"И обратились мужи оттуда и пошли в Содом..." Некоторые толкователи утверждают, что в Содом пошли не все три мужа, а только два Ангела, ссылаясь на (19:1[615]). Хотя в предыдущем тексте "мужи" все время отделялись от "Господа". К тому же в славянской Библии 19:1 звучит следующим образом: "Приидоста же два Аггела в Содом в вечер", таким образом нельзя однозначно проводить аналогию между двумя посетившими Лота, и тремя, посетившими Авраама.

"Авраам же еще стоял пред лицом Господа..."

Некоторые толкователи, опираясь на указание, что "Авраам… стоял пред лицом Господа" делают вывод, что третий Ангел и был Господом, и обосновывают на этом совершенно неверное предположение, что имело место явление Господа в человеческом виде до воплощения в Иисусе Христе.

Там же, в Священном Писании, нигде нет указания о явлении Господа в человеческом облике. И вероятно, это очень правильно, дабы не было искуса указать на неисключительность воплощения Господа в Сыне Своем.

Весь этот заключительный раздел данной главы представляет любопытную и поучительную беседу Бога с Авраамом, свидетельствующую как о высоком дерзновении праведника, так и крайнем снисхождении Бога.

"неужели Ты погубишь праведного с нечестивым...?" В самом вопросе Авраама слышится уже и ответ на него, ответ отрицательный — именно тот, что высшая божественная любовь и правда не допустят гибели своих избранников.

"может быть, есть в этом городе пятъдесят праведников? неужели Ты погубишь и не пощадишь (всего) места ради пятидесяти праведников... в нем?..." Установив в предшествующих словах общую мысль о высшей божественной правде, не допускающей незаслуженной гибели праведников, Авраам делает теперь применение ее к данному частному случаю, предполагая, что и в обреченном на погибель городе Содоме найдется значительное количество подобных праведников. Он даже выражает здесь надежду на то, что такое количество праведных искупит, до некоторой степени, преступление остальных и спасет и их от погибели.

"не может быть, чтобы Ты поступил так, чтобы Ты погубил праведного с нечестивым... Судья всей земли поступит ли неправосудно..." Этот стих представляет собой один из важнейших членов патриархальной религии, заключая в себе торжественное исповедание веры в Бога, как всемогущего Судью всей вселенной, судящего мир по законами высшей правды, строго разделяющей виновных от невинных (ср. Втор. 10:17[616]; Иов. 34:19[617]; Иер. 31:29-30[618]; Иез. 18:20[619]; Мф. 13:28-29[620]; Рим. 2:11[621]; Еф. 6:9[622];).

"Господь сказал... ради них Я пощажу все место сие..." Снисходя к просьбе Авраама, Бог обещает явить спасение всем и нечестивым, ради пятидесяти благочестивых. Подобные мысли и даже примеры не чужды и другим местам Библии (Притч. 11:11[623]; 29:8[624]; Ис. 37:35[625]; Мф.5:13[626]; 24:22[627] и пр.).

"Вот, я решился говорить Владыке, я, прах и пепел".. Ободренный успехом своей первой просьбы, Авраам продолжает свое заступничество с еще большим дерзновением, хотя и исполненным в то же время высокого смирения. Доказательством такого смирения перед величием Всевышнего служит его сравнение с прахом и пеплом, сравнение — полное глубокого внутреннего значения, в смысле указания на начало ("прах от земли", Быт. 2:7[628]) и конец (Еккл. 12:7[629]) земного существования человека.

"Авраам продолжал говорить с Ним..." Или, как можно еще перевести с еврейского: "прибавил говорить, усилил свою просьбу". Вообще, все это заступничество Авраама за жителей Содома представляет собой пример горячей, неотступной мольбы, сопровождающейся, обычно, желанным успехом, по слову Спасителя: "просите и дастся вам, стучите и отверзнется" (Мф. 7:7; ср. Лк.11: 8-9[630]; Рим. 15:30[631]).

"да не прогневается Владыка... может быть найдется там тридцать?".. Параллельно с тем, как усиливается самая просьба Авраама, увеличивается и его смирение пред Богом, долготерпение Которого он искушает; но искушает не ради пустого и праздного любопытства, а по высоким побуждениям любви и сострадания к ближним, почему Господь благосклонно и принимает его посредничество.

"вот, я решился говорить Владыке: может быть, найдется там двадцать..." Уступчивость Господа усиливает дерзновение Авраама и он, хотя и с большим смущением, решается понизить цифру праведников уже до двух десятков.