"и создал там жертвенник и призвал имя Господа..." И на этом новом месте своего поселения Аврам, прежде всего, спешит выразить чувства благодарности Богу, а всенародным и торжественным исповеданием имени истинного Бога (Быт. 4:26) свидетельствует свою правую веру перед язычествующими хананеями.

"И был голод в той земле..." Т.е. в земле "Негеб", или в северных пределах Аравийской пустыни, куда в конце концов спустился Аврам. Это было, конечно, новое и сильное искушение для веры Аврама: вместо того, чтобы, согласно божественному обетованию, наслаждаться различными благами от своего нового владения, он принужден на первых же порах испытывать в нем такое тяжкое лишение, как сильный голод

"И сошел Аврам в Египет пожить там..." Так как Нильская долина Египта, славившаяся своим плодородием, лежала гораздо ниже Аравийской степи, то выражение "сошел" нельзя не признать особенно удачным. В Египет Аврам направился, вероятно, не без особого на то божественного внушения и притом лишь на время самого голода, как в подобных случаях и доселе поступают бедуины Аравии.

"Когда же он приближался к Египту, то сказал Саре..." Такой уговор у Аврама с Сарой сделан был гораздо раньше, еще перед самым выходом из Ура Халдейского (20:13[418]), так как Аврам, очевидно, знал нравственную распущенность всех племен, среди которых ему придется странствовать и жить.

"я знаю, что ты женщина, прекрасная видом..." Хотя Саре в это время было уже 65 лет, но так как данный возраст составлял лишь половину всей ее жизни (23:2[419]) и так как, с другой стороны, она была бездетна (11:30), то и неудивительно, что могла до сего времени сохранить привлекательную красоту.

"и когда египтяне увидят... убьют меня, а тебя оставят в живых..." В этих словах видно прекрасное знание современных той эпохе обычаев и нравов Египетской страны, где муж красивой женщины убивался, а самая жена бралась в гарем; в особенности широко все это практиковалось с переселенцами из Аравии, женщины которых сильно выигрывали в красоте по сравнению с довольно безобразными египтянками и ефиоплянками.

"скажи же, что ты мне сестра..." В этих словах Аврама не было полного обмана: во-первых, потому, что на Востоке слово "сестра" не имеет того узкого смысла, который соединяется с ним у нас, а означает близкое родство вообще, в понятие которого входят все двоюродные братья и сестры, а также и племянники с племянницами; во-вторых, и потому, что Сара и в самом деле доводилась Авраму или сводной сестрой, или племянницей (20:12).

"дабы мне хорошо было ради тебя, и дабы жива была душа моя чрез тебя..." "Это — весьма трудное место: оно одно из тех мест Библии, которые доказывают необычайную правдивость священной летописи, именно явным указанием слабостей, иногда даже преступлений, величайших и святейших мужей Ветхого Завета, Аврама, Иакова, Давида, Соломона и др". (Властов). Как бы мы ни оправдывали поступка Аврама, но однако не в состоянии уничтожить в нем некоторого элемента малодушия и хитрости. Единственным оправданием его служит лишь грубость нравов той эпохи, позволявшая смотреть на брачный вопрос слишком широко и снисходительно, и безвыходное положение Аврама, заставлявшее его прибегнуть к меньшему злу, чтобы избегнуть большего — собственной погибели и полного порабощения Сары. Впрочем, святой Иоанн Златоуст в этом добровольном соглашении супругов и взаимном пожертвовании их своими интересами ради общего блага (один — правами мужа, другая — достоинством верной жены) видит венец их супружеской любви и образец, достойный подражания.

Предположения Аврама не замедлили осуществиться со всею точностью и его план спасения удался как нельзя лучше.

"И увидели ее вельможи фараоновы". Вельможи — в еврейском тексте выражено словом "принцы" (sarej), что вполне согласно и с историей, свидетельствующей о принадлежности египетских царедворцев к высшим кастам страны. Эпитет "фараон" не был собственным именем какого-либо из египетских царей, а представляет собой общий титул всех древнеегипетских правителей, наподобие современных "царь, король, император" и т.п. Что касается словопроизводства этого термина, то лучшее из них, данное Руже, Бругшем и Эберсом на основании иероглифических текстов, производит слово "фараон" от древнеегипетского — "пераа" или "перао", что значит "великий дом" и что самому термину "фараон" придает значение, совершенно аналогичное coвременномy названию Турецкой империи — "Высокая Порта".

По наиболее вероятному предположению египтологов, путешествие Аврама в Египет имело место при одном из первых царей ХІІ-ой династии, т.е. за 2000 лет до Рождества Xристова.

"Господь поразил тяжкими ударами фараона и дом его..." Какими именно, неизвестно; но по аналогии случаев, можно думать, что теми же, как впоследствии и дом Авимелеха, т.е. бесплодием (Быт. 20:18[420]).

"И я взял было ее к себе в жену..." Отсюда можно заключать, что Промысел Божий сохранил супружескую чистоту Сары, которая жила при дворе фараона еще пока только для испытания.

"И дал о нем фараон повеление..." Так и из этого нового искушения праведник выходит полным победителем. И все, "кто видел, как он прежде, побуждаемый голодом, шел в Египет со страхом и трепетом, а теперь возвращался оттуда с такой славой, обилием и богатством, познавали из этого силу Божия о нем промышления" (святой Иоанн Златоуст).