Господин Дрейкорн вышел, а я попала в распоряжение обходительной девушки в синей униформе. Ростом она была ниже меня, но держалась так уверенно, что я покорно соглашалась на все, что она предлагала.

Девушка завела меня в огромную примерочную, заставленную разряженными манекенами и розовыми банкетками, притащила ворох одежды и принялась крутить, как куклу, прикладывая то одно, то другое.

С каждым новым нарядом я все меньше думала о неловкой ситуации, в которую поставил меня хозяин со своим бумажником. Мой долг и так огромен, плюс-минус тысяча – какая разница?!

Я попросила услужливую девушку упаковать темно-синее шелковое платье для приемов и удобный брючный костюм на каждый день. Пришлось купить и короткое пальто – самое простое, какое нашлось.

Старое черное платье, поколебавшись, попросила выбросить. Затем принялась облачаться в костюм, который продавщица сочла подходящим для моего статуса и ситуации. Приталенный короткий жакет и расклешенная юбка до щиколоток из тонкой темно-зеленой шерсти, белая блуза и черный узкий галстук. Просто и элегантно.

Я смотрела на свое отражение и не могла налюбоваться. Впервые в жизни я надела настоящую светскую одежду, и впервые в жизни поняла, как важно для женщины осознавать свою привлекательность. Костюм подчеркивал тонкую талию, а блуза открывала длинную шею; зеленый цвет сделал глаза глубже и выразительнее. Да я красотка! Однако продавщица так не считала.

– Госпожа, вынуждена заметить – нужна другая прическа. Позвольте помочь.

Девушка воровато огляделась, плотнее задернула бархатный занавес, достала из шкафчика щетку для волос. Не дожидаясь разрешения, ловко вытащила шпильки, распустила тугой пучок, несколькими сильными движениями расчесала, затем ловко скрутила, завернула, заколола сбоку у шеи и выпустила несколько прядей.

Я ахнула. У меня миловидные, но неправильные черты, одна бровь немного выше другой. Ассиметричная прическа подчеркивала недостатки, но при этом волшебным образом превращала их в достоинства – лицо стало пикантным и запоминающимся.

– Ваш спутник будет смотреть только на вас, – доверительно сообщила продавщица, принимая у меня купюры из бумажника господина Дрейкорна. Я попросила выписать квитанции и доставить остальные покупки в квартал Мертвых Магов, особняк «Дом-у-Древа». Глаза девушки почтительно округлились.

Подхватила пальто и поспешила через дорогу в кафе, где дожидался господин Дрейкорн. Когда перебегала дорогу, поймала восхищенные взгляды двух почтенных господ и мальчишки-разносчика. Еще одно открытие – ненавязчивое мужское внимание может быть приятным.

Господин Дрейкорн сидел за столиком в углу перед дымящейся чашкой кофе и читал газету. Когда я подошла, поднял глаза, одобрительно кивнул и произнес:

– Совсем другое дело.

Затем вернулся к передовице.

– Я заказал вам кофе. Хотите чем-нибудь подкрепиться? – сухо предложил, не отрываясь от статьи.

– Нет, благодарю.

Я припала к стакану с водой – от волнения мучила жажда. Затем положила на стол бумажник и подвинула хозяину.

– Внутри квитанции на покупки. Боюсь, я потратила больше, чем собиралась. Обязательно рассчитаюсь с вами, господин Дрейкорн.

– Взыщу все до последнего сентима, не сомневайтесь. Мы, Дрейкорны, прижимисты, и знаем счет деньгам, помните?

– Ни на секунду не забываю, – ответила я с улыбкой.

– Нам пора. Допивайте кофе и идем.

Я отодвинула стул и поднялась, испытывая легкую досаду иразочарование – очень хотелось услышать хотя бы скупой комплимент моему новому облику.

Господин Дрейкорн вставать не спешил – опустил газету и принялся складывать. Я стояла и терпеливо ждала. И тут, на один короткий миг, он бросил на меня сосредоточенный взгляд – не спеша скользнул потемневшими глазами от голеней до шеи, мимолетно задержал взор на уровне губ, там, где кончик выпущенного локона щекотал кожу.

Тут же встал, отвернулся и потянулся за тростью. Длился этот странный взгляд не более пары секунд, но меня бросило в невыносимый жар.

Не уверена, что хозяин таким образом оценил мой наряд. Мне показалось, что глазами он снял с меня все новые вещи до единой. Стало очень стыдно, сердце заколотилось, словно я стояла перед ним совершенно обнаженная.

Я тут же принялась мысленно бранить себя за такую необузданную и неуместную фантазию. Господин Дрейкорн как ни в чем не бывало помог накинуть пальто и повел к выходу. Лицо его было спокойным и будто немного сердитым.

Когда покинули кафе и вышли на улицу, хозяин, не колеблясь, вновь предложил руку; я повиновалась без возражений.

Мы двинулись в сторону, противоположную той, где оставили экипаж.

– Как мы доберемся до Адитума, господин Дрейкорн?

– На личной автомотрисе. Депо на соседней улице. Подвесной путь – самый быстрый способ добраться до Адитума. Думаю, раньше вам не доводилось им пользоваться. Вас ожидает незабываемая поездка над городом.

Железные нити воздушных путей оплетали небо над столицей, как осенняя паутина. Демонова магия позволяла использовать опоры лишь на низко расположенных участках; чем выше закручивались спирали рельсов, тем невесомее казались. Законы демоновой механики были неподвластны умам людей.

Депо походило на гигантскую птичью клетку. Служащий в униформе кирпичного цвета вежливо провел к нужному экипажу. Автомотриса оказалась узким полуоткрытым вагончиком с латунным корпусом, и линиями напоминала старинную карету.

Когда господин Дрейкорн помог расположиться на кожаном сиденье и застегнуть специальный ремень, я почувствовала себя важной дамой.

Еще одно приключение!

Машинист опустил очки-консервы, сдвинул рычаг, и мы тронулись – сначала медленно, затем ускоряясь.

C легким перестуком промчались сквозь Аристорий. Вылетели на стальную опору и принялись набирать высоту. Стрелой пронеслись между двумя массивными зданиями – демоновыми сооружениями, сотканными из тысячи каменных арок. Затем автомотриса стремительно поползла вверх по стальному узкому рельсу. Заложило уши. В лицо ударил ледяной ветер, сердце заколотилось, стало весело.

Впереди выросла громада Адитума и ринулась навстречу, неторопливо разворачивалась, слепила блеском латунных блоков и сочленений. Я различила, что чудовищный корпус башни не был монолитным: его опоясывали переходы, галереи, стальные лестницы.

Автомотриса влилась в серебристый поток других подвесных путей, заложила крутой вираж, следуя прихотливым изгибам рельса, замедлила ход. Рывок тормозов, шипение пара – экипаж застыл у узкой платформы, покрытой медной решеткой. Располагалась она в нижней трети башни, довольно высоко от земли. Далеко под ногами раскинулся город, его неумолкаемый шум доносился звонко и отчетливо. Дул сильный ветер, и я испугалась – не подхватил бы, не утянул вниз. Невольно покачнулась, но господин Дрейкорн уже крепко взял меня под локоть.

– Знаю, с непривычки может закружиться голова. Но это лишь тридцатый уровень; всего же их восемьдесят. Шпиль башни возносится на четверть лиги. Время еще есть – я покажу вам Адитум.

Мы пошли по галерее. Под ногами пружинила решетка, ветер ледяными пальцами выхватывал пряди из прически, забирался под юбку и пальто.

Подошли к двери, возле которой застыл некрострукт. Он напоминал Большого Зигмунда: бочкообразная грудь, конечности с тремя суставами, лицо (или морда?) скрыто под железной маской. Я замедлила шаг, но господин Дрейкорн не обратил на него никакого внимания и спокойно провел меня внутрь.

Мои первые впечатления от Адитума можно описать двумя словами: пустынный и неправильный. Вид, планировка и атмосфера здания ясно указывали, что его создателями были существа из иного мира. Люди казались в башне чужаками.

Мы вышли в круглый зал непонятного предназначения с ромбовидными окнами и поднимающимися по спирали галереями. Затем пересекли коридор, который змеей карабкался вверх; миновали переходы, узкие арки, лестницы.Все помещения имели странные пропорции и ассиметричные формы, которые могли бы явиться земным архитекторам в страшных снах: невыносимо прекрасные и бесконечно уродливые.