Великая труба — опять символ. Пророк указывает здесь на решение воли Божией, в силу которого евреи должны были вернуться из плена (1 Езд 1:1-2[635]). Впрочем, нет сомнения, что, заключая свой апокалипсический отдел, пророк имел в виду здесь и возвращение всего искупленного человечества в небесный дом Отца всех людей и Иерусалим небесный (Откр 21:2).

Этот отдел, главы которого имеют сходство между собою по форме и содержанию, представляет собою вид апокалипсиса. Что касается исторического повода, каким вызвано появление этого отдела, то на основании некоторых черт пророчества, обозначающих писателя как жителя Иудеи, имеющего в виду стой, иудейские, интересы и отношения (24:2; 25:10-12; 25:1-10), можно заключать, что пророк писал своя апокалипсические речи по случаю падения Самарии, уже наступавшего, когда она, по его выражению, повергалась на землю, как венок (28:2).

Подлинность этого отдела доказывается сходством терминов и выражений, в нем встречающихся, с другими отделами, несомненно, принадлежащими пророку Исаии (Ср. 25:9,10-12 и 27:9-10 и cл. 16,17 и еще: 24:4 и 23:9; 24:14 и 13:2; 24:1,37,26; 25:4-5 и 4:5-6; 27:2,5 и др.). Никаких следов послепленного происхождения этого отдела не усматривается.

Разделение этого отдела на строфы представляется делом затруднительным. Condamin для этого должен был сделать некоторые перестановки в размещении стихов. Вот на какие строфы он делит всю поэму.

Как главы 7-12 содержат первый, великий, главный цикл пророчеств Исаии, опирающийся на события, изображенные в 7 гл. (1 и сл. ст.), так 28-33 гл., имеющие своим основанием события, изображаемые в 36-37-й главах, составляют второй главный цикл. Гл. 7-12 изображают отношение Израиля к Ассуру в дни Ахаза, а 28-33 описывают те же отношения при царе Езекии. Но как вина Ахаза состояла в том, что он искал защиты против союза сирийского и израильского царя не у Бога, а у Ассура, так и Езекия нагрешил тем, что против ставшего врагом иудеев Ассура он искал помощи опять не у Господа, а у Египта, к союзу с которым его убедили придворные.

Против этого-то, тайно устраивавшегося союза, противного воле Божией, и вооружился пророк Исаия. Он произнес против этого союза целый ряд речей, в которых прежде всего изображаются внутренние мотивы заключения такого союза. Тут пророк (в 28 гл.) изображает опьянение, в каком заключался иудейскими политиками этот союз — опьянение, уже почти погубившее Самарию. Описывает пророк затем тайные замыслы иудейских политиков, не укрывшиеся, однако, от его бдительного взора (гл. 29), затем предсказывает неудачу всех этих политических комбинаций и указывает на единственное спасение — в Господе (гл. 30). Точно так же и далее (гл. 31 и 32) он указывает на бессилие Египта и вместе рисует светлый образ будущего царства, обрушиваясь в то же время на тогдашних руководителей Иудеи и, кроме того, особенно на женщин, игравших немаловажную роль в направлении политики. Наконец, пророк (гл. 33) возвещает поражение Ассура и спасение Израиля.

Все эти главы составляют в общем лить речей, произнесенных в разное время, и каждая из этих речей начинается воззванием: горе!

1-13. Самария — этот роскошный венок богатой земли Ефремовой — будет скоро сокрушена и растоптана. Господь пошлет против нее грозного врага, который быстро уничтожит все, стоящее у него на дороге, — как вихрь, как наводнение. С Самарией будет то же, что бывает с рано созревшей смоквой, которую всякому хочется поскорее сорвать. Зато остатку своего народа — царству Иудейскому — Господь пошлет Свое заступление и судьям иудейским дарует дух правосудия, а предводителям войска — мужество. К сожалению, в настоящее время — т.е. при царе Езекии — все руководители Иудеи обезумели от вина и сикеры, как и руководители Самарии. Они не хотят слушать Исаию и смеются над его речами. За это на них нападут враги и они жестоко поплатятся за свое упорство.

Речь против Самарии (1-4) сказана, очевидно, до 722-го г., когда Самария еще стояла, см. в первые года Езекии.

Венком гордости названа Самария потому, что была расположена на овальном холме и имела величественный и красивый вид. Скаты холмов, по которым был расположен город, еще и теперь одеты смоковницами, оливками и вообще фруктовыми садами. Главный самаринский холм возвышается на 400 ф. над уровнем долины.

Увядшему, точнее: увядающему.

Долины сраженных вином, т.е. долины, на вершине которой живут пьяницы, пьющие вино до потери чувства. Чрезмерные богатства, говорит Гейки, нередко добытые нечестными путями, сосредоточивались в руках лишь немногих вельмож, между тем как остальное население терпело величайшую нужду (Святая земля и Библия, с. 822). От этого самарянские богачи могли предаваться крайнему невоздержанию.

Крепкий и сильный, т.е. ассирийское войско.

У Господа — то же, что пред Господом (Быт. 10:9[636]), т.е. действительно на самом деле (противоположное тому, что обозначается в Писании выражением: пред людьми).

С увядший цветком. Правильнее было бы сказать: с вянущим, потому что Самария в то время еще существовала.

Смоквою. Этот плод и вообще отличается сладким вкусом, освежает рот и очень полезен для здоровья; тем более, конечно, стремится всякий сорвать первый, созревший прежде времени, плод смоковничного дерева. С такою же жадностью стремились ассирийцы захватить в свои руки роскошную Самарию.