Пикерн выслушал указания Джаспера, кивнул и направился к выходу, крепко схватив дочь за руку, как маленькую. Шер покорно шла за ним, наклонив голову.

Наконец, в зале не осталось ни одного живого человека, кроме нас с Джаспером, но уходить я не спешила, несмотря на усиливающийся рокот и гул. Я стояла возле алтаря, на котором распростерлось тело Фаро, бесцеремонно трясла и теребила его, и вновь и вновь прикладывала ухо к мохнатой груди, пытаясь уловить биение сердца.

Джаспер положил руку мне на плечо.

– Идем! – произнес он настойчиво.

– Если бы у меня осталась природная магия, я бы попробовала оживить его, – произнесла я горестно.

Альфин не подавал признаков жизни, и сделать ничего было уже нельзя: я смирилась.

Джаспер нетерпеливо отодвинул меня от алтаря.

— Только одна попытка. Раньше я такого не делал. Если не получится — немедленно уходим.

Он резким движением развернул альфина и сильно надавил ладонью на пушистый живот. По кончикам его пальцев побежало голубоватое пламя, и секунду назад казавшийся мертвым альфин громко взвизгнул! Взвизгнула и я — от радости. Джаспер убрал ладонь. Вовремя: альфин извернулся и клацнул зубами, еще миг – и Джаспер лишился бы пальца. Он выругался, крепко взял Фаро за шкирку, встряхнул и свирепо произнес:

– Немало я встречал неблагодарных тварей, но такую — впервые!

Альфин тихо заурчал и поджал хвост. Я забрала его из рук Джаспера и впервые за этот день – нет, за многие дни, — улыбнулась.

В этот момент заскрежетало, пол ушел из-под ног и наклонился; светильники обрушились, расплескивая горячее масло. Тела высокопоставленных теургов повалились на пол со своих кресел, как кегли. Я упала на колени, альфин заскулил и больно впился когтями в руку. Джаспер удержался на ногах и помог встать.

— Башня сейчас рухнет?!– вскрикнула я.

– Не знаю, -- коротко ответил Джаспер. – Надеюсь, нет. Демонические силы больше не поддерживают ее, но она сделана из земных материалов и ее корни уходят глубоко. Нужно спешить.

Джаспер уверенно вел меня сквозь переходы, анфилады и залы Адитума. Демоновы фонари больше не освещали их, но мрак не был полным: кое-где темноту разгоняло угасающее пламя масляных светильников, и я смогла разглядеть поразительные изменения, которые происходили внутри башни. Часть облицовки стен оплавилась или рассыпалась прахом, обнажив темный металл, некоторые помещения оказались наполнены едким паром, кое-где на полу плескалась густая масляная жидкость.

Время от времени мы натыкались на тела в мрачном одеянии теургов.

– Они все мертвы? – пробормотала я, холодея.

– Или истощены до крайности, – спокойно отозвался Джаспер, помогая переступить через ногу распростертого некрострукта. – Если повезет, придут в себя через пару часов. Не думай о них. Риск подобного конца всегда маячит перед теми, кто служит демонам, просто на этот раз расплата наступила внезапно.

Мы начали спуск по спиральной лестнице в узкой шахте, и шли так долго, что закружилась голова. В шахте гуляли грозные звуки: скрип, лязг и вой. Башню ломало и корежило, гигантская структура продолжала приспосабливаться к земным физическим законам, и мне, наконец, стало очень страшно. Впрочем, я даже радовалась этому страху, потому что он означал мое окончательное возвращение к жизни.

После шахты попали в туннель. Фонарь Джаспера высветил спиральные рельсы, уходящие во тьму. Это был туннель субтеррины, и вскоре мы наткнулись на состав. Его магический двигатель замер навсегда. Пассажиры успели покинуть подземную лодку, из густого мрака доносилось эхо их встревоженных голосов.

Остаток пути плохо отложился в памяти: мы шли и шли, спотыкаясь о витки рельсов. Ноздри щекотал запах сырости и машинного масла, тьма окутывала войлоком. Сердце билось быстро в такт шагам. Альфин впился в мою грудь острыми когтями и затих.

Наконец, Джаспер втолкнул меня в узкий проход и, из последних сил преодолев несколько ступеней, мы открыли стальную дверь и оказались на улице, во дворе заброшенного завода.

Разом ослабев, я прислонилась к шершавой каменной стене. Дул студеный ветер, гонял лохмотья облаков, сыпал редкий дождь. Я подставила лицо ледяным каплям и закрыла глаза, а когда открыла их, попыталась осмыслить изменения, которые произошли в мире.

Небо за облаками было угольно-черным. Циферблат и армиллы Небесных Часов больше не освещали его; призрачный механизм исчез вместе с демонами, которые веками поддерживали его ход.

Несмотря на поздний час, в городе не спали. За высоким каменным забором грохотали подводы, раздавался набат, звенела трель полицейского свистка. Скрипели распахиваемые двери и ставни, бежали люди, и кто-то громко выкрикивал беспорядочные команды. Не хотелось думать о том, что происходило на улицах; слишком крепко был Аэдис связан с магией демонов, чтобы их исчезновение прошло для столицы незаметно.

Я поискала глазами Джаспера. Он стоял неподалеку и отдавал распоряжения небольшому отряду вооруженных карабинами людей в длинных морских бушлатах. Двор наполнился шумом голосов и раскатами смеха. Повстанцы, которые под руководством Джаспера держали теургов в страхе последний месяц, праздновали победу.

Одна из фигур подняла фонарь на уровень головы, осветив взволнованные лица, и с немалым удивлением я узнала Кассиуса. С подавленным, но решительным видом он выслушал Джаспера, скрылся за приземистым зданием и минуту спустя вернулся в сопровождении небольшого открытого экипажа, запряженного двумя лошадьми. Колеса прогрохотали на брусчатке, Кассиус отступил, бросил на меня осторожный взгляд и, не говоря ни слова, повернулся и исчез в тенях.

Джаспер помог мне забраться и взялся за вожжи. Я крепко вцепилась в его локоть и прильнула к плечу: его прикосновение сейчас было необходимы мне, как воздух. Джаспер посмотрел на меня долгим взглядом, а затем сказал:

– Не могу поверить, что ты наконец рядом, – затем добавил с горечью:

– Страшно подумать, что тебе пришлось пережить – и все по моей вине!

– Да, приключений выпало немало, – пробормотала я неловко. – Не представляешь, где мне довелось побывать – даже в измерении демонов. Не самое веселое место, даже еще более унылое, чем молельный дом у нас в общине… потом расскажу. А я вот не могу поверить, что ты пошел войной на императора.

– Что еще оставалось делать? Иначе до тебя было не добраться, вот и пришлось примерить роль предводителя мятежников. Надо сказать, занятие оказалось не из простых. Эти беспутные приятели Шер не имеют никакого представления о дисциплине… Впрочем, я действовал не один. Многие теурги встали на мою сторону и поддерживали во всем. Карадос, теург-стратег, был рад проучить канцлера, и даже без помощи демонов дал имперской гвардии жару. Мои заслуги не так уж велики.

– Почему Кассиус был с тобой? Знаешь, ведь это он…

– Да, знаю, – прервал меня Джаспер. – Он явился ко мне после того, как виделся с тобой в тюрьме, хотя это далось ему нелегко. Пожалуй, этот поступок заслуживает кое-какого уважения. Он очень хотел помочь.

– И как, помог? – поинтересовалась я скептично.

– Помог, – кивнул Джаспер. – Он удивительно легко находит язык с проходимцами, а их среди друзей Шер немало. Кассиус умеет уболтать любого, этого у него не отнимешь. Благодаря ему удалось остудить некоторые горячие головы и направить их энергию в нужное русло.

Экипаж резво покатил узкими улочками. Здесь было относительно спокойно. Изредка попадались люди, они стояли возле домов и возбужденно переговаривались, задирая к потемневшему небу полные недоумения лица.

– Куда мы едем? – спросила я Джаспера, озираясь по сторонам.

– Домой, – коротко ответил он. – «Дом-у-Древа» сейчас самое спокойное и безопасное место в городе. Я не был там все эти недели, но сегодня мои парни выпроводили вигилантов из особняка подобру-поздорову. Можем спокойно вернуться.

– Что теперь творится в столице, Джаспер? Что будет с империй? – горестно поинтересовалась я. – Ведь это катастрофа! Демоновы механизмы и дома рушатся. Остановились субтеррины, сферопоезда и воздушные пути. Наверное, погибли тысячи людей!