День Господа Саваофа — день грозного суда Божия (ср. Иоил. 1:15[310]; 2:1[311] и cл.). Об имени Господь Саваоф см. гл. 1 ст. 9.

Кедры на горах Ливана росли прежде в изобилии. Их вечно зеленый наряд и ветви, распространяющиеся зонтообразно, представляются очень красивыми и величественными.

Дубы в Васане (заиорданская область) отличались своей крепостью.

Башни строили для наблюдения за приближением вражеских войск цари Озия и Иоафам; они же возводили стены Иерусалима (2 Пар 26:9[312]; 27:3[313]).

Корабли Фарсисские — это большие морские суда, на которых можно было ездить в Фарсис (финикийская колония в Испании) и в другие отдаленные страны (3 Цар. 9:26-28[314]).

Украшение кораблей — дорогие вещи, которые доставлялись на кораблях в Палестину (3 Цар. 10:22[315]). Озия, как известно (4 Цар. 14:22[316]), завладел эланитской гаванью Чермного моря, которая потом при Ахазе опять была утрачена иудеями (4 Цар. 16:6[317]).

Иудеи перестанут надеяться на помощь своих идолов и забросят их, или упрячут в темные норы, где живут нечистые кроты да летучие мыши (ср. Ам. 4:3[318]).

Нечего иудеям надеяться и на сильных людей, которые могут быстро потерять свою жизнь (или дыхание), как скоро Господь решит отнять у них эту жизнь.

По мнению библеистов гл. 2-4 принадлежат к первым годах служения Исаии, потому что в них отражается именно характер этого времени. Вторая глава, представляет собой цельную и независимую пророческую речь (ее следовало бы начинать с 28 ст. 1-й гл.). Положение вещей, изображаемое с 6-го ст. 2-й гл., как нельзя лучше соответствует благополучному времени последних лет Озии, и большая часть толкователей относят эту речь к 740-му г. (год смерти царя Озии).

Ст. 2-5, содержащие в себе пророчество о возвышении горы Господней, врезываются клином в пророчество о бедствиях, ожидающих Иудею (гл. 1 ст. 28 и 2, ст. 6 и сл.) и потому Conoamin помещает эти стихи после ст. 22-го, так что у него получается обычное построение пророческой речи: картина преступлений народа иудейского, угроза наказанием, описания дня суда Божия и, наконец, мессианские обетования.

Так как слова пророчества гл. 2 ст. 2-4 повторяются в кн. пророка Михея (Мих. 6:1-5[319]) почти до тождесловия, то некоторые толкователи признают здесь факт заимствования пророчества одним пророком у другого. При этом одни признают настоящим автором пророчества — Михея, другие же — Исаию, иные же считают того и другого пророка заимствователями у кого-то неизвестного. Наконец некоторые предполагают, что и в книгу Исаии, и в книгу Михея это пророчество вставлено кем-то после плена вавилонского, потому что идея обращения народов к истинной вере — позднейшего происхождения.

Из наших толкователей, Григорьев (в сочинении: Мессия и Его Царство по изображению книги Исаии — Правосл. Собесед. 1902. Приложение с. 10) высказывает мнение, будто бы оба пророка были в настоящем случае совершенно самостоятельны, получивши одно и то же откровение. Это мнение заставляет сделать странное предположение, будто бы Дух Святый в одних и тех же словах и выражениях говорил пророкам, которые являются в таком случае какими-то записывающими орудиями — не более... Из всех же вышеупомянутых мнений, наиболее вероятным представляется предположение, что оба пророка повторяли в своих речах предсказание какого-либо из предшествующих им пророка, пользовавшегося особым уважением в народе иудейском.

Строфы поэмы 2-й гл. размещены таким образом у Condamin'a.

1-3 стихи 2-й главы читаются как паремия на праздник Вознесения Господня, конечно, потому, что сказанное здесь о славе горы Господней имеет применение и к прославлению той горы, с которой Господь вознесся на небо.

1-7. Разъясняя, в чем будет состоять унижение Иудеи, пророк кратко говорит об оскудении богатств иудейских и обстоятельно изображает ту анархию, которая произойдет оттого, что никто не захочет заниматься общественными делами, расстроенными управлением неопытных правителей.

Посох и трость — символические обозначения всякой опоры государственной — и сильных волею и разумом людей и природных богатств.

Подкрепление хлебом... хлебные запасы и потоки вод, без которых начнут люди страдать от голода и жажды.

Пророка, очевидно, ложного, как видно из рядом стоящего синонимического выражения: прозорливец (kosem = языческий прорицатель).

Старца. Это не только старец, но и старейшина, уважаемый начальник (ср. ст. 14).

Пророк перечисляет разных представителей гражданской и военной администрации Иудейского царства (пятидесятиначальник в войске, вельможа или сенатор, советник или министр), Тут же упоминает он о мудром художнике. Одни толкователи разумеют здесь архитекторов ("премудраго архитектона" — в Славянском переводе с LXX, прим. ред.), которых, как и других ремесленников, обыкновенно победители уводили с собою (4 Цар. 24:14[320]; Иер. 24:1[321]); другие — переводят это выражение термином: заклинателей. Эти последние также имели большое значение в направлении государственной политики при нечестивых царях.