делать не станем. Разве это демократическая власть, если она больше всего народа боится?..

Патриарх Алексий II пытался выступить в качестве посредника, но руководители Белого дома не хотели ни разоружаться, ни идти на мировую. Отрезанные от страны, они питались слухами и верили в то, что народ их поддерживает. Им казалось: еще одно усилие — и ненавистный режим рухнет.

3 октября, в воскресенье утром, совещание у Ельцина: Черномырдин, Филатов, Шумейко, Лобов, Шахрай, Грачев, Ерин, Гайдар. Ситуация представлялась стабильной, никто не предполагал активных действий оппозиции.

Когда министры разъехались по дачам, в столице начался мятеж. Люди Виктора Анпилова перегородили Садовое кольцо, стали строить баррикады. Началась стрельба. Руцкой призвал толпу идти на мэрию — «Там у них гнездо» и захватить Останкино — «Нам нужен эфир!».

А переговоры в Спасо-Даниловом монастыре еще продолжались. Но теперь первый заместитель председателя Верховного Совета Юрий Воронин просто зачитал ультиматум. Сергей Филатов, который участвовал в переговорах от имени президента, ультиматум отверг. Воронин сообщил, что мэрия уже взята и бои идут возле «Останкино».

Озверевшая толпа,- разогнав милиционеров, захватила высотное здание мэрии на Новом Арбате и начала его грабить: тащили все, что попадалось под руку — телефонные аппараты, телевизоры, ковры, стулья...

Погромщики жестоко избили заместителя премьера правительства Москвы Александра Павловича Брагинского, который в тот день дежурил в здании. Физик по профессии, он был избран депутатом Моссовета, потом его пригласили в столичное правительство. Брагинский так и не оправился от этой истории, тяжело болел и умер в ноябре 2001 года на пятьдесят четвертом году жизни.

Свидетелем захвата здания мэрии был депутат Иона Андронов:

«Над проломом парадного входа торчал бетонный козырек, а на нем стоял горделиво пожилой усач в зеленой униформе и черном берете набекрень в плакатном стиле Че Гевары. Но вместо кубинской сигары удалец держал у рта мегафон. Из него прогремело:

— Больше не будет ни мэров, ни пэров, ни херов!

Зрители весело загоготали:

— Браво, Макашов! Нашему генералу — слава!

Альберт Макашов, генерал-полковник без воинских побед и без малейшего фронтового опыта, сумел, однако, прославиться на всю Россию солдафонским острословием...

Генерал пристрастился публично обзывать своих противников «сукиными сынами», «подлецами», «жабами», «крысами» или «жидами». И подстрекал по-своему линчевать их — кастрировать либо обвязать им мужские гениталии и повесить на столбах уличных фонарей».

Автобусы с вооруженными людьми под командованием генерала Макашова двинулись в сторону «Останкино», чтобы взять телецентр и выйти в эфир. Если бы это удалось и на телеэкранах по всей стране появился Руцкой в роли нового президента, это могло бы изменить настроения в стране. Люди в большинстве своем предпочитают присоединиться к победителю.

Когда прервалась телепрограмма, Хасбулатов был уверен, что это победа. Он радовался от души:

— Теперь мы выиграли. Мэрия взята. «Останкино» тоже. Штурм Кремля — дело нескольких часов. Сейчас сюда подходят верные нам войска. Оккупационный режим пал.

Молодчиков, напавших 1 мая на омоновцев, было лишь несколько десятков. Можно предположить, что решительных людей, готовых к организованному применению силы, в Москве насчитывалось всего несколько сот человек. Еще столько же осенью прибыли в столицу, почуяв запах крови.

Этого количества оказалось вполне достаточно для того, чтобы терроризировать целую страну. Они вступили в вооруженную борьбу с властью в полной надежде на успех. Власть казалась слабой, ткни пальцем — развалится.

Стало ясно, что первой жертвой экстремистов станет милиция. Так и произошло в первых числах октября, когда собравшаяся у Белого дома шпана избивала безоружных людей в форме. Борьба с милицией выгодна тем, что не только привлекает внимание, но и в какой-то степени рождает симпатии. Ведь люди с дубинками, как правило, не являются героями общества. Тем более, что наши милиционеры отнюдь не отличаются изысканными манерами.

Пафос подъема, связанный с перестройкой, разрушением коммунистической империи, пробудил большие ожидания даже у тех, кто внутренне сопротивлялся этим переменам. Затем наступило разочарование. А насилие, террор есть следствие разочарования. Скудный выбор политических партий, скомпрометировавший себя Верховный Совет оставили вне формализованной политической жизни немалое число политически активных людей. Они нашли себе место в полулегальных кружках и объединениях. Там подхватывали идеи, которые объясняли все: утопические, квазисоциали-стические, национально-социалистические.